[236x236] БРУТ.
Брут полностью оправдывал своё имя. Он был сдержан в проявлении чувств, но не настолько, чтобы его считали закоренелым пофигистом. Свою хозяйку, женщину средних лет, работающую уборщицей на ткацкой фабрике, Брут любил безмерно, но по неписаным законам всемирного мужского братства частым сюсюканьем её не баловал. И уходил от ласк, когда считал необходимым, порой разочаровывая Женщину в самом начале её отдохновения. Но она всё равно души не чаяла в источающем солидность Бруте, видя в нём много других привлекательных черт, да и просто, потому что её некому было больше любить. Нет, Женщина не была сиротой, но в столичном городе, где расстояния измеряются десятками километров, а время на поездки - частями суток, даже проживание на противоположных концах одной ветки метрополитена можно сравнить с существованием на разделённых космической темнотой планетах. Поэтому родственники собирались вместе лишь на дне рождении главы семейства, а в будни перезванивались короткими звонками, узнавая жив ли, здоров, набранный по телефонной книжке адресат или же, если таковые события были, то делились очередным сообщением о свадьбе-разводе кого-либо из детей.
На работу Женщина уходила днём, чтобы поспеть на фабрику к началу четвёртого - времени, когда разбежится по автобусам утренняя смена, а вечерники, только недавно пришедшие в цеха, ещё не успели загореться желанием передохнуть. Никто в это время не сновал, взад-вперёд, перенося грязь с немытых участков полов на только что отдраенные бетонные квадраты, и не озлоблял против себя всех и вся, выказывая неуважение к чужому труду.
Проводив Женщину, Брут некоторое время продолжал сохранять степенность, хотя никто бы его не укорил, за то что, оставшись наедине, он предался бы веселью и глупостям. Он спокойно приводил себя в порядок, а после, тоже неспешно, отправлялся по своим делам, маршрут посещения которых разрабатывал накануне, валяясь в уютном обаянии кресла. На сегодня Брут запланировал посетить палатку на рынке, торговавшую рыбными деликатесами. Её он заприметил давно, и она ему успела даже присниться, но для обследования всё как-то не складывались обстоятельства, а сегодня, похоже, посещение окажется удачным. По крайней мере, это будет лучше, чем оскорбивший всю его сущность недавний визит в овощной ряд.
ЖЕНЩИНА.
Сегодняшний день получился нескладный. Вместо того чтоб резво разойтись по домам, первая смена решила устроить внеочередное партсобрание и уточнить место встречи на праздничную демонстрацию. А после политических вопросов перешли к бытовой теме и стали гадать, кому из ветеранов и отличников производства раздать один видеомагнитофон и один миксер. По силе затраченных эмоций, действо можно было сравнить с маленькой революцией. Судьбу миксера решили быстро. Петровичу в его почтенном возрасте оставшимися зубами пережёвывать еду весьма затруднительно, пусть порадуется. Но зачем до сей поры щёлкающей на счётах Агриппине - видак? Ясное дело - внукам отдаст, а вкалывающие на совесть слесаря Ванька с Сашкой, опять слюну сглотнули. Разве они виноваты, что им лет на двоих - ровно полтинник, сколько и всему трудовому стажу Агриппины? Может, не доживут они до её лет, а девчонок хочется сейчас развлекать? В общем, сделавшись невольной свидетельницей раздачи благ, Женщина приняла ситуацию сердцем и даже расстроилась.
Поднимаясь вечером домой на свой третий этаж, Женщина представляла, как, оставив за входной дверью измотавшие нервы передряги, она вновь встретится с тёплым домашним уединением, где всё разложено по полочкам и в ближайшем и далёком будущем не предвидится никаких потрясений. Поэтому погружённая в мысли о предстоящем отдыхе, она ничего такого необычного поначалу не заметила. Женщину не смутило даже то, что хрустнувшая под туфлей пуговица, после проверки на предмет помехи, оказалась похожей на шесть своих сестёр, рядком пришитых на праздничном платье. Кинув в сторону сплюснутую бляшку, Женщина продолжила путь до своей лестничной площадки. Радуясь, что минут через пять, она войдёт в любимый раёк, Женщина прислонила сумку с продуктами к косяку и начала искать ключ, будто нарочно ускользающий из-под пальцев на самое дно. Но пока происходили поиски ключа, дощатый массив двери, без сопротивления поддался под тяжестью заваливающейся на бок сумки. Что за напасти сегодня происходят?
Пока Женщина растерянно размышляла, стоит ли ей входить в квартиру или же от соседки вызвать милицию, мимо по лестнице вприпрыжку спустилась девочка, с нотной папкой торопясь в музыкальную школу. Вот и ей весело, а я стою на пороге и будто запоздалый гость нерешительно переминаюсь, подумала Женщина, и ей сделалось неуютно от мысли что, пользуясь отсутствием хозяйки, некто сейчас ворошит её немудрёные сокровища. Ведь это её дом, и следует не прислушиваться к тревожным ощущениям, а поторопиться выяснить причину возмутительных обстоятельств, приведших к доступности жилища. Женщина подняла с пола тяжёлую сумку и, игнорируя рекомендуемые телевидением меры безопасности, решительно вошла в свою квартиру. Волнение за пусть и не богатую, но собственность, взяло верх над чувством самосохранения.
Самые крупные если не по цене, то по размерам точно, ценности – чёрно-белый телевизор, по-собачьи рычащий холодильник и во время работы танцующая по ванной комнате стиральная машина занимали на раз и навсегда определённые места, зато остальная обстановка выглядела плачевно. Виновато хлопая глазницами полок, стоял гардероб, в то время как всё его содержимое, распушённое спешным поиском драгоценностей, валялось на полу. На паркете, видимо смахнутый от досады, лежал отдельно от разбившегося горшка маленький алоэ. На кухне темнеющий залысинами холодильник неуместно радовал чистотой своей внутреннего интерьера. А ведь на завтра, в день Праздника, Женщина пригласила в гости подругу. И теперь, учитывая, что до прихода милиции ничего убирать нельзя, надо скрепя сердце терпеть этот беспорядок? Что из того, что после ухода милиционеров, в окне забрезжит утро? Она не удержится, начнёт прибираться и не успеет выспаться перед работой. Заранее устав от хлопот Женщина села на перевёрнутый стул и заплакала. Вскоре, тенью вынырнув из-под шкафа, появился Брут. Распространяя вокруг себя рыбный аромат, он прижался своим носом к солёной щёке Женщины и как мог, утешил.
БЛЁСТКИ НА ПОЛУ.
Недели две в доме у Женщины всё было хорошо. Нечаянная ревизия вещей даже обрадовала лишними предметами, без сожаления отправленными на помойку. Брезгливое ощущение, что непонятно кто трогал милые сердцу предметы, после стирки тоже исчезло. Алоэ жировал в новом горшке, а Брут снова целыми днями валялся в кресле. Но когда о происшествии стало забываться, воровской ураган снова заглянул в начавшую приобретать благополучия квартиру бедной Женщины.
На этот раз бедствие обозначило свое присутствие помимо повергшего в расстройство беспорядка ещё и мерзкими разноцветными блёстками, прилипшими к полу столь крепко, что потом на обдирание потратилась половина дня.
Приехавшие по вызову милиционеры, были людьми серьёзными, но нет-нет, да и мелькала на их лицах улыбка. Мол, странные какие-то грабители появились в городе - ничего крупного не берут, а в поисках непонятно чего, дом вверх дном переворачивают. Да ещё оставляют после себя явные улики, после которых даже серьёзная милицейская внешность, делается похожей на наряд Деда Мороза и своим видом рождает всякие двусмысленности.
Милиционеры, конечно же, снова проверили близлежащий рынок на предмет посещения квартиры тамошними любознательными гражданами. Но ничего подозрительного не обнаружили. Даже на самом рынке дела обстояли на редкость чисто. Поэтому, обосновав заведённое дело, как бытовое хулиганство, причастные к расследованию люди в тайне понадеялись, что оно постепенно забудется под ворохом новых бумаг, но не тут-то было.

Окончание завтра.