ВЕЧЕР.
Верхняя соседка зашла в свой дом и поначалу ничего не заподозрила. Вот она, не переобуваясь, простучала каблуками к окну, потом подошла к телевизору. Зато на кухне её ждало разрушительное зрелище. Зная о существовании заначки, но, подзабыв, где именно она спрятана, её сын, тот самый мужчина в белом плаще, в буквальном смысле перевернул на кухне всё вверх дном. А когда он нашёл в лабиринте труб под раковиной замотанные в клеёнку деньги, то в порыве радости незаметно для себя что-то там потревожил. Вот и получилось безобразие. Хорошо, что вода не потекла из крана на яблоко, закрывшее своим круглым телом слив...
А потом возвратились с похорон своего армейского командира несколько его бывших сослуживцев и соседка Юрьевна. Посидели, повспоминали, посокрушались по поводу некстати случившегося потопа. Помочь с ремонтом согласился Василий Котовский, поскольку живёт ближе всех – сутки на поезде. А когда лейтенант собирался домой, то из куртки вытряхнул заспанного котёнка.
ВОКЗАЛ.
Чипку было совсем не страшно сидеть у самого сердца сильного и надёжного мужчины, который, ещё более внушая неожиданному подопечному, чувство безопасности, то и дело засовывал ладонь в боковой карман куртки и, поглаживая котёнка, говорил всякие успокоительные слова. Но иногда чувство детского любопытства брало верх над всеми остальными чувствами и Чипок, изрядно повозившись, выныривал из-под ладони и смотрел на мир, расположенный за пределами тёплой куртки.
-Кошачьи Боги! Что же здесь творилось!
Во-первых, пахло совсем не по-домашнему, и смесь резких запахов дизельного топлива и дальних дорог уже предостерегала от проявления любознательности. Поэтому Чипок сморщив розовый носик, тут же спешил закрыть серые глазки, дабы таким образом избавить себя от переживаний. Но, едва справившись с эмоциями, он снова высовывался наружу, потому что на этот раз совсем близко тяжело вздохнул вагон, и Чипку не терпелось узнать причины подобного вагонного самочувствия.
Интересно, что котёнок и вокзал воспринимал с видом знатока, поэтому называл предметы правильно, так как их следует называть. Вагоны – вагонами, людей – людьми, здание вокзала – вокзалом. А не какими-то бесцветными и безымянными «штуками». Вот на перроне столпились в ожидании поезда будущие пассажиры. Стоят, волнуются, в сотый раз нервно мусолят в руках билеты, удостоверяясь, что и обозначенная дата поездки и наименование места прибытия совпадают с высветившимися на табло жёлтыми точками. Не хватает только самого поезда, чтобы вместить в себя волнующуюся людскую массу и увезти подальше от этого места. Но изменится ли в городе что-либо от этого перемещения? Другой поезд привезёт едва ли не вдвое больше народу, и снова начнутся суета и переживания. Вот его новый хозяин – лейтенант Василий Котовский, совсем не волнуется, стоит себе на месте и курит. И хорошо, что у него нет громоздкого чемодана, а только сумка через плечо и котёнок за пазухой. Наверное, хороший будет хозяин, по крайней мере, спокойный. Не то, что остальные переживающие люди. Едва заслышат громкоголосое объявление «...орый пое... ...ибывае...», так дружно поворачивают головы в поисках того самого поезда, или снова проявляя единодушие, шелестят билетами. Смешно.
Но вот радостно объявляя о своём прибытии звонким гудком под сводчатую крышу вокзала, осторожно въезжает долгожданный поезд. Чистый, с потёками воды на окнах, отдохнувший, он готов везти кого угодно и куда угодно, только расположитесь скорее на своих местах, распрощайтесь с роднёй и приготовьтесь путешествовать! Ну да, путешествие уже началось!
Всегда куда-нибудь кто-нибудь приходит раньше остальных, а по нему выстраивается прочие подошедшие. Вот и на сей раз, некто «первый» пришёл и стал не там, по своему разумению решив, что именно отсюда начнётся счёт вагонов. А у поезда, вернее руководства вокзала имелось собственное мнение... И вот зашуршало по асфальтовому покрытию множество ног, запрыгали на малозаметных выбоинах колёсики моднейших чемоданов и, кося глазами на белые номерки вагонов, толпа пустилась срочно перебегать с одного конца состава на другой. Повезло лишь тем, кто стоял посередине. И лейтенанту Василию Котовскому тоже повезло. Они уже сидели на своих местах и с некоторой радостью наблюдали за происходящей в остающемся мире суматохой. Ведь кто-то же должен сохранять спокойствие чтобы, глядя на него, другие тоже утихомиривали свои чувства. Поэтому вынутый из-за куртки котёнок безмятежно расположился на расстеленном хозяйском свитере и, следуя своей привычке, начал смотреть в окно, пока не заснул под размеренный перестук колёс. Похоже, разглядывание заоконной жизни становилось его главным развлечением.

Всё.