В колонках играет - Gabin

Безутешные "барышни" бальзаковского возраста плакали с раннего утра из-за того, что муж вновь и вновь приносил большую зарплату, но не приносил иного удовольствия. Безутешные мальчуганы чуть старше -ка садились в последнюю модель для сборки, отправлялись за новой зарплатой. Морские котики, лежа на спине из дорогой шкуры, доедали морских ежат и ежих. В городе медленно, но верно собирались и увозились сухие листья. Снегоуборочные машины ждали своего звездного часа.
Никто не молчал в этой бессловесной дуэли, и даже художники говорили, что этот сезон самый удачный для портретов. Обескураженная публика рукоплескала новым открытиям режиссера. Середина сезона или межсезонные распродажи. И никому, как и всегда, не приходило в голову засунуть себе в дальний карман тщеславие, которое, как и прежде, правило миром.
Запаковывая остатки рабочей пятницы в свой портфель человек шел на работу- домой. Час на переодевание в домашнее, на ужин, на душ, на что там еще? По стандартам- включить компьютер, выключит чайник, зажечь модем, полностью оправданный режиссером сценарий. Полностью, и не единого промаха, а даже если он и будет, то вполне впишется в норму, в стандартный диагноз стандартной личности. Этажом выше дама бальзаковского возраста включала разговор с мужем на тему урологии и патологии. Этажом ниже дети шли ко сну. Но никаких осей пересечения между клерком, медленно и верно падающими листьям, снегоуборочными машинами, в ожидании звездного часа, и машинистами конечно тоже.