«Красивый, Маня, у тебя браслетик», - говорил великолепный Жеглов. «Ещё бы. Браслет старинный, цены немалой», - нахально отвечала Манька Облигация. И поясняла с гонором: «Наследство это моё. Память мамочкина». Потом выяснялось, что не наследство и не мамочкино, а браслет в виде змейки с одним изумрудным глазком оказался из вещей убитой Лары Груздевой. Возникает интересный вопрос, не волновавший, впрочем ни Глеба, ни Маньку: к какой эпохе он мог относиться? Ну, теоретически.

Гавриил Яковлев. Портрет Юлии Теляевой.
Первое, что приходит на память — эпоха ампира и раннего бидермайера, то есть 1800-1830-е годы, когда в моду вошли символы Египта и Древнего Рима. Кстати, браслет-змея — это и есть древнеримское украшение, появившееся от соприкосновения римской культуры с Востоком. В первой трети XIX века не просто нравились псевдо-древние эстетические обыкновения...
...Но и создавались новые смыслы — браслет-змейка обозначал мудрость, изящество и — роковую тайну
Ещё одна статья по теме: Почему «Место встречи» - шедевр? https://zina-korzina.livejournal.com/1719390.html