кеды убил скейтборд. скейтборд убило лето. лето убила осень. и по идее нужно расправиться с осенью. но я слабею в грязных троеточиях. я просто иду покупать новые кеды. без сил для загадывания новогодних желаний. без предновогоднего трепета сердца и привкуса волшебства на раскрасневшихся губах. на этот раз никаких просьб и волшебного замирания при траурно забавном бое курантов. пусть маленькие детишки стискивают в ручонках ватные одеяльца и пускают слюнки предввкушая шуршащие обертки. путь девочки в розовых кофточках загадывают в год свиньи богатого пузатого дядю с не менее пузатым кошельком. пусть пузатый богатый дядя загадывает много девочек в розовых кофточках. пусть бомж свернувшийся в углу холодной улицы мечтает о настоящем доме. пусть ботаник с истинным трепетом и вожделением просит положить под елочку новый томик о происхождении видов на земле. я пас. я даже не попытаюсь подумать о примитивном вечном счастье здоровье успехе и любви. о всем банальном описанном в мерцающих открытках и бездушных пожеланиях смс. просто выпью бокал шампанского доем порцию стандартного оливье и отправлюсь спать. чудес не бывает и якобы зима не внушает на этот раз доверия. все витрины жадные и вовсе не праздничные. все слова жалкие и выглядят как оправдания. я устала. елочки на улицах зажигаются не для глупой суки. ребятишки в праздничных костюмах водят хороводы не вокруг глупой суки. дед мороз еле тащит мешок с подарками не для глупой суки. и глупой суке абсолютно плевать. с разочарованием и вечным криком шестнадцатилетней хочется попрощаться официально и стоя. пожать две тысячи шестому руку и повернуться спиной. в новый год я войду без самого главного человека и это достаточный повод. чтобы не взрывать хлопушки. не засовывать в зрачки голубой огонек и не горланить в три часа ночи пьяные напевы.