он то взмывал, то скрягой чах,
склонясь над златом.
пугал, камланья бормоча,
нагой, патлатый.
в незащищенности прорех
искал мишени.
в его бесстыдстве бился грех
кровосмешенья.
пускался залихватски в пляс,
струился шелком.
раздухарившись, распалясь,
свистел и щелкал.
он обнимал и обдавал
ознобом, жаром.
сминала сумерек овал
слепая ярость.
гонялись искры за звездой,
слоился воздух.
не укрощенная уздой,
жизнь била под дых.
огня прожорливая пасть…
мой милый, светлый…
проходит все… и нашу страсть
подернет пеплом.
утихнет, смолкнет, догорит,
погаснет пламень…
и равнодушно фонари
зажгут над нами.