В колонках играет - Время года Зима...
Настроение сейчас - Стыдно и обидно. Даже не знаю, чего больше... Стыда или обиды.

Сегодня я должна была написать письмо. Вернее, я должна была его написать уже очень давно. По крайней мере, я должна была его написать в июле. А еще точнее, я должна была написать его в феврале. Но с февраля до июля я всё надеялась, что ЭТО мне всё кажется, а с июля до октября всё надеялась, что я ошибаюсь, и всё ТО, что (теперь то я уже твёрдо знала) мне вовсе и не казалось, а так и было, как я думала, на самом деле является случайностью, нелепым стечением обстоятельств и какими-то, непонятными моему ограниченному бабскому разумению, резонами, и что наверняка ОН мне ЭТО всё сможет легко и просто объяснить (ну просто в два счёта объяснит и докажет, что я себе всё напридумывала).
Да. Так вот. В ноябре я наконец-то себе сама всё ЭТО объяснила. В ноябре как раз был год нашим отношениям. Какое противное, ханжеское и лицемерное слово - отношения. Так говорят из страха. Когда один человек любит другого, очень любит, любит во всех его ипостасях, принимает таким, какой он есть и даже каким хотел бы казаться, согласен на что угодно, НО...
Но боится, что другой человек (тот самый предмет бешеной и страстной любви) не то что бы не любил, а... как бы это выразиться помягче...
А зачем мягче? Видимо все-таки не готова я писать сегодня то письмо... Вот вдруг помягче захотелось...
Ладно. Не мягче. А так как оно и есть. Как казалось мне с ноября по август. Как убеждалась я с августа по ноябрь. Как твёрдо узнала в ноябре.
Слово ОТНОШЕНИЯ говорят, когда человек, любящий до боли в сердце и дрожи в коленках, до этой самый дрожи боится, что любимому человеку на дух не нужен. И ему ужасно страшно сказать, что "в ноябре год с тех пор, как я его люблю"... И тогда любящий человек говорит, что "в ноябре год с тех пор, как у нас отношения"...
Да. Так вот. Теперь, спустя год, я совершенно точно знаю, что значу меньше, чем телефонный номер в справочнике мобилы. И что гораздо проще будет человеку, которого я люблю, если "строчка в справочнике" осовбодится. Потому что мой любимый человек (ко всем своим достоинствам) еще и гиперответственный. И если где-то иногда мелькает моё имя, то чувствует ответственность и обязанность периодически говорить мне: "Привет!" со всеми вытекающими из этого... И что самое смешное... Вы понимаете, он не хочет (в силу своей гиперответственности) первым говорить, что, мол, пошли вы, девушка, на хрен... Делает вид, что не понимает намеков. Что всё в наших ОТНОШЕНИЯХ (вот говорят, что "противно до зубовного скрежета"... не знаю... когда я говорю это слово, то не могу точно сказать, что у меня скрежещет и болит... то ли голова, то ли живот... а, может, какой другой орган... только я точно его названия не знаю... но точно - не зубы) прекрасно, и прекрасно устраивает обоих... Хотя какое там прекрасно!
Хотя всякий раз себя уговаривала, что раз уж ему кажется, что всё прекрасно, то так оно и есть. А мои глюки - чисто мои глюки... Интимного, так сказать, содержания. И нечего о своей интимности всем людям сообщать. Им до моих личных, интимных переживаний, как до фонаря. Так что приткнись со всей своей интимностью, дыши в тряпочку и через раз. Чтоб не мешать людям.
А вот в ноябре как-то всё так сложилось, что всё на свои места. Всё.
- Решено.
Это я так решила. Наконец-то что-то решила сама, не оглядываясь на любимого человека. Не сверяя уровень громкости своего дыхания и уровень своего отсвечивания на фоне такого прекрасного мира, открытого любимому человеку во всех направлениях. Во всех, кроме напрвления КО МНЕ.
Понимаете, иногда ко всему привыкаешь. А привыкнув, можно дальше двинуться двумя путями. Можно привыкнуть довольствоваться тем малым, что тебе дают. А можно, привыкнув, убедиться, что ЭТОГО тебе не нужно. И раз ничего большего тебе не дают и даже не обещают, то не стоит и начинать.
Вот примерно это я и хотела сегодня написать. И даже почти написала. Даже почти дописала до сакраментального слова "прощай". Но...
Но у меня сегодня был запланирован поход в театр. Я, вообще, туда часто хожу. Люблю, знаете ли. Несбывшаяся, знаете ли, мечта. Поэтому привыкла воспринимать спектакли профессионально. Работа сценариста, режиссёра, актёров, свет, декорации. И сегодня попробовала поступить так же. И довольно долго мне это удавалось. Спектакль был хорош. Французская одноактная пьеса. Хорошие, давно знакомые актёры. Великолепно проработанные мизансцены. Главный персонаж - этакий не от мира сего молодой человек. Немножко неотёсанный, немножко излишне суетливый, несколько глуповатый, несколько слишком активно стремящийся помочь окружающим... Бухгалтер, имеющий странное хобби. Он, видите ли, создаёт картины из скорлупы яиц. И вот его позвали в богатый дом, чтобы посмотреть, оценить и, возможно, купить его творения для коллекции. Но так случилось, что, придя в дом, застаёт только Хозяина, скованного приступом радикулита. Через минут пятнадцать действия узнаём, что Хозяина оставила жена.
Всё остальное время зал содрагается от хохота. Потому что всё остальное действие Хозяин пытается найти свою жену. А смешной бухгалтер со своими яйцами пытается ему помочь. Разумеется, только мешает, создавая в огромном количестве комичные ситуации. По ходу дела Хозяин мирится с лучшим другом, прогоняет любовницу, которую раньше терпел из милости, которая представляет собой один ходячий гэг и недоразумение. Хозяин идёт на унижения, выискивая супругу среди парижских ловеласов и даже грубит налоговому инспектору, получая на свою голову внеплановую налоговую проверку. И, разумеется, это всё не без помощи бухгалтера.
Всё это весело, легко, забавно... И даже непонятно, с чего пьеса названа "Французский десерт"... Причём тут десерт, если никакого обеда не предвидется... Узнаём мы это только минут за десять до финала. Та самая странная, но любвеобильная прогнанная любовница открывает нашему бухгалтеру тайну "французского десерта"... Оказывается, Хозяин устривает раз в неделю обед для близких знакомых. Где на десерт подают чудака. Глупца. Чем глупее, тем лучше. Наивного человека. Ребёнка в мире взрослых, серьезных, тертых жизнью людей.Который призван веселить публику своим поведением, своими суждениями, своим взглядом на мир. Своей добротой и незлобивостью. Своей неуклюжестью и инаковостью в этом мире. А все, сохраняя серьезные мины, смеялись бы над ним, поощряя его на новые смешные фразы и поступки. С их взрослой, циничной и отнюдь несклонной к слюнтяйству точки зрения. И наш бухгалтер должен был сегодня быть таким "десертом"... Но Хозяина скрутил банальный радикулит. Так вот вышло. И обед был отменён. Но он здорово повеселил Хозяина.
"Десерт" понял, что он всего лишь "десерт"...
Я редко плачу на спектаклях и в кино. Но тут я была готова зарыдать.
"Алиса! Это пудинг!"
"Пудинг! Это Алиса!"
"Категорически возражаю против Отрезания Кусков От Наших Знакомых. Это бесчеловечно!.. Унесите пудинг!"
А что ж "десерт"? Он уходит сам? Пытается. Но вовремя понимает, что не так уж и плохо быть "десертом". Потому что кроме "десертов" в этом мире никто не способен на бескорыстное добро, понимание, помощь... Он понимает, что роль "десертов" в этом мире гораздо более завидна, чем роль тех, с кем их знакомят. Что не так уж плохо, если только ты в этом мире отвечаешь за уровень добра. Потому что за уровень зла всегда найдётся, кому ответить...
Он находит Хозяину жену. Мирит их. Восстанавливает мир и покой в одном, отдельно взятом, доме. Но это не так и плохо, а? Что еще может "десерт"?
Он выполнил свою роль. На какой-то момент в мире доброты стало чуть больше чем зла... Прощения чуть больше чем обиды... Понимания чуть больше чем осуждения... А то, что "десерту" самому ничего не досталось... Так что ж... В этом мире все хотят понимания и прощения, но никто не хочет за это платить... Своей душой, своим сердцем, своими чувствами... Кто-то ж должен начать?
Вообщем, я пришла домой и стёрла почти дописанное письмо.