Это цитата сообщения Керпенесса Оригинальное сообщение

Владимир Тарасенко: От «А» до «Я»...

Журнал "Горячий Лед" о капитане молодежной сборной Владимире Тарасенко.

Капитан российской сборной после триумфа на Молодежном чемпионате мира в Баффало стал своего рода символом нового поколения. Будем надеяться, поколения победителей. Поколения тех, на кого мы вправе рассчитывать на Олимпиаде в Сочи в 2014 году.

Андрей Владимирович — именно так я называю своего отца на тренировках и играх. Раньше как-то даже язык не поворачивался, а теперь привык. Если дома за ужином по имени-отчеству назову — он обидеться может. Думает, что подкалываю, а на самом деле непроизвольно вырывается. В последнее время мы, бывает, конфликтуем. Мне кажется, как раз из-за того, что забываюсь и на хоккее воспринимаю его именно как отца, а не как тренера. В действительности, он очень сильно мне помогает. Если не касаться хоккея — у нас спокойная отлаженная жизнь. Отец в моем воспитании всегда делал акцент на том, что в первую очередь надо быть человеком, и только потом — хоккеистом. Думаю, в последнее время наши отношения стали более тесными, дружескими, взрослыми. Мы можем поговорить абсолютно на любую тему.

Бабушка всегда очень сильно переживала, когда я приходил с улицы побитым. В детстве постоянно дрался во дворе. Бабушка была в шоке, дедушка вроде нет. «Что, — говорит, — случилось?» «На камень глазом упал, ударился». Бабушка делала вид, что верила, но на самом деле все прекрасно понимала.

Вратарем я играю в футбол. Наверное, потому что ленивый. Бегать не хочется. Одно время хотел даже стать хоккейным голкипером. Спасибо отцу, что вовремя отговорил. Быть нападающим — мое призвание.

Город, который я больше всего люблю, — конечно же, Новосибирск, несмотря на то что родом из Ярославля. В Новосибирске я провел большую часть своей жизни. Знаю практически каждый закуток. Нельзя не любить город, в котором живешь. В Новосибирске я живу на центральной улице, на Красном проспекте, в четырехкомнатной квартире. Как ни странно, она и является моим любимым местом в городе.

Дед мой — очень порядочный человек, честный, хорошо воспитанный. Он никогда не говорит неправду. Так как отец был постоянно в разъездах по стране, в хоккейную школу меня водил именно дед. Меня в его честь назвали Владимиром. Он и сам долгое время занимался спортом, руководил футбольной ДЮСШ «Сибирь». Мне кажется, я сильно на него похож. Его заслуга в том, что из меня вырос хоккеист.

«Если хочешь — поедешь, я же не привяжу тебя канатами к батарее», — сказал мне отец в начале сезона. Мы сели, обсудили, все взвесили и приняли решение с отъездом в Америку повременить. Я понимал, что в этом вопросе не только от меня все зависит. В том, что меня считают одним из самых перспективных молодых игроков, уверен, очень много аванса. Я стараюсь не думать о будущем. Сейчас у меня все мысли о том, как помочь родному клубу — «Сибири». Закончится сезон — там и будет видно.

Жажда победы — самое увлекательное, что есть в хоккее, непередаваемые ощущения. Мне нравится побеждать. Любому должно это нравиться. Когда человек осознает, что достиг поставленной цели, у него будто крылья вырастают. Особенно остро это ощущается во время волевых побед, когда в начале третьего периода проигрываешь 0:3, а на 59-й минуте забиваешь победный гол.

Заслуга каждого сотрудника клуба в том, что «Сибирь» ныне стабильно в верхней части общей таблицы чемпионата, несомненна. Администрация, врачи, массажисты, точильщики, работники офиса, руководство команды, тренеры, игроки... Мы все — единый кулак. Нельзя кого-либо выделить. У нас в команде нет ярких звезд. Мы все добросовестно выполняем поставленные перед нами задачи и горой стоим друг за друга.

Играем ли мы между собой во что-нибудь еще, кроме хоккея? Пока нет, но такое есть в планах. Вот, например, в «полено». Ребята по очереди бьют буллиты: если забиваешь — выходишь, нет — продолжаешь бить дальше, кто последним не забьет — тому вручают полено, и он либо собирает шайбы, либо несет за всех клюшки в раздевалку.

Кумиров у меня никогда не было. Даже отец таковым не являлся. Он скорее был примером для подражания. Многие ребята говорили: вот тот-то классно играет — буду как он. Или: он играет под моим номером — он мой кумир. У меня такого не было. Да, я играю под 91-м номером. Многие говорят, что это номер Сергея Федорова, и начинают меня с ним сравнивать. Когда я пришел в команду, то мой десятый был уже занят. Я выбирал между 13-м и 91-м. 91 — это мой год рождения, но не номер кумира. Я взял его без задней мысли, о сходстве с Сергеем Викторовичем никогда не задумывался.

Лучше поспать лишний час, чем идти куданибудь. В связи с очень напряженным календарем такая философия на этот сезон мне кажется правильной. Свободного времени, кроме как на отдых, очень мало. В основном все дни идут по одному и тому же графику, внести какие-то корректировки порой просто нет сил. В Америке думают о хоккее только во время матча или тренировки, у нас же все несколько по-другому. Нет еще такой практики. Мне симпатично, как проходит тренировочный процесс за океаном. Я много размышлял на эту тему. Понял, что постоянно думать о хоккее — это не по мне.

Москву хорошо знаю. Довольно часто в ней бываю. Конечно, ориентируюсь в столице не так хорошо, как в Новосибирске, но уже в курсе, где находятся гостиницы, арены и кафе. Много наслышан о московских ночных клубах, правда, не бывал в них ни разу. Времени нет... и возможности.

Началом моей хоккейной карьеры я обязан в первую очередь дедушке. Он поставил меня на коньки, дал первые наставления. В детстве мы с ним постоянно играли на улице. Позже он признался, что иногда поддавался, чтобы развить во мне психологию победителя. Нельзя сказать, что поддавался постоянно, но частенько. Дедушка — отличный психолог. Он знает, где надо было надавить, а где дать слабинку. Мне это сильно помогло в жизни.

Однажды в одной федеральной газете вышло интервью, которого я не давал. Пришлось сделать официальное опровержение. Почему я так поступил? Во-первых, меня возмущает сам факт того, что я вообще ни с кем не говорил, а интервью вышло. Вовторых, там была критика и в мой адрес, и в адрес тренера сборной Валерия Брагина. В сборную сразу позвонили и доложили: мол, так и так. Тренерский штаб обратился в редакцию, попросил аудиозапись. В редакции начали тянуть резину, мол, корреспондент на Еврохоккейтур уехал, приедет — предоставит. Прошло время, до сих пор никто ничего не предоставил.

«Пятьсот долларов за беспорядок в шкафчике», — так было написано на бумажке, которую в прошлом сезоне я нашел возле своей формы. В «Сибири», как и везде, распространена система штрафов. Меня еще никогда не штрафовали. Один раз Никита Зайцев пошутил и подкинул мне эту бумажку. Я тогда очень сильно переволновался, запаниковал, а ребятам, конечно, было весело...

Разыгрывать кого-то я не особенно люблю. Может, потому, что молодой еще. Помню, однажды мы с агентом поехали в Торонто, зашли в ресторан пообедать. За соседним столом сидели солидные мужики, так они раза три за вечер намазали друг другу туфли кетчупом. Пока один смотрит трансляцию, другой ныряет под стол и пачкает другому ботинки. Они все на подобном помешаны. Американцы не переживают по поводу одежды, поэтому более спокойно воспринимают подобные шутки. А юмор «ниже пояса» для них вообще святое. А вот у нас, в России, попробуй так... Человек купил себе дорогие ботинки хорошей фирмы, а я полезу под стол, чтобы белые ботинки кетчупом измазать. Ну что за бред... Не думаю, что такую шутку ктото оценит. Люди покупают дорогую одежду не для того, чтобы кто-то ее портил. Менталитет у нас другой.

Семья, а именно папа, мама, вторая жена отца Юля, брат Валентин и дедушка с бабушкой, для меня очень много значит. Можно сказать, что семья для меня важнее хоккея. Самые теплые отношения — с братом. Он постоянно приходит ко мне за советом, как быть в той или иной ситуации. Всегда помогаю ему уроки делать, один раз даже сочинение за него написал. Он еще маленький, всего 10 лет. Уверен, когда Валентин вырастет, он не оставит меня в беде, от которой никогда нельзя зарекаться.

Тренер и отец в одном лице — безусловно, не самое простое сочетание. Причем для нас обоих. Как мне бывает тяжело переключиться с одной модели отношений на другую («игрок — сын»), так и ему («тренер — отец»). Волей-неволей, иногда конфликты, связанные с хоккеем, переносятся домой. А что поделать? Что же касается тренировок, то он в два раза больше меня гоняет, чем остальных. Спуску не дает, чтобы не пришлось за меня оправдываться.

У меня хорошая зрительная память. В детстве, лет шесть назад, родители отправляли меня в Англию, чтобы английский выучил. Жил в английской семье. Один раз мы поехали в Париж в «Диснейленд». В парке нас отпустили покататься и сказали, что встречаемся в 10. Мы с другом перепутали и пришли в 8. Испугались. Ну что делать? Пошли по ночному Парижу одни в поисках гостиницы. Долго блуждали, но нашли. Я еще тогда «зуб дал», что дорогу найду.

Факторы, которые в первую очередь важны для успеха команды, — сыгранность и сплоченность. Как в прошлом сезоне в ХК МВД. В «Ак Барсе» за два года только точечные изменения состава — тоже показательный пример. Думаю, и у нас скоро получится выступить успешно. Почему бы «Сибири» в скором будущем не побороться за Кубок Гагарина?!

Хоккей, хоккей и еще раз хоккей... Таково мое будущее на ближайшие 5 лет. Можно сказать, оно предрешено. Следующий год — переломный. Сложное время. Загадывать что-либо не стану.

Целое поколение хоккеистов родилось и выросло в 90-е. Тогда были другие стандарты, другие приоритеты. Тогда было модно уезжать за океан. Игроками НХЛ гордились, их показывали в прайм-тайм, уехать стремились абсолютно все. И уезжали. Именно тогда у меня появилась мечта: играть в НХЛ и выиграть Кубок Стэнли. Я думаю, такая мечта есть не только у меня. Кто-то об этом говорит, кто-то нет.

Чемпионат мира в Баффало — один из самых потрясающих моментов в моей карьере. Важно было обыграть норвежцев и чехов, почувствовать вкус победы. А переиграв финнов, мы поняли, что нам по силам любая команда. О травме, полученной во втором периоде матча с канадцами, я не думал. Переглянулся с ребятами и понял, что в такой ситуации не могу подставить команду. Понюхал нашатыря — и вбой! Когда ты капитан, то должен быть примером как в жизни, так и на поле. Других вариантов быть не может.

Щербатым меня еще никто не называл. В декабре выбили два передних зуба. Даже капа не помогла. После возвращения с молодежного чемпионата мира планирую вставить новые.

Эминем — мой любимый рэп-исполнитель. Хотя в последнее время предпочитаю слушать музыку под настроение.

Юшкевич привез мне на лавку мою первую заброшенную шайбу. Это был гол в ворота московского «Динамо». В первой же игре, в первой же смене, вторым касанием. Помню, как Женя Муратов пас отдавал, как я бросал... А как шайба закатывалась и что произошло потом, плохо в памяти отпечаталось. Шайба, которую Дмитрий Сергеевич выгреб из ворот соперника и передал тогда мне, до сих пор дома лежит в уголке, как новая, — все думают, что она сувенирная.

Ярославль — мой родной город, только прожил я в нем недолго. Мы с отцом переехали в Новосибирск. В Ярике у меня осталось не так много знакомых. Скорее это даже знакомые родителей, чем мои. Однако там живет моя мать, по которой я довольно часто скучаю. Она работает в кафе «Духан», где самый вкусный шашлык в городе. Постоянно его там заказываю. Но меру в еде соблюдаю.

Никита Бережков, hotice.ru