..мы улыбаемся и смеёмся,
мы танцуем по утрам под Бритни, вооружившись расчёской-микрофоном,
мы перестаём ныть, что не высыпаемся,
мы не замечаем как наступает пятница, тогда как казалось вчера был понедельник,
мы забываем, что не курить два часа и больше раньше было сложно, а теперь - легко,
мы можем не писать в дневник день-два-неделю-больше -
потому что всё хорошо?

Нет, я не скажу, что всё вдруг стало хорошо в один миг, я даже не скажу, что всё таки стало хорошо; стало спокойнее. Меня даже перестало волновать будущее - толку? Люди врут тебе, ты врешь людям, но еще чаще ты врешь сам себе. Я забрала фотоаппарат из ремонта. Я отправила десяток вариантов CV на пару дюжин и-мэйлов. Я обзвонила ещё десяток кампаний, предоставляющих работу. Я ругалась с матерью. Я обзванивала всевозможные объявления о съеме кваритры. Я плакала, я много плакала. У себя на диване, в транспорте, на улице, на кухне у Сашки.. Я всё выплакала и теперь я спокойна. Ничего не станет лучше раньше чем через месяца два-три, но теперь я буду спокойна.
В моём сосуде не хватает песка, в нём только камни и гравий. Я хочу заполнить своё свободное время чем-нибудь полезным. Я хочу пойти на бэллидэнс, я хочу рисовать, я хочу сделать тату на шее в подарок на свои 21. После всего этого в сосуде останется место для воды, но это не моя роль. Это роль мужчины. Наверное, даже определённого мужчины.

И что бы она не скрывала,
И какой бы ты ни был гад,
Ей хочется остаться рядом -
Ты, кажется, этому рад