Человек, который год или пять лет назад разбил тебе сердце,

от которого уползла в слезах и соплях, ненавидя или прощая – нет разницы, –

которого не забыла до сих пор, как нельзя забыть удаленный аппендикс, _{даже если все зажило}, хотя бы из-за шрама.

Который ясно дал понять, что все кончено.

Зачем – он – возвращается? Раз в месяц или в полгода, но ты обязательно получаешь весточку. Sms, письмо, звонок.

И каждый, давно не милый, отлично чувствует линию и раз от разу набирает номер, чтобы спросить:

«Хочешь в кино?»

И я отвечаю:

«Я не хочу в кино. Я хотела прожить с тобой полвека, родить мальчика, похожего на тебя, и умереть в один день с тобой. А в кино  нет, не хочу».

_{Ну то есть вслух произношу только первые пять слов}, но разговор всегда об одном:

он звонит, чтобы спросить: «Ты любила меня?»

И я отвечаю: «Да». Да, милый; да, ублюдок; просто – да.

Я ^{давным-давно} равнодушна, мне ^{до сих пор} больно.

Я до сих пор выкашливаю сердце после каждого коннекта.

Не знаю, как сделать так, чтобы они, возвращенцы эти, перестали нас мучить.

Вывод напрашивается, и он мне не нравится. Может, самой слать им эсэмэски раз в месяц?

Расход небольшой, покой дороже:

^{«Я любила тебя». Уймись.}