и мне все чаще снятся лица, которые я не в силах запомнить. ты то появляешься, я то исчезаю и не получается ровным счетом ничего, что могло бы цеплять. тянется время, растягиваю слова на согласных на испанский манер в ожидании мадрида. он-то наверно будет. хотя все эти игры в города передаются булимией. mia a mia, и ничего страшного. не первая зима, не последняя. девятнадцатая. или какие-то пересчитала? не удивительно. не удивительно.

мне в голову приходят удивительные вещи. право присвоения, кажется, или прочая ерунда римского права: если найденная вещь не востребована исконным владельцем в течении 6 месяцев, то вещь можно оставить себе. прочая ерунда. мне так сильно к тебе хочется.

а я ведь расправилась с сигаретами. со всеми от парламента до мальборо. теперь жду рецидива, а повторяешься только ты (и дернуло тебя мне присниться). я каждый раз, когда тебя вижу, сама не своя, знаешь ли. мне не дышится, но плачется. [нет, если бы ты знал, как мне к тебе хочется]. и все эти игры из-за стекла. и мечты. мечтать ведь пока не запрещено законом. мечтать можно, если сильно хочется.

единственный преподаватель, который считает меня тупой. она во многом права и это у нас с ней взаимно. не знаю, чем дело кончится. зато замело все окна снегом и все витрины уже в мишуре.

я не вижу снега из-за ресниц, ты не увидишь меня из-за снега. а так хочется сорвать и приехать. а не буду. я вчера пропустила свой желтый свет. ничего страшного. знаешь, я теперь в это верю, что ничего страшного, абсолютно. я научилась без этого обходиться.

я часто вспоминаю свое состояние, когда папа ставил меня на весы, а я в карманы прятала утяжелители и весы показывали на 7 кг больше. после этого я искренне плакала, что поправилась на 7 кг. то время: когда я видела не себя в зеркале и меня не становилось, это удивительное расстройство пищевого поведения, когда вся еда отправляется либо собаке под стол, либо в унитаз. я плакала от того, что утяжелителями делала себя толще и от того, что себя не узнавала. теперь я чувствую себя точно так же в моральном плане. только теперь мы не разговариваем с папой. а мне очень его не хватает.

иногда хочется, знаешь, подойти, взять за руку. а не дано. от этого к тебе мне хочется еще сильнее.

у меня вокруг друзья- недруги. их поведение зависит от погоды. я какая-то гостиница временного пребывания. два-три временных постояльца и еще половина личностей абсолютно не знакомые. но почему-то всем надо, надо, надо. а что надо в принципе? девочка с мозгами, значит последние можно любить. жестко, жестоко. я перестала с кем-либо разговаривать в институте. это мало кто замечает. отлично.

Forbs- это тот же Vouge только непосредственно про у.е. и большее внимание мужской общественности в метро.

А ведь человечество не прощает ошибок. Более того, у человечества на них хорошая память. Конечно, если ошибки чужие. А мне не страшно плакать, я боюсь плакаться.

Библиотечные стены; они холодные. Ты мне приснился равнодушным. Как же так получилось, что я тебя обидела. Знаешь, теперь даже помню чуть ли не в минутах, когда и как. И тогда мне казалось, что это ерунда. Хотя, с чего это я решила. Могла и не обидеть. Но так хочется, чтобы ты обиделся. Ведь тогда, я- недоразумение, а из-за тебя (!) все не получилось.

Ты либо допинг, либо антидепрессант. Не могу определиться. Просто, знаешь ли, наркотики могут существовать без богемы, а вот богема без наркотиков никак. Ко мне же это, глобально,  не имеет никакого отношения.

Библиотека- мир интересный, но ты в нём никому не нужен- тут всем и без тебя есть чем заняться.

А что если мир- это только я? н а      э т о т      р а з      к т о      б у д е т      в и н о в а т ? ? ?