В книге Юнга "Отношения между "Я" и бессознательным" в описании действия анимуса дается ключ, которого многим женщинам не хватает. Анимус - это не просто мужские черты, вытесненные в бессознательное. Анимус - это мнения, установки и суждения, которые персонифицируются в виде судей, реформаторов и знатоков правильных ответов.

Анимус возникает не как одна персона, а скорее как множество. В повести Г. Дж. Уэллса «Christina Alberta's Father» героиня всем своим поведением подчиняется вышестоящей нравственной инстанции, которая в каждом случае с неумолимой суровостью и отсутствием чувства юмора, сухо и точно говорит ей, что и по каким мотивам она сейчас делает. Уэллс называет эту инстанцию «court of conscience» (англ. — судом сознания). Это множество судей, выносящих приговор, т. е. своего рода судебная коллегия, и является персонификацией анимуса. Иначе говоря, анимус представляет собой нечто вроде собора отцов и иных авторитетов, которые ех cathedra (лат. — непререкаемо; с кафедры) произносят неоспоримые, «разумные» приговоры. Посмотрев на дело более пристально, можно выявить, что эти взыскательные приговоры, видимо, представляют собой главным образом слова и мнения, возможно, начиная с детского возраста, бессознательно вычитанные в книгах и собранные в канон идеальной истины, правильности и разумности. Ключевые слова предпосылок, которые везде, где отсутствует сознательное и компетентное решение (что случается сплошь и рядом), спешат на помощь со своими готовыми мнениями, которые выступают то в форме так называемого здравого смысла, то в форме глупых предрассудков, то в форме пародирующих воспитание принципов: «Так всегда поступали в подобном случае» или «Любой тебе скажет, что это бывает так и так».

Само собой разумеется, анимус проецируется так же часто, как и анима. Годные для проекции мужчины — это либо живые копии Господа Бога, знающие правильные ответы на все вопросы, либо непризнанные реформаторы, имеющие в своем распоряжении запас расхожих слов, в которых все слишком человеческое обрело терминологию «богатого переживания». Все же характеристика анимуса будет неполной, если мы изобразим его исключительно как консервативную коллективную совесть. Он тоже реформатор, питающий, прямо противореча собственным правильным мнениям, необычайную слабость к загадочным, незнакомым словам, самым приятным образом заменяющим неприятное размышление".

К.Г. Юнг "Отношения между "Я" и бессознательным"

Но почему-то даже у Юнга мало сказано о трансформирующей силе анимуса. Конечно, правильнее приписывать такие силы именно Самости, но Самость - это скорее, то, что достигается, а анимус - это то, что помогает, дает необходимые ключи, расширяет горизонты сознания... Собственно, оказывает такое же благоприятное и вдохновляющее воздействие, как и анима на мужчину, только если анима обдает своего обладателя (спорный термин, но все же) душем полуосознанных чувственных настроений, то анимус наоборот, разбавляет эту женскую полуосознанность, ее праздность мышления, затуманенность, пребывание в первобытном инстинктивном сне.

Но такое влияние анимуса, видимо, нужно еще заслужить. На ранних стадиях проявления он лишь повторяет: делай как все, не отступай от социальных требований, не нарушай волю предков (этакий конфуцианский внутренний монолог). Но когда отцовская воля преодолена, когда социум подчинен, когда женщина оказывается охвачена духовным порывом, то анимус становится проводником, вдохновителем и неиссякаемым источником творческой энергии.

Но Юнг, наверно вслед за своими пациентами считал, что раз он проецирует на женщин свое творческое начало, то творческое начало женщины предназначено лишь для того, чтобы вдохновить мужчину:

"Анимус есть своего рода осадок суммы опыта, полученного предками женщины по поводу мужчины. Впрочем, и не только это: он еще и инициирующее творческое начало, правда, не в форме мужского творчества, но как порождающее нечто такое, что можно назвать λòγος σπερματιχóς, зародышевым словом. Как мужчина позволяет своему творению как целому созданию родиться на свет из своего внутреннего женского начала, так и внутреннее мужское начало в женщине производит творческие зародыши, которые в состоянии оплодотворить женское начало мужчины".

Но в описании негативных влияний анимуса Юнг прямо-таки преуспел. Следующее рассуждение прямо в точку:

У интеллектуальных женщин анимус вызывает обоснованность и страсть к рассуждениям, которые должны быть интеллектуальными и критичными, но в основном они заключаются в том, чтобы второстепенный, неважный момент возводить до абсурдной сути дела. Или случается, что сама по себе ясная дискуссия до безнадежности запутывается из-за того, что женщина привносит в нее совершенно иную, нередко не имеющую отношения к делу точку зрения. Такие женщины, сами того не подозревая, прямо стремятся раздражать мужчину, тем самым еще больше подчиняясь анимусу.

Проблема подобных негативных описаний состоит в том, что Юнг не мог, а его пациентки не умели испытывать на себе положительное влияние анимуса, а сталкивались только с теневыми проявлениями.