Сегодня потратила несколько часов из жизни на просмотр нового достижения российского кинематографа "Царь" с Петром Мамоновым (ага, тот самый душещипательный "Остров"). Не зря. Наоборот, фильм навел на несколько серьезных размышлений.

Все время просмотра фильма у меня было чувство, будто я читаю Фрезера. С самого первого кадра, где царя последовательно одевают, облачают на царство, и до самого последнего, где появляется черный пес. И царь действительно утверждает нечто столь же символическое: "Без воли царя пшеница не колосится, скот не родится.." Фильм полностью погружает в мир древнего слияния с природой и показывает абсолютную проекцию царя на народ: народ становится частью царя, а царь - отражением народа. И по сей день заметить такое можно в любой стране мира, но в самодержавии времен Ивана Грозного этой языческой неразделенности с природными циклами было намного больше.

Иван Грозный здесь пребывает в постоянном религиозном порыве. Он цитирует Откровение, а о своих "грехах" говорит так: я как человек грешен, но не как царь. Он оправдывает злодеяние самим своим царством, неким духовным помазанием. 

Он общается со всеми на языке символов, и сразу чувствуется, что он человек выдающийся. Однако его постигла та же участь, что и всякого древнего царя: он был вынужден сражаться с каждым, кто попытается занять его трон. Если религиозная власть в те времена была сугубо православная, то власть светская по-прежнему находилась на уровне языческого символизма царя как сильнейшей части, центра государства, который должен быть достаточно крепок и могуч, и его крепость и могущество постоянно требуется испытывать.

И вот он становится лишь инструментом в руках той силы, которая позволила бы ему сохранять власть как можно долше, однако уже при совершенной потере солнечной природы этой власти. Хотя он считает, что он выполняет свою высокую миссию, он незаметно для себя становится "Сатанаилом", как назвал его Филипп. 

Один из шутов царя в самой развязке фильма называет его жену "блудницей вавилонской", и хотя это нужно трактовать сугубо с негативной точки зрения, за данным символом кроется очень глубокое значение: блудницей вавилонской являлась для христианских мистиков душа, терзаемая мирскими желаниями, а кто жена царя как ни его душа, анима?

Кроме того, если царица "блудница вавилонская", то сам царь ни кто иной как зверь. И так объясняются все апокалиптические отсылки: это армагеддон, но армагеддон местного характера, характера самого царя. Слишком концентрированная, параноидальная, выраженная личность у него была, а иалдабаофное эго возомнило себя единым возлюбленным господа, имеющим право игнорировать волю других... А ведь его поражение в Полоцке - это отсутствие знамения от бога, которого он вымаливал. Чувство отчужденности, отрезанности от Плеромы, и погружение в материю и клиппот.

Личность царя была на самом деле очень хрупка в силу своей сосредоточенности, разбалансированности. Ему все время угрожали враги: содержания его собственного бессознательного, и он защищался от них, вытесняя и утверждая свое царство. Но его убийство святого еще раз показало, что он давно не помазанник, что он отступник и силен только насилием, а не, например, хорошей экономической или политической ситуацией. Он хочет лишь того, чтобы утвердить себя единым божим сыном. Но с каждым новым злодеянием чувствует себя все дальше и дальше от источника.