Слушая стройные хоралы Баха, думал о стаканчике душистой паленки и сигарете. О сигарете думал даже дольше, но далее мысленно воздержался, гордясь ни столько собой, сколько завершённостью образного ряда. Дама из местных, сидевшая (ну конечно, слева) вдруг, словно угадав ход моих мыслей, подалась ко мне своими пергаментными губами и, придавая шёпоту почти девическую страсть, прошептала, опаляя меня свежим коньячным спреем, свой казусный вопрос относительно сигарет. Я промолчал, и даже не подал вида, что понял, в то время как воображение уже вовсю трудилось над мизансценой грядущих событий.

LI 5.09.15