Вчера ночью мне приснилась крапива, густые высокие заросли у забора, в которых я искал и не находил спрятанный велосипед. Он должен был блестеть, но не блестел, а я страшась ожогов, всё медлил, мысленно нащупывая острые признаки его необходимости в той моей зыбкой реальности. Утром вспомнил, в детстве у нас бытовало мнение, что если посидеть под большим овальным столом в гостиной минут пять, то ночью непременно будут сниться страшные сны. Однажды мне удалось затащить под стол ожесточённо отбивавшуюся от меня старшую кузину, и на следующий день она с замиранием сердца рассказывала мне об ужасных последствиях учинённого мной своеволия. Мне же страшный сон в тот раз не приснился. Обиженный таким невниманием ко мне со стороны потусторонних сил, я битый час отсиживал задницу на холодном паркете, мечтая о ночном приключении и теребя тяжелые кисти старой, ещё прабабкиной скатерти, снятой, если верить семейному преданию, со стола английского промышленника F. в одну из лихих ноябрьских ночей 1917 года, когда в двух кварталах от дома уже вовсю разгорался уличный бой.

LI 5.09.15