Дожив до 25, я так и не научился по-настоящему прощать. Нет, я не помню зла и, как правило, об обидах забывают быстрее, чем эти обиды успевают пустить во мне корни. Но прощать я всё-таки не умею. Раньше мне казалось, что это когда-нибудь пройдет, и я смогу без немоты оглядываться в прошлое. Потом я понял, что ждать нечего. Моё неумение совсем другого свойства. Оно существует отдельно от причины, оно во мне с самого начала и никуда никогда не уйдёт. С другой же стороны, моё непрощение никогда не проникает внутрь, оно всегда на поверхности, как пленка, сквозь которую можно смотреть, но видеть только свет, а не людей.

LI 5.09.15