-Алискин, с днем варенья тебя! – Заорал, выскакивая из за барабанов Густав, только они появились в студии.
-Ну спасибо, племянничек! – она рассмеялась и взлохматила ему волосы. Она всегда смеется в компании.
-Присоединяюсь! – отозвался Том, - Хочу поднять эту еще почти полную банку ред була, за нашу Алису! За… извиняюсь... - он схватил со стола газету, - ...за «малышку с огромным талантом»! Это не я придумал! – он показал музыкальную сводку газеты. Каких только прозвищ ей не придумывали работники желтой прессы!
-Кстати, тут у нас кое-что есть! – Том указал на журнальный столик. Там красовалось несколько банок ред була, бутылок с колой, и «закуски», какие только смогли сварганить парни, тем более в студии.
-С днем рожденья! – объявил Георг, как только все расселись, - С семнадцатилетнем, и по традиции, будем дергать за уши! А по немецкой традиции, в два раза больше чем надо! Не бойся, не сильно, нам ваши, мадам, ушки еще понадобятся!
-Ну что поделать, дергай! – смилостивилась Алиса и подставила уши. Процесс пошел! Правда, дергали все равно семнадцать раз, Георг пожалел ее ушки! После небольшого пролога – классический тортик, с семнадцатью свечками. Задувать пришлось под общее улюлюканье – веселые здесь порядки! Она всегда загадывала одно и то же желание, из года в год. С десяти лет желание одно – чтобы все было хорошо. Однажды, оно уже не сбылось. И еще одно, найти любовь. Не поправилам она. А дыхание у Алисы сильное с детства, она всегда все свечки на торте задувала. И на пятнадцать, и на шестнадцать лет. А теперь они не погасли. Ни одна. Из всех семнадцати. Только пламя сильно наклонилось, а потом замерцало по-прежнему. Тогда задували всей командой. Вот тогда получилось. А на не затухшие свечи никто не обратил внимания. Никто и не вспомнил, что это плохая примета. А зря. Тем более, при таком желании.
-Ну, за что пьем? – осведомился Густав. Вообще, все то, «что можно пить за что-то» уже давно выпили, теперь чаем горячим баловались. И тортиком.
-Пьем за здоровье и творческие успехи! – с необычной ему серьезностью сказал Том.
-И за душевное равновесие! – Георг сделал важный вид. Он не заметил, что его чашка стоит близко к краю.
-Обязательно! – Добавил Том, - Эээ, Георг, посмотри… - он пытался обратить его внимание.
-И чтобы сбылось то, что ты загадала! А что ты загадала? – с хитрым видом Георг покосился на Алису.
-Секрет! – улыбнулась она.
-Да, рассказывать нельзя! – добавил Густав. – Георг, сейчас чашка твоя…
-Не сбудется, знаю я! – мотнул головой басист.
-Георг осторожно! – прикрикнул Билл.
-ЧТО! – рявкнул в ответ Георг. Тут он задел локтем чашку.
-ГЕОРГ! – заорал Билл. Чашка с кипятком полностью вылилась на ногу Алисе. Повисла звенящая тишина. А именинница сидела не шелохнувшись, только закусив до крови губу.
-Алис, ты… ты в порядке? – не своим голосом спросил Билл. Глупый вопрос, когда тебе только что обварили ногу. Она не ответила, а только с шумом втянула воздух, и поднялась из за стола. Джинсы прилипли к коленке, от мокрого пятна шел пар, девушка вся содрогнулась, но только чуть слышно охнула и медленно пошла в сторону туалета. Билл потряс головой, пытаясь, убедится, что это не глюки. Она не хромала, не приволакивала ногу, а просто шла. Шла, как будто ничего не произошло, как будто у нее не обожжена вся нога.
-Георг, ты совсем с дуба рухнул? – Билл зверем накинулся на басиста, - Ты вообще глаза разувал сегодня?
-Тихо, успокойся! – Том пытался усадить брата на место.
-Какого черта успокойся?! Да он ее сварил заживо, придурок! – он с такой ненавистью взглянул на Георга, что ему захотелось провалится на месте. Опять повисла раскаленная тишина. Вдруг послышался тихий вздох. Алиса показалась из туалета. Штанина была закатана выше колена, ожог обвязан мокрым полотенцем, через которое просматривались кубики льда.
-Да не надо, не ругайте его, все в норме. – прошелестела она.
-Как это в норме? – возмутился Густав. А Билл только смотрел на нее пораженным взглядом. Как она может так? А ведь когда обливают только закипевшим кипятком, кожа прилипает к одежде так, что не отлепить. Только отдирать вместе с одеждой. А это была только закипевшая вода…
-Ничего, я в порядке. – она даже улыбнулась. На мгновенье. Нет, она не такая как все, это точно.
Вот так отпраздновали семнадцатый день рожденья Алисы. Зашел и Девид. Она Георга не выдала, сказала, что сама обварила себе ногу. «Не такая как все» - постоянно крутилось в голове у Билла. Она улыбалась, смеялась, об инциденте как будто все забыли. Даже она отнеслась к этому с железной выдержкой и совершенно спокойно. Как она так может, когда Биллу даже оттого, что он только видел, стало нестерпимо больно. Как будто он тоже все чувствовал. Но, все всё уже почти забыли. Напоминало только одно – насквозь прокусанная губа у Алисы.