Ну вот и новый рассказик, он еще не закончен, и, если честно, у меня даже идей нет, как его продолжать... Так что советуйте))))




-Как же я тебя люблю солнышко, - кричал Том, бросая в меня очередную вазу. Бедный хозяин этого отеля, сколько же ущерба мы причинили ему как материального, так и морального, своими романтичными отношениями. Господи, как же хорошо, что в детстве добрые родители отвели меня заниматься гимнастикой! Иначе я не знаю, чтобы со мной сейчас было. Интересно, почему он так злится? Ну и что, что в клубе я почти весь вечер просидела на коленях у его друга. А потому что меньше надо было девок клеить. Тогда все было бы хорошо, и ваза осталась цела. Она мне так нравилась – старинная, сделанная в стиле Древнего Египта. Вот придурок.
-Знаешь, зайка. Я тебя тоже, - наконец отвечаю я.
-Тогда почему? – он медленно оседает на здоровую кровать. Я присаживаюсь рядом и начинаю гладить его по голове. Наконец-то он без кепки. У него такие милые ушки. Нежно целую его в щеку и говорю:
-Томми, лапочка, ты же знаешь, что я люблю тебя помучить. Также как и ты – меня. Поэтому нечего злиться. Вазы не виноваты, - мне до сих пор было очень жаль эту реликвию. Я, наверное, буду всю жизнь это ему припоминать.
-Дорогая, а ты не боишься, что я начну мстить? – он уже лежал на мне и медленно стягивал джинсы.
-Я не настолько сильно к тебе привязана, как ты ко мне, так что я По-любому буду реагировать спокойнее и кидаться в тебя ничем не буду, - я уже стянула с него его безразмерную футболку и начала расстегивать ремень на его штанах.
-Интересно, почему я в это не верю? – он нежно поцеловал меня в шею и начал спускаться ниже…

«Смска пришла, смска пришла! Пришла к нам смска!!!» - именно эти звуки выдернули меня из крепких объятий старика Морфея. Я тихо выругалась и, аккуратно выбравшись из рук Тома, пошла за телефоном. Странно, но вибрировал не мой мобильный, а моего ревнивого молодого человека. По идее, надо конечно отнести телефон ему, но с другой стороны – так интересно, кто бы мог слать ему смс в пять часов утра. Наплевав на все угрызения совести, я нажала «просмотр сообщения». Едкая ухмылка легла на мое сонное лицо: «Привет, кролик! Это Сюзанна, помнишь, что мы встречаемся сегодня в 10 у меня в номере? Жду!» Очередная блондиночка, мечтающая попасть в постель Тома Каулитца. Как же их много. Но что же делать мне? Пойти и закатить скандал? Нет, слишком претит моим представлениям о гордости. Надо придумать что-нибудь получше. Что бы его перевернуло всего, и он вспоминал об этом как о самой ужасной ошибке в своей жизни. Для начала надо повести его по магазинам с утра, чтобы он не попал на эту встречу. А пока можно поспать. Я, зевнув, легла на кровать и закрыла глаза. Почувствовав руки Тома на своем животе и легкий поцелуй в макушку, я повернула голову. Оказалось, что он крепко спал, мило причмокивая, а обнял меня чисто инстинктивно. Почему-то возникла непонятная дрожь, и сердце учащенно забилось. «А я ведь не хотела привязываться к нему», - подумала я, улыбнувшись, и сжав пальцы молодого человека, мирно заснула.

-Спасибо, друг, - говорил утром Том по телефону. – Да. Она прочитала, и теперь, наверное, думает, что я собираюсь с кем-то встретиться. Интересно, какая у нее будет реакция. Ладно, Андре, она скоро проснется. Не дай Бог, догадается. Еще раз спасибо. И сестре передай. Я ее в кафе свожу. Позже еще позвоню.

Проснулась я от дикого холода. Кто-то забыл закрыть окно. Я сладко потянулась и посмотрела на часы – половина 10. Фу, как рано. Я повернула голову в поисках Тома. Его не было. Только из душа доносилось пение. Я улыбнулась и, накинув халат, встала с кровати и постучала в ванную.
-Не заперто. Только учти, что я не одет.
-Да мне просто зубы почистить. Я хочу пройтись по магазинам с утра, а то днем так людей много, очереди большие… Пойдешь со мной? – удочка закинута, теперь надо сделать все, чтобы рыбка клюнула.
-Ну, я даже не знаю… у меня были кое-какие планы на утро. А что ты хочешь купить?
- Что-нибудь из одежды, или белья. Я еще не решила. Поэтому подумала, что ты мне поможешь выбрать. Ведь у вас сегодня, кажется, выходной? Но если ты занят, то я могу взять с собой Билла, - о, да. Моя провокация подействовала – он выключил воду и вышел из кабинки. Я знала, что нравлюсь его братику, да и сам Том это знал. И это его раздражало, хоть он и понимал, что младший Каулитц никогда не станет отбивать у него девушку. Понимала это и я. Но мне нравилось сводить Тома с ума от ревности к брату. Потому что когда я указывала ему на то, что Билл никогда не пойдет против своего близнеца, да и я не имею привычки ссорить родственников между собой, то он очень нежно и ласково извинялся, говорил, что опять сморозил глупость и что он очень дорожит нашими отношениями и бла-бла-бла. Мы встречались уже полгода, и полгода умышленно мучили друг друга: я – его с его многочисленными друзьями, а он – меня с бесконечными блондинками и фанатками. Но никогда не было такого, чтобы кто-то из нас действительно изменил. Это я знала точно, да и Том это осознавал. И хоть мы ни разу не говорили таких громких слов, как «люблю», нам обоим было понятно, что это не просто страсть и симпатия. Это нечто гораздо большее, только вот этого я и боялась и больше всего не хотела. Да и Том, как я поняла, тоже. Поэтому мы постоянно придумывали издевательства друг над другом, причем, чем жестче и извращенней, тем лучше.
-Может, ты подождешь пару часиков, пока я закончу свои дела, и тогда мы пойдем с тобой ВДВОЕМ - он сделал акцент на этом слове, - и я куплю тебе самое шикарное белье, которое найду.
Блин, надо запретить себе таять в его руках и от его сладкого шепота. Елки-палки, правой рукой он начал развязывать пояс моего халата, а левой – чистил себе зубы. Дурак. Я резко дернулась. Не выдержала такого напора, позор мне. Позволила слезы. Отвернулась к двери.
-Хрен с тобой, пойду одна. Никто мне не нужен, раз я никому не нужна.
Ну, вот не хочу я зависеть от него, только вот поздно. Теперь нельзя ему показывать свою слабость. Главное, чтобы он не заметил слез.
-Не реви. Я отложу дела. До вечера они смогут подождать,- похоже, что он все-таки засек. Только вот такой холодный тон причинял дикую боль. Что-то я расклеилась, нельзя так себя вести в присутствии Тома, а то я все испорчу. Собралась и ответила:
-Как хочешь. Мне все равно, - и вышла из ванной.
-А мне не все равно. Я иду с тобой.