Предупреждаю: очень бредовое творение, в котором дальше будет много фантастики.)) Обещаю сделать хэппи-энд.)

ГЛАВА 1


Коридор..Длинный и настолько темный, что не видно стен. Касаясь наощупь руками шершавой поверхности, он словно слепой котенок идет на свет, который виднеется впереди жалким ярким ослепляющим пятном, где на фоне ясно выделяется человеческая фигура. И сколько бы он не шел, он не мог достигнуть цели, а каждый раз снился этот одинаковый проклятый сон, повторяясь, словно пытаясь что-то донести, о чем-то предупредить. И это лицо, которое ледяным взглядом пронизивало душу. Кто она? Почему она приходит каждую ночь - молчаливая, с черными как смола зрачками, муза, которая вкладывала ему в душу вдохновение и, просыпаясь, он невольно тянулся рукой к карандашу и бумаге, записывая стихи. За прошедшую неделю полуобщая тетрадь была от корки до корки исписана ими. Но даже он, автор, вдохновленный странной незнакомкой из своих снов не знал, о чем он пишет. Просто писал..
- Эй, Билл, просыпайся, приехали. - Том потряс брата за плечо и тот, открыв глаза, посмотрел вокруг. Автобус, остановившись у концертного зала, заглушил мотор, и голоса девочек-фанаток снаружи стали слышны сразу намного отчетливее. Как же он не хотел выходить наружу, снова пытаться прорваться к зданию целым и невредимым под прикрытием телохранителей. Это утомляло, а порой становилось даже невыносимо, но жаловаться он не имела права - работа есть работа.
- Дай мне тетрадь. - попросил Билл брата и кивнул в сторону, где лежал его самодельный сборник стихов, написанный от руки.
Том нахмурился и недовольно застонал, замотав головой
- Опять? Сейчас не время..У нас концерт через два часа!
- Комментировать мои просьбы совсем необязятельно. Просто подай тетрадь - о большем я тебя не прошу.
- Псих.. - еле слышно прбурчал себе под нос Каулитц-старший и, уже спустя мгновение, заветная тетрадь лежала у Билла на коленях, а его карие глаза горели счастливым огоньком, словно у ребенка, только что получившего игрушку, о которой он давно мечтал, разглядывая ее долге время на витрине магазина.
Прижав ее к груди, он ступил из автобуса на свежий, чуть морозный воздух и зажмурился от яркого света и вспышек фотоаппаратов. Вытянутые руки то и дело пытались дотянуться за своего кумира, а фанатки истерично кричали, размазывая слезы по щекам. Он ненавидел фанатов, хоть все думали иначе. Наверное, Билл был настолько искуссным актером, что никто не в силах был разоблачить его в этой нелюбви, которую он скрывал под маской с натянутой улыбкой на кукольное личико с мультяшными чертами лица. И только оказавшись снова в тишине, в гримерке, Билл мог вести себя так, как хочет и говорить то, что думает
- Они меня достали. - растягивая каждое слово как резину проговорил Билл сквозь зубы.
- Знали бы они, братец, об этом. - Том криво усмехнулся и сел на диван, закуривая сигарету, только что изъятую из пачки.
Удостоив близенеца скучающим взглядом, Билл сел на подоконнчик и открыл тетрадь, начав выводить очередные строки, которые волной, принесенной вдохновением нахлынули на него.
- Сколько можно писать? - сквозь смех проговорил Густав, покручивая в руках барабанные палочки. Ответом ему послужила лишь тишина, потому что Биллу настолько надоели эти бесконечные вопросы о его странности, проявляющейся с каждым днем все больше и больше, что он решил просто не реагировать, отключившись от реальности. Пускай все вокруг и считали, что его сны - ничего не значащая игра воображения, которая не имеет смысла, но Билл считал иначе, чувствуя в этом нечто особенное для себя.И он был уверен, что строки, которые выводила его рука на бумаге, приходили на ум не просто так..
Том, докурив сигарету, опустил бычок в пепельницу, где тот мгновенно затух и подошел к брату, глядя в тетрадь через плечо..

"Соленый дождь из красных слез,
Горький привкус разбитой мечты,
Я уйду в страну сказочных грез,
Я исчезнуть смогу..навсегда..а ты?
И сквозь ливень и шторм листопадом
Я быть может явлюсь, чтоб сказать и уйти:
Любовь и жизнь были кгда-то..
Но разрушаются мечты"

- Господи, братец, что ты пишешь? Ты не заболел?
Каулитц-младший резко захлопнул тетрадь и откинул в сторону карандаш, подняв на брата взгляд, полный досады. А потому, как напряглись его скулы на лице, можно было без труда угадать, что он злился.
- Оставь меня... - его голос звучал на удивление спокойно, несмотря на то, что в глазах загорелись зловещие огоньки.
Повисло молчание. Том обреченно качнул головой и вздохнул. Беспокойство стало еще настырней закрадываться в душу и парень даже всерьез подумывал, а не свихнулся ли его брат. Сны, странная незнакомка в них и стихи, с каждым разом все больше и больше наполненные некой обреченностью и сумасшествием. Но Том не мог видеть того, что на самом деле происходило в душе у Билла, который и сам не мог понять, а почему же он пишет такие строчки, подобные запискам суицидника....
Хлопнувшая резко дверь и появление Йоста с как всегда счастливой улыбкой на устах, разрядили обстановку и заставили переключиться на мысли концерте.
- Дэвид, что у нас сегодня? - лениво протянул Георг, зная, что сейчас их продюсер откроет свой аккуратный ежедневник и зачитает им их сегодняшнее расписание, среди которого обычно едва бывало хотя бы полчаса свободного личного времени.
Георг не ошибся - Йост с деловитым и серьезным выражением лица, открыл блокнот в кожаном переплете и произнес:
- Через полчаса встреча с журналисткой из "Pop Corn'a", потом концерт, а в десять вечеринка, на которой мы обязательно должны присутствовать. - сделав акцент на слове "обязательно" он оглядел своих уставших подопечных и словил на себе четыре пары утомленных глаз. - Работа, мальчики, работа. - словно оправдываясь проговорил Дэвид. - Через полчаса, чтобы были готовы.
Произнеся последнюю фразу, он исчез из гримерной, в которой вновь воццарилось молчание - каждый думал о своем, но все же одна мысль у них была у всех общая: когда же отпуск?