Уж даже не знаю, куде еще опубликовать мой рассказ? Сюда неверно;) Итак:
Ничем не примечательное, школьное утро, самой непримечательной среды, обещало обернуться вселенским бедламом! Везде: от кабинета директора, до сарайчика местного дворника дяди Феди, только и говорили что об этой новости! А новость и правда была из ряда вон выходящая!
Все начилось с того, что в половине восьмого утра появилась завуч, Настасья Захаровна. То что она появилась, это дело обычное - она часто устраивала "шмон" по утрам. Однако повела она себя очень необычно: оглядываясь словно воришка, она приклеила на стене перед входом огромное объявление. В шок повергло то, что она не поленилась лезть под потолок на стремянке и приклеивать огромный лист ватмана, балансируя при этом на верхней ступени шаткой стремянки. А во-вторых... содержание этого объявления вводило в восторженный ступор всех кто его прочитает! Объявление гласило:"Дорогие ученики! В связи с тем, что наша школа достойно приняла на себя звание лицея, на предновогодние праздники будет организован конкурс юных талантов в области музыки! Конкурс будет проводиться на городском уровне, это значит что конкурс будет проводиться не только в нашей школе, а во всем городе. В конкурсе будут принимать участие следующие учебные заведения: школа при академии министерства финансов, физико-математический лицей №1756, гимназия№456, гимназия№58 с гуманитарным уклоном и языковая школа №128. Всех желающих учавствовать в конкурсе просьба оставлять свои заявки до 10 декабря, в кабинете у Настасьи Захаровны."
Вот это новость! Мало того что наша "железобетонная леди" никогда не поддерживала всякого рода конкурсы на творческую тему, так еще и соперники очень внушающие! Эти громкие имена знала вся школа - именно с ними нам приходилось бороться за то самое звание лицея! Только школа, пардон, лицей свободно вздохнул, так вот вам, пожалуйста! Не так, так эдак, но с ними нам бороться опять придеться!
Размышляя на эту тему, я шла в кабинет литературы, но тут меня остановила одноклассница и подруга Лариса. С Ларисой мы вместе еще в детский садик ходили, а потом и в первый класс пошли. Так что она сначала лучшая подруга, а потом одноклассница.
-Лина, ты где ходишь? - спросила Лариса, и потянула меня в сторону подвала. -Ребята там тебя заждались! Дискуссия насчет конкурса! Я надеюсь ты объявление видела?
-Я то видела, а как же урок?
-Урок разрешили пропустить! Пошли, живо!
-Давай тогда заявку завучу занесем! - слабо сопротивлялась я.
-А я уже отнесла! - я все время удивляюсь, как Лариска все успевает?
-Хорошо, пошли скорей. Я так понимаю, времени у нас до следующей физики?
-Ой, не напоминай! Я ничего не выучила! - скривилась Лара.
Ну тогда бегом, может еще и успеешь даже подучить немного. - оживилась я.
Мы побежали в подвал, придерживая друг друга, чтобы нас не снесла толпа.
2,
Четыре подростка. С виду ничем не примечательные. Но только с виду! Всех их кое - что объединяет. Это 'кое-что' называется собственная рок - группа, которая пока еще никак не называется. Сидят эти подростки в школьном подвале, заполненном старыми партами. И все думают. О чем - то своем.
Бас - гитаристка Лариса Мамонова о том, как сдать физику к следующему уроку(она совсем ничего не выучила!).
Я, вокалистка Алина Салина, о том, как собрать деньги на новую барабанную установку(у нас же группа, а выступать на школьном концерте к Новому году надо через три недели!)
Просто гитаристка и иногда клавишница Катюша Краснова размышляла на тему 'почему же бутерброды падают маслом вниз и пачкают любимые джинсы?' (вывести ее из себя могут только испачканные джинсы)
А барабанщик Боря Кислов не думал, а носился по подвалу, изредка выкрикивая: 'Ну куда делись барабанные палочки???'
Нам как никак повезло, нам разрешили не идти на литературу, а репетировать в подвале школы. А вот почему:
В четвертом классе, мы с Ларисой организовали маленькую самодеятельность - выступали на школьных праздниках. Просто самодеятельностью нам быть не хотелось, и мы решили называться 'рок - группой'. Название нашей 'рок - группе' мы так и не нашли, зато нашли Борю, который великолепно играл на ударных и был назначен на должность 'ударник'. В пятом классе из другой школы к нам перешла Катя, мы приняли и ее. Она оказалась настоящим сокровищем! Мало того, что она на гитаре играла даже лучше Лары, она виртуозно играла на пианино! И теперь в группе Катя играет на второй гитаре, иногда, если надо - на клавишных.
Вот так родилась рок - группа, пока еще без названия. Поскольку по литературе у нас всех было 'отлично' нам разрешили ее пропускать и репетировать. Только вопрос с названием оставался нерешенным.
-Может попробуем по первым буквам фамилий?- предложила Лариса.
-Точно! Кислов, Салина, уже получиться Киса!- обрадовался Боря.
-Так, а Мамонова, Краснова куда делись?- возразила Катя.
- Название - дело десятое. Давайте думать как нам денег собрать на барабаны!- сказала я, -а то у Бори одни палочки остались!
-И те потерялись, - сокрушался Борис.
-Тем более! Я иду в доставку пиццы подрабатывать.
-А примут ли? Нам всего по тринадцать, а тебе Алина, только в феврале будет! - сказала Катя.
-Уже приняли! Там же братец мой работает, вот и пристроил! - радостно заявила я.
-Ну а я тогда на почту устроюсь, буду листовки разносить! - объявил Боря, - там возраст неважен! А ты Ларис, куда?
-А может в гардероб, в детскую поликлинику? - спросила Лариса.
-Куда??? - хором спросили все мы.
-В гардероб, в детскую поликлинику, - невозмутимо продолжала гитаристка, - там точно ни про возраст, ни про наличие паспорта спрашивать не будут!
-Ну что ж, логично! Я тогда буду в местном супермаркете каталоги раздавать, как сейчас говорят - буду дистрибьютером! - объявила Катюша.
-Ну вот, все пристроены! - облегченно вздохнула я. Тут зазвенел звонок на следующий урок.
-Пошли, девчата! - крикнул Боря. Осторожно, что бы не столкнуться в темноте друг с другом, мы выходили из подвала под гневное бормотание Ларисы('Физичка вообще с ума сбрендила, задать такую гору домашки и зачет! Блин, засыплюсь!')
3.
На следующий день, то есть в четверг, все мы снова встретились все в том же подвале. На работу пристроены оказались все, а Кате, как дистрибьютеру, даже выдали аванс в размере 610 рублей. Особенно умиляли последние десять рублей! Сумма конечно небольшая, но уже что - то! Эти рубли были положены «в захоронку» - под линолеум в подвале. Туда же отправилось содержимое всех наших копилок. Что в итоге, вместе с несчастными 610 рублями, составило весьма внушительную сумму 4110 российских! Очень даже не плохо! Но радость всей нашей компании омрачил Бориска. Он посмотрел в Интернете цены на барабанные установки – нашей суммы катастрофически мало! Но мы решили пока не отчаиваться, ведь до Нового года еще месяц с лишним! А отказываться уже поздно! Вот так бы и сидели мы, все четверо, если бы наши грустные мысли не прервали самым наглым образом.
-Краснова, Мамонова, Кислов и Салина здесь? – раздался детский голосок.
-Стучаться надо, – вяло отозвалась я, - Здесь, что случилось?
-Вас вызывают в кабинет завуча, - отозвался крохотный первоклашка, - и велено передать, чтобы вы поторапливались!
-Куда поторапливались? – спросила Катя.
-К завучу.
-Так что случилось? – спросил Боря.
-Да не знаю я! – рассердился первоклассник, - мне передать велели, и все! И вообще, урок у меня! Труд, между прочим! – заявил первоклассник, и с гордым видом удалился.
-Ишь, ты! Урок у него! Труд! А объяснить нормально не смог! – вскипела Лариса.
-У первачков и правда урок, а нам надо идти, а то вдруг что - то важное? – сказала я и взяла свой рюкзак. Мы вышли из подвала, предварительно закрыв дверь на ключ – там как никак все наше состояние!
Из кабинета Настасьи Захаровны не доносилось ни звука – просто гробовая тишина! Все это испугало не только меня. Я робко постучала в дверь, и из кабинета донеслось зычное «Войдите!». Осторожно, бочком, мы прошли в кабинет. Кроме нас здесь было еще много народу, несколько старшеклассников и старшеклассниц, паренек из нашего «параллельного» класса и группка третьеклашек.
Ну что ж, все в сборе! – объявила Настасья Захаровна, - как вы уже поняли, я собрала всех вас здесь для обсуждения вопросов предстоящего конкурса.
Все собравшиеся начали злобно стрелять глазами друг в друга, но почему то больше всего злых физиономий было обращено в нашу сторону.
-Правила конкурса несколько изменились, - спокойно вещала завуч, - в городском соревновании будут принимать участие победители предварительного этапа в школе. То есть все здесь присутствующие будут бороться друг против друга на школьных соревнованиях. Проходить они будут двенадцатого декабря, так что у вас есть время подготовиться – до даты соревнований еще неделя. А сейчас мне надо записать вас, итак начнем со старших.
-Мы – реперы! – гордо заявили старшеклассники.
-Название? – спросила завуч, записывая реперов в бланк.
-Сумасшедшие овощи! – еще более гордо заявил один репер. Третьеклашки захихикали, наша группа дружно отвернулась в сторону стеллажа и увечено «рассматривала» гжельские статуэтки, казалось, Настасья Захаровна тоже прячет улыбку в газовый шарфик, который постоянно носила.
-Прекрасно! Так и запишем! – сказала завуч, - кто следующий?
-Мы! – закричали третьеклассники, - мы хор! Исполняем фольклорную музыку России и других стран! – на одном дыхании протараторила одна девочка, - называемся фольклорным хором!
-Замечательно! – сказала Настасья Захаровна. Кажется после «Сумасшедших овощей» у нее было великолепное настроение! – вы свободны, теперь ты Данила. – вперед вышел мальчишка из параллельного.
-Меня зовут Даниил Костин. Я певец. Музыку исполняю разную. Настоящую музыку! – на этих словах он окинул меня презрительным взглядом.
-Ясно, теперь вы! – сказала наша завуч, -Данила, ты свободен!
Данила еще раз презрительно взглянул на меня, пробормотал что то типа «Музыкантишки, тоже мне!», и удалился.
-Ну что ж, вы последние, - с явным облегчением сказала завуч, доставая новый бланк.
-Мы рок – группа, - робко начала я, - исполняем современный рок, только название еще не придумали.
-Ну чтож вы так? – вздохнула Настасья Захаровна, - до конкурса совсем немного осталось! Ну теперь о составе?
-Я пою, Лариса и Катя играют на гитарах, а Боря барабанщик. – объяснила я.
-Так, я вижу гитары у вас есть, - завуч кивнула в сторону девочек у которых за спиной висели гитары, - акустическая система в актовом зале хорошая, а как с ударной установкой? У школы ее нет. – при этом боря сильно покраснел.
-У нас есть! – с жаром воскликнула я. Мне внезапно так стало противно от того что некий Даниил Костин, возомнил себя талантищем! – У нас все есть! Хоть сегодня на сцену!
-Ну сегодня не надо, а так все отлично, репетировать можете в актовом зале, после уроков. Вы свободны!
Попрощавшись, я вылетела из кабинета и полетела в класс. За мной еле успевали все остальные. Я улыбалась во весь рот, щеки пылали. Ну погоди Данила! Посмотрим, какой ты певец настоящей музыки! В голове поселилась тупая уверенность – у нас все получиться! На барабаны деньги найдем! Любым способом, но обязательно найдем! Я летела, не замечая ничего, а Лара, Катя и Боря пораженно смотрели на меня.
4.
-Что значит, у нас есть? Ты вообще, соображаешь? – кричал Борис. Еще никогда я не видела его таким злым.
-Мне наверно надо было сказать «Извините, Настасья Захаровна, нету у нас ударных, и денег на них нету, и вообще мы участвовать не будем!» – вскипела я.
-Это ты загнула, но как нам теперь быть? – спросил Боря.
-Искать! Мало ли, может, кто по дешевке продает бэушные инструменты? Искать! И зарабатывать больше! – воскликнула я, - Девочки, вы слышали? – я обернулась, и что же я увидела? Лариса преспокойно строчила, что-то в тетрадь, а Катя заткнула уши наушниками, и вообще, по-моему, была уже не с нами. Это стало последней каплей. Я схватила стакан с ручками и со всей силы швырнула его об стену.
-Блин, это что, мне одной надо?!!! – на грани истерики, я схватила свою сумку и выбежала из подвала. Краем глаза я заметила, что у Кати выпал из уха один наушник, и она никак не может понять, почему стакан с ее ручками валяется в углу?
Не оглядываясь, я понеслась домой, чуть не забыв застегнуть куртку. Глотая слезы, я думала о том, что произошло. Я понимаю, Борька патологический пессимист, но девчонки? А Лариса? Она ведь моя подруга! Лучшая подруга! Неужели из за этого я ее потеряю? Чертова группа! Чертова затея! Злая как дьявол, я влетела домой. К моему удивлению, мама была дома. Сейчас я никого не хочу видеть! Даже маму! Тихо, словно воришка я пробралась к себе в комнату, но как назло врезалась в стул, и он с оглушительным грохотом свалился на пол. Да, день сегодня не мой, однозначно.
-Алин, ты с кем тут воюешь? – спросила только вошедшая мама. Тут я не выдержала. С разбегу плюхнулась на кровать и зарыдала в голос. Мама была в шоке, ведь последний раз я плакала, кажется полтора года назад – тогда умер мой хомяк Жорик, дожив до почетного возраста – трех с половиной лет.
-Алин, ну не плачь! Что может такого случиться? Расскажи. – мягко уговаривала мама.
-Мам, ну кого я обманываю, кого? Кто мы такие? Группа без названия? Кучка малолеток возомнивших себя рокерами? Да что мы можем? – зареванным голосом воскликнула я. Не знаю почему, но я рассказала ей все. Не смотря на то, что мама считает нашу группу всего лишь забавой. Я рассказала про то что не получается найти барабаны, и про Данилу Костина – певца настоящей музыки, и про то как все мы поссорились сегодня. Вернее про то, как поссорилась со всеми я.
-Ну и что остается? Мы просто неудачники! – уже чуть успокоившись, сказала я.
-У тебя остается вера. – задумчиво произнесла мама, - Вера в себя, в своих друзей, в ваш талант!
-Какие друзья? Я же так обидела их! Какой талант? А песни, которые я пишу? Это же детский лепет! – снова принялась плакать я.
-Они твои настоящие друзья, значит поймут тебя!- успокаивала меня мама. – А песни… Напомни мне, когда ты их написала?
-Большее количество этим летом. У меня была жуткая депрессия. Но ведь она прошла, и больше песни не пишутся! – отчаянно воскликнула я.
-Главное – это не просто песни! Ты говоришь о своих эмоциях в этих песнях. Они написаны с душой, пусть даже еще девчонкой, такой как ты. Они со смыслом, а это берет за душу. – сказала мама. – И еще, напой что нибудь. – попросила она. Я напела припев из своей старой песни: Я за тобой пойду!
Через темноту.
Все преграды я
Легко и быстро пройду
Горы перешагну,
Реки переплыву.
Я за тобой пойду
Через темноту.
-Вот видишь! – сказала мама. –Твой голос, он красивый даже когда ты заплакана! И слух у тебя есть! И еще, вот посмотри. – она протянула мне полоску от объявления. «Ударная установка. Б/У. Дешево.» и телефон. Я очумело посмотрела не маму.
-Позвони, думаю это то что надо. – сказала мама, видя мою реакцию. Я все еще пораженно молчала.
-Пойду-ка, сварю картошки. – предложила она. А я наконец-то обрела способность говорить.
-Мам, как же это получается, ведь ты же была против этой затеи с самого начала! –сказала я.
-Знаешь, Лина, я ведь тоже хотела быть певицей. – задумчиво произнесла мама. – Я была твоей ровесницей, когда сказала об этом родителям. Они приложили все усилия, чтобы у меня ничего не получилось. А ведь это было для меня самым важным тогда. И я не хочу запрещать тебе, делать то, что тебе нравиться. Я же вижу – ты талантливая девочка. Лина, и еще: я всегда за тебя. – с этими словами она чмокнула меня в макушку и вышла. Я снова чуть не заплакала! У меня самая лучшая мама!
5.
Передо мной сразу возникло несколько неразрешимых вопросов: во-первых, как помириться с ребятами? Как рассказать им об объявлении? Звонить или сразу пойти по адресу объявления? Как определить объем твердого тела? (последнее – по физике) Решив отправиться прямо по адресу, а физику отложить на потом, я выбежала из дома и буквально впечаталась в Катю, Борю и Ларису. Свершилось, как говорили великие! Только я открыла рот, чтобы начать извинятся перед ребятами, но они меня опередили.
-Алина! Извини нас, пожалуйста! – буквально выкрикнула Катя.
-Ты права, группа – это серьезно, - добавил Боря.
-И относиться к этому надо серьезно! – закончила за всех Лариса. Я так и осталась стоять с открытым ртом.
-Простишь? – спросили хором все трое.
-Эммм… да, я вобщем то, сама шла извиняться. – еле выговорила я.
-За что? – все так же хором спросили ребята.
-Ну, я же накричала на вас тогда, ни за что.
-Да брось ты! – махнул рукой Боря, - мы сами виноваты. Ну что, мир?
-Мир. – ответила я. Всей компанией мы сплели причудливую конструкцию из мизинцев на правых руках и прокричали стишок про «Мирись, мирись, мирись…»
-Кстати! У меня такие новости! – вспомнила я. Рассказала все про объявление об ударной установке, я заметила, как на меня смотрят три пары удивленных и резко увеличивающихся в размерах глаз.
-Ахренеть! – только и смогла выговорить Лариса.
-Присоединяясь к тебе: Ахренеть! – зачарованно произнесла Катя. Боря пораженно молчал.
-А оно у тебя с собой? Ну, в смысле объявление? – наконец спросил Борис.
-Конечно! – ответила я, - Я собиралась сходить прямо по адресу.
-Ну так чего ждем? – оживилась Катя. – Пошли вместе сходим!
-Пошли, тем более тут совсем рядом! – обрадовалась я. – А адрес вам знакомым не кажется?
-Кажется. Пошли заодно и проверим! – заявила Лара. На том и решили. Какое то время мы молча двигались к своей цели, пока не вышли к старой пятиэтажке. Ки кодового замка, ни тем более домофона на дверях подъезда не было. Нужная нам квартира находилась на первом этаже.
-Подождите ка, - удивленно сказала Лара, заглядывая в бумажку с адресом, - так это ведь…
-Здесь дядя Федор живет, дворник наш! – закончил за нее Борька. – Неужели у него есть барабаны? Алина, ты адрес то, правильно переписала?
-Не знаю. – уже даже я начала сомневаться, - Но позвонить стоит. – я робко нажала на черную пупочку рядом с дверью.
-Иду, иду! – донеслось изнутри. Дядя Федор собственной персоной открыл нам дверь.
-А, это вы! Ну заходите! – обрадовался он нам. – Насчет барабанов?
-Да, а как вы догадались? – спросил Борис.
-Так я ж слежу за школьными новостями! И про конкурс слышал! А о вас, рокерах, вся школа говорит! – пояснил дворник.
-О нас все говорят? – поразилась я, - А мы не знали!
-А вы вообще ничего не знаете! Спрячетесь в своем подвале, хоть бы выступили раз на празднике каком! – укорил дядя Федор. – А на конкурсе хоть вас послушаю!
-Неужели вы наш фанат? – не утерпела Лариса.
-Ну как сказать, я вообще рок люблю, не современный конечно, а вот стариков Биттлз иногда слушаю. И вас послушать интересно, ради эксперимента! – дядя Федор лукаво улыбнулся.
-Тут уже покушались на мои барабаны, а я их вам приберег. – продолжал он.
-Как это, покушались? – удивилась я.
-А вот так! Парнишка приходил, Данилой назвался, продай, да продай ему барабаны! Я отказал! – гордо объяснил дворник.
-Это наверно тот, который в тебя глазками стрелял у завуча! – возмущенно зашептала Катя.
-А ему зачем? – вещал дальше дядя Федя, - он же у нас певец настоящей музыки! Мне Настасья Захаровна все рассказала, как он себя вел на собеседовании! Вот паразит!
-А почем вы продаете ваши ударные? – спросил Боря.
-Да думаю тысячи четыре. Дороговато, но барабаны как новые! – сказал дворник, почесывая макушку, - вот, идемте, посмотрите! – пригласил дядя Федя, толкая дверь в соседнюю комнату.
Внезапно боря застыл на пороге с раскрытым ртом.
-Мама родная, да это же! – восторженно прошептал Борис, подходя к установке. Барабаны и правда были как новые. Скорее Борю поразила марка установки. На «бочке» было написано YAMAHA.
-Берем! – воскликнул Боря, доставая четыре тысячные бумажки. Наша «захоронка» нас спасла!
Дядя Федор с Борей принялись разбирать установку. Когда все было готово, я опомнилась, как же мы это все понесем?
Нести пришлось на себе.
-А знаете, - кряхтя, произнес Борька – он нес «бочку» и один барабан поменьше, - мы за очень дешево приобрели установку.
-Согласна, - ответила я. Мне пришлось нести еще один «бочкообразный» барабан, но поменьше, и «тарелки», - теперь мне не надо мотаться в доставке пиццы!
-А мне так осточертело это дистрибьютерство! – отозвалась Катя. Из за нескольких барабанов и «тарелки», которая не поместилась у меня – ее просто не было видно!
-Я не против работы в гардеробе, - добавила Лариса. Ей достались многочисленные подставки, держатели, ножки, - но это такая скука! Теперь можно отдыхать!
Еле - еле мы донесли барабаны до школы и спустили в подвал. Собирать данный агрегат, ни сил, ни желания не было. Мы решили встретиться в пятницу с утра пораньше и собрать все ЭТО с утра!
6.
Примета: «Проспал с утра – жди беды днем!» Что в принципе со мной и случилось. Нет, я не проспала, а наоборот, проснулась в шесть утра! Ну что ж делать, не сидеть же дома – пойду в школу.
Утро выдалось чудесным, несмотря даже на то, что еще темно. За ночь выпал снег и теперь все деревья, тротуары, крыши – все белое! А ведь скоро Новый Год! И конкурс! Эх, здорово!
-А вот и первая ранняя пташка! – поздоровался дядя Федор. Он как всегда на своем посту, - удачных уроков!
-Спасибо! – крикнула я в ответ. Дядя Федор принялся напевать какую то песенку. Я остановилась и прислушалась – надо же, легендарные Queen, «Show Must Go On»! А дядя Федор и правда любит рок – музыку! Мурлыча себе под нос ту же мелодию, я направилась в подвал школы. Стоп! Что - то здесь не так! Странное ощущение преследовало меня от раздевалки, до самой двери подвала. Точно! Дверь! Когда вчера мы уходили, то закрыли ее на все замки! Я пулей метнулась по ступенькам вниз, еще смутно надеясь что кто то из ребят решил прийти в школу пораньше и спуститься в подвал. Я распахнула последнюю дверь, и что же я увидела? Стоя на коленях около нашей еще не собранной барабанной установкой, сидел ни кто иной, как Даниил Костин! В руке у него был нож. Я моментально поняла что он задумал.
-Ах ты крысеныш! – заорала я. От неожиданности он обернулся и выронил нож. Издав боевой клич племени масаи, я бросилась на него и со всей силы ударила по лицу. Как ни удивительно, но несмотря на свою худобу, я бываю иногда даже сильнее нашего Бориса. Поэтому от моего удара, парень отлетел к стене. Он достал из кармана еще один складной нож.
-Подойдешь – прирежу! – прошипел он. Несмотря на угрозы, руки и голос у него дрожали.
-Как бы ни так! – я подобрала с пола нож и метнула его в сторону Данилы. Что я делаю просто отлично, так это метаю дротики и ножи. Нож воткнулся в стену сантиметрах в десяти от головы парня. Он слабо пискнул и выронил второй нож.
-Прирежешь, значит? – спросила я, подходя к нему, - ну попробуй! – я подошла еще ближе и схватила за ворот рубашки, - не мог ничего пооригинальней придумать, чем порезать барабаны? – я чуть приподняла его над полом – а ну отвечай! – он слабо заскулил. Я отшвырнула его в сторону двери.
-Убирайся, сопляк! – рявкнула я на него. Данилу как ветром сдуло. Я устало опустилась на колченогий стул. Тут ворвались ребята.
-Что этот крысеныш здесь делал? Он так летел, чуть нас не сбил! – возмутился Боря.
-Алина, что с тобой? – Лариса подошла ко мне.
-Мамочки, что это? – прошептала Катя, выдергивая нож из стены.
-Я кажется понял. – сказал Борис, - Ты его убить хотела!
-Я застала его здесь, когда он пытался порезать мембраны барабанов – я указала на разобранную установку.
-Ах он гад! – прошипела Лариса.
-Знаете, что я думаю? Раз нам разрешили проводить репетиции в актовом зале, давайте перенесем барабаны туда. Там безопаснее. – предложила Катя. Мы согласились, навьючились и понесли снова, благо здесь рядом. Собирать барабаны оказалось не так тяжело, как нам представлялось, но все равно уставшие и измотанные, мы сидели в актовом зале и набирались сил.
-Так, первый урок литра – мы на нее не идем! Ура! Ура! – обрадовано сказала я.
-Поэтому давайте думать над названием! – предложила Катя. – Оно должно быть звучным, красивым и запоминающимся! И на английском языке! Это нас выделит! Я предлагаю…
-Сумасшедшие овощи, по-английски! – закончил за нее Борька.
-Тьфу на тебя! Лучше давай думай над названием! – прикрикнула Катя. К их перепалке присоединилась Лариса. Я продолжала думать. Красивое, звучное, запоминающееся, на английском языке… и учитывая состав группы – один парень на трех девчонок… кажется я знаю!
-Black Butterfly – сказала я.
-Что? – три головы разом повернулись в мою сторону.
-Ну название группы. Как вам?
-Как то… готично… - пробормотал Боря.
-Но красиво! И звучит! И еще по-английски! – восхитилась Лариса.
-Вот, смотрите, я и логотип придумала! – я подошла к висящей на стене доске и нарисовала две буквы В «сросшиеся» спинами.
-Две В, здорово! И на бабочку похоже!
-Значит название регистрируем! А ники?
-Какие ники?
-Ну псевдонимы, тоже по-английски. Раз такое название, значит нужны и имена звучные! Я буду Билл! – заявил Боря.
-Как Билл Гейц! – воскликнула я.
-Билл Клинтон! – отозвалась Катя.
-Или еще немец есть такой, тоже певец, Биллом звать, из группы Токио Хотел – добавила Лара.
-Думаешь, я буду краситься, как этот ты говоришь, немец? – жутко возмутился Борис, - Уж лучше буду Биллом Гейцом! - с оскорбленным видом отвернулся Боря. Если честно, он был очень похож на этого компьютерного гения: взъерошенные волосы, вечные джинсы и свитер, только очков он не носит, хотя зрением хорошим не отличается.
-А я буду тогда Ларой! Как Лара Крофт – расхитительница гробниц! – объявила всем Лариса.
-Теперь обо мне! Мой псевдоним должен начинаться с буквы К. – сказала Катя, - Значит буду Кристина – это мое любимое имя! Или на иностранный манер – Кристин. Давай Лина, про тебя теперь! Какое имя выберешь?
-Алиса. – сказала я.
-Как Алиса в стране чудес? – оживился Боря, пардон, Билл.
-Или как Алиса Милано? Ну которая Зачарованная? – спросила Лара.
-Нет, не зачарованная, и не в стране чудес. Алиса. Просто Алиса.
-Алиса так Алиса, - сказала Катя, но теперь уже Кристин.
-Знаете, девочки, - сказал Боря, - я попробую напечатать наш логотип на компьютере. У меня уже есть пара задумок. Думаю, завтра утром будет готов.
-Так это же здорово! Давайте встретимся здесь завтра, снова. Я попрошу завуча оставить нам ключи от актового зала, и порепетируем заодно! – предложила я.
-Можно и так! – согласились все трое, - а ты Боря, не забудь логотип напечатать! – напомнила я.
-Не боись, не забуду! Пойдемте ка девчонки, литература вроде уже кончилась.
Мы вышли из актового зала, не забыв закрыть его на ключ, и направились в кабинет биологии.
7.
Что может быть лучше утра субботы? Вечер пятницы, разумеется! А суббота и правда выдалась великолепная! Ярко светит солнце, снег сверкает, что еще нужно?
Раз я решила быть рокершей, значит надо придерживаться этого стиля! Я открыла шкаф. Итак, что мы имеем? Две футболки с готическими надписями – нет, это на лето. Костюм: черные блузка и юбка с алым кружевом – слишком торжественно. Вот наверно то что надо: кофта с «рваными» рукавами и джинсы с заклепками. На пояс я прицепила цепь. В довершении всего – сапоги со шнуровкой, на небольшой платформе и короткая «кожаная» куртка. Ну точно рокерша!
-Увидела бы меня сейчас бабушка – заработала бы инфаркт, - сказала сама себе я, одновременно подводя глаза карандашом. А как же прическа? У меня почти черные волосы, длинной до локтя. Обычно я закалываю их крабом, но теперь думаю надо оставить распущенными. Только сбрызну маминым лаком для волос – чтоб не рассыпались. Получилось очень даже не плохо!
Очень довольная собой, я вышла из дома и направилась к школе. Интересно, как на мой внешний вид отреагируют ребята?
Ребята отреагировали очень хорошо.
-Ну и ну! – присвистнул Боря, - видела бы тебя твоя бабушка…
-Заработала бы инфаркт! – закончили за него Лариса с Катей.
-Кстати, я логотип напечатал! – воскликнул Борис. Он достал из рюкзака альбомный лист свернутый в трубку.
-Барабанную дробь, пожалуйста! – он приколол лист к школьной доске.
-Вау! - Хором сказали девчонки. Вау, вау! Логотип и правда был очень красивый. На черном воне располагались две готические буквы В, сросшиеся «спинами». Одновременно, было очень похоже на бабочку. Буквы были цвета огня. Даже не огня, а как будто черный трафарет наложили на пламя.
-Здорово! - сказала я, - ну что, давайте репетировать?
-Стоп, а какие песни нужны на конкурс? – спросил Боря, залезая на сцену.
-Свои наверно. Иначе, какой смысл в конкурсе? – предположила Лара.
-Эх, спросить у завуча надо было, - но не успела огорчиться, дверь актового зала открылась, и вошла Настасья Захаровна.
-Ребята, а я как раз вас ищу! – обрадовано сказала завуч, - Всем конкурсантам уже сказала, а вас только нашла! Значит так, о правилах. Конкурс в нашей школе пройдет через неделю, в пятницу. После, победители поедут на следующий конкурс, в Олимпийский. Туда съедутся около двадцати победителей, от лучших школ не города, а России! Три школы московские, четыре из Питера, две из Нижнего Новгорода и еще остальные, их много, я уже не помню. Так вот, победитель этого конкурса, поедут на МЕЖДУНАРОДНЫЙ конкурс! Где он будет проходить – еще не решено. Либо в Берлине, либо в Карловых Варах. Теперь о школьном конкурсе. Это будет не только конкурс, но и концерт ко дню рождения школы. Так что конкурсные номера пойдут по программе последние. Исполнить вы должны по две песни – одну своего сочинения, вторую – на выбор! Главное чтобы вторая была того же жанра, в котором вы играете. Судить конкурс будут директора школ – соперников. Ну вот в принципе и все! – Настасья Захаровна закончила свою речь, повернулась, и наткнулась взглядом на наш логотип.
-О! А что это такое? – спросила она.
-Логотип нашей группы! Буквально вчера придумали! – гордо заявила Катя.
-Оригинально, но очень мрачно. Не могу не согласиться – красиво! Только вы не боитесь, что в случае вашей победы, кто - то, может заявить на вас об авторских правах? Такой же логотип был у группы ABBA.
-Нет, у них было слово ABBA с развернутой первой буквой В. А у нас просто две В, сросшиеся спинами. Тем более написаны готическим шрифтом! – возразила я.
-Так значит, ваша группа называется…
- Black Butterfly. – закончила я.
-Точно, на бабочку похоже! Ну что ж, желаю вам удачи на репетициях и на конкурсе. – попрощалась завуч, и вышла.
-Вы это слышали? Концерт в Олимпийском! – завизжала Лариса, прижимая к себе гитару.
-А народу, сколько понаедет! – восхитился Боря, теребя барабанные палочки.
-Вы сначала доживите до этого! – усмехнулась я.
-Ты, Лина, даже помечтать не даешь! – возмутилась Лариса, отпуская несчастную гитару..
-Давайте лучше не мечтать, а делом заниматься! Какие там песни нужны?
-Своего сочинения и на выбор. – подсказала Катя. Я достала из сумки тетрадку со своими песнями. Сочиняю я очень быстро – десять песен написала буквально за месяц. И еще как - то умудряюсь и музыку к ним сочинять! Я предполагала, что надо будет спеть две – три песни выбрала несколько самых лучших. Но оказалось, что нужна только одна! И как выбрать?
-Знаешь, нужно что бы одна песня была энергичная, а другая спокойная и грустная. – сказал Боря.
-Тогда надо решать какую не свою песню будем исполнять. – отозвалась я.
-Спокойной должна быть не своя песня.
-Согласны – отозвались Лара, Катя и я.
-Может Аврил Лавин? – предложила Лариса.
-А резвее у нее есть спокойные песни? – усмехнулась Катя.
-Ну, Nobody's Home, например!
-А может что то по-русски? – возразил Боря.
-Не забывайте, что судьями будут директора других школ. Естественно, они будут нас «топить» любыми силами! Песня должна быть идеальной. – вмешалась я.
-Значит, тебе романсы петь придется! Алина, готовься! – не без иронии сказала Лариса.
-Ну зачем так серьезно! Есть много хороших песен! – я задумалась. А каких? Другие директора найдут предлог занизить баллы! Тогда Ларисина любимая Аврилка, кажется идеальной!
-Все таки мне кажется, что предложение насчет Nobody's Home, лучшее.
-Алин, тебе не кажется что к этой песне найдется слишком много предлогов, чтобы занизить баллы? – спросил Боря. Он вообще любил очень тяжелую музыку.
-Я тоже так думала, но других вариантов не находиться! Это лучшее что можно предложить!
-А я с тобой согласна! – поддержала меня Катя. – Если сравнивать с тем что будут петь другие участники – это лучшее! Я так думаю.
-Ты откуда знаешь что будут петь другие? – спросил Боря. Видимо он все еще не здавался.
-У малышей фольклорный хор – будут народные песни. Реперы – «овощи» будут читать реп. А этот крысеныш – Данила, споет пару романсов! Чистая логика! – пояснила Катя. Эх, если бы она только знала, что этот крысеныш, стоит под дверью актового зала и все слышит! Но этого не знал никто.
Ну что ж, поддаюсь мнению большинства! – вздохнул Борис. – А что делать со своей песней?
-Я думаю, что подойдет «Зима». А как вам? – спросила я.
-Мне нравиться! Очень! – сказала Лариса. К ней присоединилась и Катя.
-По моему, это твоя лучшая песня, не хочешь оставить ее на потом? – спросил Боря.
-А когда на потом? Если будем откладывать, то не пройдем даже школьный конкурс! – возразила я.
-Ну в этом ты права. – отозвался Борис, задумчиво почесывая макушку. – Давайте попробуем эту вашу Аврил сыграть? А потом и «Зиму». – предложил он. Все согласились и пошли на сцену. Довольный Данила, посмеиваясь, отошел от двери. В его голове созревал план.
8,9
Невероятно, вся неделя пролетела как в тумане! Я даже не помню, что было вчера вечером! А сегодня школьный конкурс – и я в полной прострации! Главное песни не забыть! Всю неделю у нас были сплошные репетиции, а споры на тему, «так какую песню играть будем?», не утихали ни на минуту. Боря настаивал, на чем нибудь потяжелее, типа «Металлики» или «Рамштайн». Лариса с боем отстаивала свою любимую Аврил Лавин. Катя вообще заявила: «Пой только свои! Они что, знают современных исполнителей? Лучше только свое!». В итоге все решилось гениальным методом считалочки – победила Лариса.
Радовало сегодня только одно – уроки отменены. По такому поводу надо выглядеть великолепно! Я решила надеть тот же «костюм», что и на первую репетицию, только надеть еще новый ремень с заклепками. А вот с макияжем пришлось поработать! Светлое лицо, бледные губы, черные, густо накрашенные глаза и ресницы – вот что у меня получилось. К тому же я вчера покрасила волосы в черный цвет. Как бы меня кто с готом не перепутал! Так, надо поторапливаться, уроки отменены, но в школе надо быть вовремя!
Погода на улице отвратительнейшая! Мне не захотелось идти по субстанции напоминающей манную кашу и испачкать джинсы, я решила спуститься в подземный переход. Заодно и угол срежу!
Шла я очень быстро – опаздываю как никак! Но кое что заставило меня остановиться , как вкопанной. Музыка! Это была очень красивая, грустная песня, на немецком языке. В четыре с половиной года меня отдали в специальный детский садик, с начальным изучением иностранного языка. Этим иностранным языком оказался немецкий. Поэтому неудивительно, что немецкий я знаю лучше своего родного языка. И текст этой песни я великолепно поняла. Я зашла в музыкальный магазин, где играла эта песня.
-Что, заинтересовалась? – спросила девушка за прилавком.
-Да, а кто это? – спросила я. Обычно в этом магазине если играла музыка, то показывали и клип по телевизору висящему внутри. Но сегодня клипа не было.
-Это токийцы. – охотно ответила девушка.
-Кто?
-Ну токийцы. Tokio Hotel. Чего, никогда не слышала? – удивилась продавщица. Я кажется поняла, кто это. Мы именем солиста нашего Борю обозвать хотели!
-Ну что, возьмешь? – девушка протянула мне диск. - Последний остался, все раскупили!
-А давайте! – ответила я. Сегодня такой день, гулять так, гулять!
Довольная покупкой, я направилась к школе. Я знаю, какую песню надо сегодня спеть!
Оббегав пол школы, я нашла ребят в «нашем» подвале.
-Алина, да где же тебя носит! – набросились на меня сразу трое, – Надо еще раз прорепетировать! Так завуч велела – генеральная репетиция сейчас, в актовом зале, а сам концерт в двенадцать начнется! Нас там все ждут! – мы помчались в актовый зал. На первом ряду уже сидели все участники. Когда мы проходили мимо, я заметила, что Данила очень нехорошо ухмыльнулся, глядя на нас. Он оказывается ничего не рассказал, о том как я кидалась в него ножами.
-Так, все в сборе! – объявила обеспокоенная Настасья Захаровна, - Сейчас была генеральная репетиция. Поскольку вы на ней не были, - она указала на нас, - репетировать будите сами. Итак, все должны быть готовы к двенадцати! Ясно? – все дружно кивнули, - Хорошо, первыми пойдете вы, - Настасья Захаровна кивнула в сторону реперов, - затем вы, - теперь на третьеклассников, - потом ты, Данила и наконец, последние вы, ребята, - ее взгляд уперся в нас, - у вас все готово?
-Конечно! – дружно отозвались мы.
-Тогда остальные – выходите, а вы репетируйте. – сказала завуч, и вывела остальных участников. Когда за ними закрылась дверь, ко мне повернулась грустная Катя.
-Алин, тут такое дело, - осторожно начала она, - касается песни. Не твоей, а Nobody’s Home.
-Что случилось – холодея, спросила я.
-Ну, помнишь, мы записывали фоновую фонограмму, фоновые эффекты с голосом, с гитарами…
-Ну?!
-Так, вот. Понимаешь…
-Господи, да не тяни резину! – набросилась я на Катю.
-Она пропала, - хрипло произнесла она, - пленка с записью пропала. Я постаралась не упасть духом.
-Но ведь есть запись в памяти микшерского пульта…
-Нет, она стерта. Стерта сегодня ночью. В школе ночевал Сергей Вадимович(наш учитель музыки и ди-джей), он прорабатывал что то на пульте, но он сказал что не трогал нашу запись, конечно он мог стереть по ошибке…
-Надо записать снова! – решительно воскликнула я и пошла на сцену. Мы отыграли песню и записали ее на память пульта, потом долго прорабатывали эффекты. Получилось не очень.
-Мне не нравиться! – воскликнула Лариса, - первая запись была лучше! Только где ее теперь искать…
-А если что нибудь случиться? – спросил Боря, -пленка новая, ее может «зажевать» наш проигрыватель, да и качество оставляет желать лучшего.
-У меня есть кое - что! – я вспомнила о новом диске, лежащем у меня в сумке, - вам это понравиться!
Я на ходу распечатывала диск и вставляла его в плеер. Поскольку наушников всего два, мне пришлось включить плеер на максимальную громкость и держать их в руках. Заиграла та самая песня. Такая красивая и грустная, мне безумно захотелось петь, и я тихонько запела, стараясь не перекрыть музыку. Когда песня кончилась, примерно минуту стояла тишина. Первым ожил Боря.
-Это именем этого парня вы меня обозвать хотели? – спросил он.
-Ага, - отозвалась Лариса, - я не пойму никак, это немецкий что ли?
-Ну конечно немецкий! – отозвалась Катя, - а как называется, то? А, мастер немецкого языка? – обратилась она ко мне.
-«Спаси меня» по-русски, а так Rette Mich. – ответила я.
-Ну так, как нам быть? Мне лично эта песня понравилась! – сказала Лара.
-Мне тоже, но мы уже, сколько репетировали Nobody’s Home, и как теперь быть? – задумалась Катя.
-Знаете что, давайте попробуем сыграть пару раз эту песню. Она будет подстраховачным вариантом. – предложила я. Со мной все согласились, и мы стали репетировать. Эта песня сразу хорошо получалась и у меня, и у девочек, и у Бори. Я даже сожалеть начала, что эта песня лишь подстраховачный вариант.
В одиннадцать нуль нуль, мы наконец вышли из актового зала и направились в буфет. Ребята не разрешали мне даже слово сказать, заявив: «Твой голос - сейчас главное! Тебе нужно отдыхать. Ничего не говори – это очень вредно!». Мне пришлось молчать!
К двенадцати, мы появились в актовом зале и дружно ахнули. Как за час, из очень невзрачного на вид, актовый зал превратился в такое роскошное место? Везде гирлянды из мишуры и шариков, плакаты с поздравлениями школе (особенно меня рассмешил плакат в розочках с «приблатненой» надписью «Не забуду школу дорогую!»), на сцену повесили темно – синий, бархатный занавес, установили небольшие софиты и иллюминацию – красота!
Весь зал уже полон народа. На первом ряду восседала наша завуч с директором и пять директоров других школ. Нас вместе с конкурсантами и остальными участниками концерта посадили за сценой.
Как полагается, концерт начался с речи нашего директора и завуча, поздравления других директоров и пожелания удачи конкурсантам. Сам концерт я не смотрела, а слушала, и то в пол уха. Что будет если мы пройдем этот конкурс? Попадем в Олимпийский, и если выиграем там? Что будет потом? Хорошо будет! А если не победим? Или если даже этот конкурс не пройдем? Если выиграют реперы? Или этот крысеныш, Данила? Вон какой сидит, довольный!
-Эй, с тобой все в порядке? – подтолкнула меня в бок Лариса.
-Все в норме! – машинально ответила я. Из размышлений меня вывел голос Настасьи Захаровны.
-Итак, дорогие зрители! Концертная часть подошла к концу, и теперь начинается конкурсная программа! Первыми на сцену идут реп – состав десятого класса! – она ушла со сцены освободив дорогу десятиклассникам в военных штанах. Почему то реперы не стали исполнять свои песни, а вместо этого спели, точнее прокричали две песни Шнура. Я даже не расслышала текст – слишком быстро прокричали. Не расслышали так же директора – это отразилась на их недовольных физиономиях. Следующими пошли третьеклассники в народных костюмах. Спели они «во поле березка стояла…», и какую то украинскую песню. Тут я заметила, что судьи не ставят оценок! Быть может, когда все «отпоются», тогда поставят?
На сцену пошел Данила. Наверно только он один по правилам приготовил песню собственного сочинения. Песня была про школу. Очень символично спеть такую, в день школы, да еще при директорах! Директора словно китайские болванчики, одобрительно закивали головами. Еще бы, как не закивать на словах: «Ты мне дороже матери родной – школа дорогая!»! Краем глаза я заметила как у Бори отвисла челюсть. Но тут Данила запел следующую песню, и челюсть отвисла у меня! Это была наша песня! Наша первая песня Nobody’s Home, под нашу фонограмму! Даже гитары были под фонограмму! Он сам только пел! И отвратительно пел! Эта песня никак не для мужского голоса! Ну ничего, крысеныш, погоди! Когда он закончил, один из директоров взял микрофон и сказал:
-Очень не плохо молодой человек! Я вам, юноша, очень симпатизирую!
Перед выходом меня остановил Борис:
-Погоди, надень вот это. – он протянул мне маленький беспроводной наушник. – надень, если что то пойдет не так, я тебе скажу. – я послушно надела наушник. Представляю, что он мне скажет!
Мы вышли на сцену. Я взяла микрофон:
-Прежде я хотела бы сказать пару слов. Мы несколько изменили нашу программу, песня, которую сочинила я – она остается. А вот вторую песню исполнителя, увы, вы сегодня уже слышали. И я надеюсь, что Даниил вернет нам нашу фонограмму, которую, не предупредив нас, взял. Ту под которую он сегодня исполнил песню Nobody’s Home. Это очень нехорошо воровать чужие фонограммы! – по залу прокатился негодующий шепот.
-Ну ты даешь! – сказал мне в «ухо» Борис.
-Даниил, это правда? – грозно спросила Настасья Захаровна. Данила очень сильно побледнел.
-Н-н-нет! Это не правда! – дрожащим голосом сказал он.
-Я попросила бы поставить еще раз фонограмму Даниила Костина! – крикнула завуч в сторону рубки ди-джея. Заиграла та же мелодия, но на ней был отчетливо слышны голоса Кати и меня – раньше их заглушало пение Данилы.:
-Ты вступать должна после Ларисы и после первых ударов Бори! – говорила я.
-Лина, мы слышали студийную запись, а у нас живое звучание! – возражала Катя. Музыка стихла.
-Это безнравственно и стыдно, Даниил! – строго сказала завуч.
-Я предлагаю в качестве наказания аннулировать все оценки этого юноши и отстранить его от конкурса! – вмешался один из директоров. Остальные поддержали его.
-Даниил, я думаю, это справедливо! – сказала Настасья Захаровна, - ты отстраняешься от конкурса, без права восстановления!
Данила опустился на стул и с ненавистью посмотрел на меня. А я тоже думаю, что это справедливо!
-Я надеюсь, мы все же услышим сегодня этот коллектив? – сказал все тот же директор. Зал стих, свет погас – остались только софиты, и все светили на нас!
-Поехали! – сказал Боря в «ухо» и ударил по «бочке». Следом вступили гитары. Я вздохнула и запела.
Какое то время после песни было тихо. «Все, провал!» - пронеслось у меня в голове, но тут последовали вполне внушительные аплодисменты. «Ух, пронесло!» - с облегчением подумала моя голова. Естественно, играть мы стали нашу «подстаховачную» песню. Я снова вздохнула:
Zum ersten mal alleine
in unserem Versteck
ich seh noch unsre Namen an der Wand
und wisch sie wieder weg
«Какая все - таки замечательная песня!» - опять подумала я.
ich wollt dir alles anvertraun
warum bist du abgehaun
Komm zurück
nimm mich mit
«Хорошо что из нас четверых, немецкий только я знаю, а то рыдали бы все девчонки! Особенно Катя сентиментальная!»
rette mich
rette mich
Unsre Träume warn gelogen
und keine Träne echt
sag dass das nicht war ist
sag es mir jetzt
Я почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. Только не заплакать!
viellecht hörst du iergendwo
mein SOS im Radio
Hörst du mich
Hörst du mich nicht
Горячая слеза скатилась по щеке, оставляя черную дорожку из туши.
Komm und rette mich
ich verbrenne innerlich
Komm und rette mich
ich schaffs nicht ohne dich
komm und rette mich
dich und mich
dich und mich
dich und mich
dich und mich
Слезы во всю льются по лицу. Ну и наплевать! Только Катя и Лариса пораженно смотрят на меня.
ich seh noch unsre Namen
und wisch sie wieder weg
unsre Träume waren gelogen
und keine Träne echt
Hörst du mich
hörst du mich nicht
Komm und rette mich
rette mich
Почему то, мне кажется что я сама это все переживаю, что это со мной происходит.
komm und rette mich
ich verbrenne innerlich
komm und rette mich
ich schaffs nicht ohne dich
komm und rette mich
rette mich
rette mich
rette mich
rette mich
Представляю, как я сейчас выгляжу! Бледная, с потекшей тушью и растрепанной головой. Утирая слезы, я еще нашла силы улыбнуться на шквал аплодисментов и свистов раздавшихся из зала. А ведь никто наверно не понял, отчего я разрыдалась. Взрослые может и знают язык, но думают что это всего лишь песня, вон как удивленно смотрят!
-Объявляются оценки! Высший балл 6! – сказала наша завуч. – Общие баллы! Реп – ансамбль «Сумасшедшие овощи» - за тексты 3.9, за вокал 5.2, за танцевальное оформление 5.1, за артистизм 5.0, общий балл – 19.2!
Фольклорный хор «Рябинка» - за тексты 4.4, за вокал 5.5, за танцевальное оформление 5.5, за артистизм 5.8, общий балл – 21.2.
Группа Black Butterfly – за тексты 5.7, за вокал 6.0, за танцевальное оформление 5.5, за артистизм 6.0! Общий балл – 23.2! Таким образом, в школьном конкурсе, побеждает группа Black Butterfly!
Зал взорвался аплодисментами, криками, визгами! Нас пригласили на сцену. По ка мы шли, я никак не могла сообразить – мы что правда победили? Тоже самое выражение лица было и у девчонок, только Боря улыбался до ушей.
-Я бы хотел объяснить принятое нами решение, - сказал все тот же директор, - эти ребята показали себя с лучшей стороны, молодцы! Вокал просто безупречен! Гитары и ударные – тоже! Вы действительно талантливы! И мы о нашем решении не жалеем!
Снова аплодисменты.
Через несколько часов мы всей компанией гуляли по городу. В школе была дискотека, но мы на нее не остались – итак как выжатые лимоны! А мне все еще не верилось – концерт в Олимпийском – мечта! А то что эта мечта через неделю станет реальностью – в двойне не верилось!
10.
Дома сплошные поздравления! Звонили, поздравляли и бабушка с дедушкой, и тетя, и сестра троюродная и бабушка двоюродная и еще огромное количество родственников! Даже с маминой и папиной работы звонили! Еще бы, девчонка у Салиных, в Олимпийском выступать будет! Такой же кавардак был и у ребят дома. А сколько по этому поводу было выпито газировки – лучше умалчивать!
На выходных мы вчетвером, решили нагрянуть на вещевой рынок – за концертными костюмами. Денег у нас было немного, поэтому решили все искать на рынке. И нашли много чего хорошего! Девочкам решили купить похожие костюмы – черные брюки, черные майки с ажурными фиолетовыми бабочками, а сверху майки – сетки, ярко-фиолетового цвета. А вот с Борей начались проблемы. Задуманные раньше черные джинсы мы нашли без труда, а вот наверх что? Мы бесцельно бродили по рынку, не зная, что купить. Тут я наткнулась взглядом на лоток с разными мужскими футболками.
-Подождите – ка, - сказала я ребятам, - кое что есть!
Мы подошли к лотку
-Не мальчика ищите? – ожила продавщица. Ну Борю мальчиком назвать трудно! Ростом он под метр восемьдесят и выглядит лет на шестнадцать!
-А что это вон там такое? – спросила я. Это оказалась черная футболка, с таким же рисунком, как на нашем логотипе! Как будто пламя закрыли черным трафаретом. Только рисунком была не бабочка, а звезда.
-А с бабочками нет? – спросила Лариса.
-Нет, с бабочками нет! – усмехнулась продавщица, - парней бабочки не интересуют! Вот с фигурами разными есть, со знаками зодиака, с буквами.
-С буквами? А буква В есть? – спросил Боря.
-Есть! – сказала продавщица и достала футболку с большой готической буквой В.
-То что надо! – обрадовался Боря, - и размер мой!
-Давайте возьмем – сказала я.
В итоге усталые, но довольные, мы поехали домой. Решили забросить покупки, и отправиться порепетировать в школу. На конкурс в Олимпийском, понадобились уже четыре песни – одна своя, а три на выбор, но того же жанра. Все конкуренции была песня Rette Mich – ее записали сразу. Из песен своего сочинения выбрали «Люблю!» - эдакую балладу. После не долгих споров записали и всем нам злополучную Nobody’s Home. На четвертой песне все мы впали в ступор – мыслей не было никаких!
-Может, еще этих токийцев запишем? – вяло спросила Катя.
-Слишком много немецкого языка получиться – так же вяло ответила я.
-А английского не много?
-А английского не может быть много! – ответила я, - он международный!
-Давайте методом считалочки! – оживился Боря.
-Для метода считалочки, нужны хоть какие то варианты! – отвергла я и этот вариант.
-Ну не знаю тогда! – раздраженно сказал Боря и включил радио.
-Гениально! Ждем хорошую песню! – ободрилась Лариса. И мы стали ждать. Прождали Робби Уильямса, Викторию Дайнеко, Ашера, Рамштайн, Блестящих, но хорошей песни все еще не было. Только Боря собрался выключать радио, как бодрый голос диктора объявил:
-А сейчас по просьбе Анны, из Санкт Петербурга, ставлю песню Эванесенс – My immortal. – заиграло пианино. И очень красиво! Мы невольно заслушались.
-Интересная, какая песня – сказала Лариса, когда музыка смолкла, - такая тихая, с пианино, а потом вдруг гитары вступают! И ударные!
-Мне тоже понравилось! – отозвалась Катя. Еще бы, ей не понравилось! С клавишными, как ни как!
-Ну я так понимаю, мы нашли четвертую песню? – спросила я. Мне тоже она очень понравилась.
-Записываем – хором отозвались девочки и Боря.
-А текст кто знает? – спросила Лариса.
-Сейчас узнаем! – сказал Боря и вышел из актового зала. Естественно, побежал в компьютерный класс, просить грозную учительницу информатики залезть в Интернет и скачать текст. Мы остались ждать. От нечего делать, Лариса принялась названивать на музыкальном треугольнике непонятную мелодию. Поскольку Бори не было уже очень приличное время, Ларисина игра на треугольнике била по слуху не только мне.
-Лара! – крикнула Катя.
-Да! – не отрываясь от треугольника крикнула в ответ Лариса.
-Если ты сейчас же не прекратишь названивать на этом маленьком треугольничке, я сверну твою маленькую шейку! – угроза подействовала – названивание прекратилось. Тут появился запыхавшийся Боря.
-Вот! – еле отдышавшись сказал он, - эта грымза – информатичка мне такой допрос устроила! Зачем, почему в Интернет надо? Пришлось ей все рассказать!
-Ну думаю это нестрашно! Итак все знают что мы в срочном порядке готовимся! – сказала я, - ну что, давайте попробуем?
Оказывается, Боря, распечатал не только текст, но еще и перевод, и аккорды для гитар! Ай да Боря!
Репетиция прошла идеально! Мы отыграли пару раз каждую песню и подготовили фонограмму для My immortal. Трудность в том, что Катя должна играть на пианино и сразу же вступать на второй гитаре. По этому пианино мы решили сделать фонограммой. Очень довольные, мы вышли из школы.
-Я домой, уроки делать, а вы? – спросила Катя.
-А я тоже наверно. – ответила Лара, - и я! – добавил Боря.
-Лин, а ты как? – спросила Катя.
-А я все уроки вчера сделала, пойду погуляю, пожалуй. Мне хочется съездить к Олимпийскому, посмотреть!
-Чего не терпится? – лукаво улыбнулась Катя.
-Ага!
-Ну поезжай, потом нам расскажешь! – «разрешили» ребята. Неверно стоило подождать их – никто из нас никогда там не был. Попрощавшись, мы разошлись в разные стороны. Я решила не заходить домой – проездной, мобильный в сумке – зачем время тратить? Найдя местечко в вагоне метро, я откинула голову и закрыла глаза. Мечты сбываются!
Выйдя на станции Проспект Мира, я немного поплутала по дворам, но дорогу все же нашла. Вот он какой, Олимпийский! Я обошла огромное, круглое здание и вышла к парадному входу. И здесь меня ожидал сюрприз! С огромной афиши на меня смотрела моя собственная физиономия! С боков на меня взирали Катя, Боря и Лариса. И где нашли такую фотографию в полный рост, да еще нас вчетвером! В низу была подпись «Группа Black Butterfly». В другой стороне афиши стояли парень с девушкой примерно на год старше нас с подписью «Группа Infiniti». Афиша гласила: «Российский конкурс молодых исполнителей в Олимпийском! Голосуйте за Московских участников! Заказ билетов по телефону….». Вот так сюрприз! Не долго думая, я вытащила телефон и сфотографировала афишу. Какая полезная веешь – камера в телефоне! Ребята будут в шоке!
Счастливая до неприличия, я оббежала пару раз здание Олимпийского, уставшая опустилась на скамеечку около входа и стала глазеть по сторонам. Вдруг я заметила стайку девчонок, лет четырнадцати – пятнадцати, одетые во все черное, с невообразимо накрашенными глазами, а прически описанию не поддавались! «Как Мамай прошел!» - сказал бы папа, но он остался дома. Готы наверно. Одна из девчонок отделилась от общей массы и направилась в мою сторону. Тут меня осенило: я же тоже во всем черном, с сильно накрашенными глазами и непричесанной головой! Так, только неприятностей с представителями этой субкультуры мне не хватало! Только я собралась дать деру, но девчонка схватила меня за руку.
-Стой! Подожди секунду! – сказала готесса, - ты немецкий случаем не знаешь?
-Знаю – против воли сказала я.
-Выручи, пожалуйста! – взмолилась девчонка, - переведи пожалуйста, вот это! – она протянула мне распечатку текста на немецком и карандаш. Это оказался кусочек какой то песни. Как я думаю, первый куплет и припев. Я быстро настрочила на обороте листа:
Мы снова здесь
На твоей крыше
Весь мир сейчас под нами
Может погибнуть этой ночью.
В последний ли раз мы вместе?
Это началось только сейчас.
Если этот день - последний,
Пожалуйста, не говори мне “нет”.
Если это конец для нас,
Не говори “еще нет”.
Это последний день
Это последний день
И это последний дождь на твоей крыше?
И последнее счастье?
И наша последняя ночь?
Не важно, что конец уже близок.
Ведь мы все еще вместе.
-Грустная песня. – сказала я, отдавая листок девчонке.
-Грустная, - согласилась она, - спасибо! Выручила!
-Да не за что!
-Слушай, а напиши, как будет «Я тебя люблю.» по-немецки. – попросила она.
-Это элементарно! – сказала я и написала радом с переводом «Ich liebe dich».
-Ну спасибо! – обрадовалась готесса и помчалась назад весело размахивая листком. Ух, пронесло! Этой э… представительнице готов понадобился лишь перевод с немецкого! Однако я все же решила пойти прогуляться. Я обнаружила небольшой парк и направилась туда. По дороге зарулила в магазин и купила себе чупа - чупс. «Как дитя, честное слово!» - усмехнулась я. Клубничный, как в детстве! Я бодро зашагала по парку. Деревья чуть присыпаны снежком, дорожки безо льда – красота! Все-таки, я человек счастливый! Мечты сбываются, друзей достаточно, с родными, слава Богу, все в норме, скоро у нас концерт, во рту чупа–чупс, - что еще надо для счастья? Я побежала. Убедившись, что народу в парке нет, я запела во все горло. Получилось очень шепеляво – из за конфеты во рту. Ну и пусть! Никто не слышит, а у меня хорошее настроение – почему бы не спеть? Я развела руки в стороны и помчалась еще быстрее, при этом распевая My immortal. Когда песня закончилась, я отдышалась и завела Rette Mich и побежала дальше, углубляясь дальше в парк. Допев куплет, я крутанулась на одной ноге вокруг своей оси и помчалась дальше. Допев припев, я снова крутанулась, но еще и сделала пару шагов задом на перед. Я почувствовала, что со всей дури врезалась в кого-то спиной. Надеясь, что это всего лишь фонарный столб, а не какая нибудь сварливая бабуся, я резко развернулась, но не рассчитала силу разворота – изо рта у меня выпал чупа-чупс и моментально прилип к куртке незнакомца. Густо – густо покраснев и собравшись извиняться, я подняла глаза вверх – на незнакомца и побледнела. У меня задрожали коленки, затряслись руки, язык прилип к небу – я стояла с раскрытым ртом не в силах произнести не слова.