В колонках играет - Кредлы из чужого лирушного проигрывателя...
Настроение сейчас - пугающе страшно мечтательное вперемешку с ужасающим чувством пустоты...

[312x425]
..кусочек заплесневелого хлеба и залитая кипятком непонятная отрава, с гордым названием "Чай" + 10, по моим ощущениям, ложек сахару - все это сдобрено наикислейшим выражением "моси" (больше никак ЭТО не назовешь). Пытаюсь вместе с этим заглотить наплывшую горесть, ту, что иногда приходит так неожиданно, и разбавить пресноту собственного бытия...

...так не должно быть...
...обрывки лишь. И только?...


Мы пробирались сквозь толщу непонятных и слишком зеленых зарослей. А ведь кто-то завет это растениями, холит и лелеет каждый листочек. Таких психов еще поискать. Нет, растения я не ненавижу, просто в этот раз на пути попалось что-то настолько уродливое в своей неприятной ужастости, что диву даешься....
Где-то впереди заросли поредели, а еще чуть поодаль совсем исчезали с тропы.
Наконец-то.
А ведь, по сути-то, это должен быть прекрасный сад, созданный для приятных неспешных прогулок.
Из "сада" мы вышли прямиком на старую площадь. Площадь была такой, какой ей быть положено:со старинной булыжной мостовой, с кучей всякого народа, путного и не путного, с городской ратушей и почему-то новенькой, громоздкой, коей быть не должна, католической церковью...
Впереди нас ждала встреча с большим количеством зевак. Толпа странного народа, одетая по моде 19-го столетия. Казалось, они толпились тут просто так, не зная причины переполоха, переминались с ноги на ногу и осторожно, чтобы никто ненароком не заметил этого, оглядывались по сторонам. Вскоре им удалось-таки утолить свое любопытство - где-то среди толпы промелькнуло чье-то белесое тело...
Толпа едва успевала расступаться. "Тело" неслось с бешеной скоростью. Выгадав удачный момент, выглядываю из-за чужого плеча и наблюдаю за движением непонятного субъекта, как оказалось, это был коренастый пожилой мужчина с густой длинной бородой, плавно переходившей в прическу на голове, именно так и никак иначе. На шее у него красовался крест и по толпе пронесся слух, будто это заезжий русский поп, который приехал в этот забытый богом городишко с явной целью, донести до дикого и невежественного народа глас божий. Как бы там ни было, но в данный момент старец мчался сквозь толпу к сводам невиданного монстра - зданию католической церкви.Толпа в страхе расступалась.Еще бы, ведь на них мчалось обнаженное тело русского батюшки и, для пущего эффекта, вперивалось два обезумевших глаза, вот-вот готовых вырваться наружу, на свободу от старика...
Наконец он вбежал внутрь самого здания. Все остальные же остались на площади,застыв словно истуканы, видимо, зрелище их НАСТОЛЬКО шокировало.
Что аж, я же тварь любопытная и при том порой наивно любознательная, последовала за батюшкой, к величественно-громоздким воротам.Наткнулась на удивительное зрелище - где-то под самым потолком, словно гонимое ветром перышко, парил тот самый старец...
С дикими воплями, типа "УууХ!", он проносился над онемевшей толпой, потом подымался снова под потолок и начинал безудержно хихикать, он кувыркался в воздухе, расправив руки подобно крыльям, изображал из себя импровизированный самолетик, и при все этом не забывал корчить рожи столпившимся зевакам и тем, кто пришел на службу. Все завороженно наблюдали за каждым его движением.
Окинув эту картину скептическим взглядом, я только хмыкнула:

- Вот позер... летать он, видите ли, умеет... и чего? И я ведь ТОЖЕ ТАК МОГУ... и я ТАК умею...