Ранние эротические переживания, выпавшие на пионерское детство, сопряжены были с персонами слабо для меня досягаемыми. Был я лоботрясом и разгильдяем, а нравились мне активистки определенного типажа. Такие – невысокие, крепенькие, с правильной осанкой, и гордо поднятой головой, пухленькими губками и носом картошкой, лихо отдающие пионерский салют на бесчисленных линейках. Они, как правило, были активны везде и в спорте, и в самодеятельности, и общественной нагрузкой не гнушались. Не то, чтобы, уж, очень я их вожделел, но пофантазировать мог, не давая себе призрачных надежд даже на минимальный контакт. Если же случалась, что такая девонька подлетала ко мне с целью разузнать, сколько фантиков я собрал, знаю ли стих для праздничного вечера или какой вид выберу на спартакиаде, я старался продлить разговор подольше, чего-то мямлил, чем добавлял в разгильдяйно-лоботрясный арсенал еще и образ тормоза. А это превращало факт более тесного контакта в мечту совершенно несбыточную.

Становясь старше, я потихоньку потерял привязанность к такому типажу, да и попробовать всего надо было.

А не так давно супруга открыла мне глаза. Оказывается, именно такой пионеркой она и была. Сразу все стало на свои места: и безупречное исполнение песен на ночь для сына, и общение на «ты» с моими родственниками, и неумолимое желание встрять в любое мероприятие, мною задуманное, и несколько болезненное отношение к нечастым поползновениям мужа на лидерство.

Действительно, в жизни всего можно добиться, даже выебать детскую мечу.