Много лет назад, скорее всего сразу после института, когда мы почувствовали некоторое моральное право культивировать в себе ощущение взрослости, между мной и приятелями возник спор до хрипоты. Причиной прений было подрастающее поколение. Я орал, мол нехуй на молодежь клепать, хуже нас они быть не могут, потому как на наших ошибках учатся и, да и мы подсказать чего дельного не гнушаемся. Чуть разогретые пивком оппоненты, не утруждая себя аргументами, парировали: «Хуйли мудаков защищать, коль они такие априори, Валь, ты не горячись так, а то сам в мудака превратишься. Опиздни да дегенерат растут и точка».

Времени с тех пор прошло достаточно, чтобы очередной раз пересчитать весь китайский мифический зоопарк. Теперь уже мы вынуждены считаться в полной мере с теми, о ком спорили.
И тут меня начинает разбирать досада. Зря я рвал на себе рубаху, прав был лишь частично. Но и дружки менее категоричны в суждениях теперь, потому как у некоторых детям уже в институт пора, а о своих такого не скажешь.
Идя, по совершенно логичному пути наименьшего сопротивления детки впитали и отточили искусство лицемерия. Даже, скорее, настолько срослись с такой схемой поведения, что она стала для них совершенно естественной, а потому не сразу заметной. С ними можно вполне адекватно поговорить о чем-нибудь на уровне «как дела – нормально» или «нравится – не нравится». Вы даже столкнетесь с заинтересованным взглядом, только сосредоточен он не на теме разговора, а на вашей реакции, чтобы точно подгадывать приятные вам же ответы. А легкая задумчивость молодого собеседника не что иное, как отражение мысли: «Когда же он (она) отъебется». Во избежание разочарования следует избегать вопросов «почему так?», «как это устроено?» или подобных, предполагающих, что собеседник чем-то интересуется. В противном случае вас наградят беспросветной глупостью или невразумительным мычанием.

Это совсем не генетическая ошибка, все они росли совершенно нормально. Вовремя начали ходить, держать ложку, говорить, научились читать. И может, в школе поначалу подавали надежды. Но в какой-то момент раньше или позже пропадает интерес к непознанному. На самом деле он не пропадает, а мы его убиваем. И это самое печальное. Если бы просто пропал, то оставалась бы надежа отыскать. А убитого не воскресить. Шумный неуспех ЕГЭ дал нам реальный шанс взглянуть правде в глаза. Не система учета знаний виновата, а полное их отсутствие. Нам неприятно вмещать в голове факт ущербности отпрысков, но действительно же, для них является откровением то, что твердо сидит в наших головах со школьной скамьи.

Слишком сосредоточившись на себе и придумав сомнительное оправдание, что ради детей все и делаем мы просто забили на наследников. Гордыня, похоть, тщеславие, алчность далеко опередили в ряду приоритетов трудоемкий процесс воспитания. Глупо надеяться, что мальцам этого не видно. Все просто, нет подачи, нет и отдачи.

Конечно же, не все такие, быть может, мне фатально не везет, но призадуматься есть причины.

Сумбурно немного, но как-то так.