В меру размеренный уклад полуклерка, полурабочего не предполагает пограничных состояний, когда жизнь на волоске или распирает от гордости за себя, а может, напротив, пожирает собственная подлость. Тем не менее, мне удалось прочувствовать практически все: холодный клинок, впивающийся под ребра; пуля, оставившая шрам на виске; не раз задыхался, не в силах высвободится из давящей тесноты; захлебывался, чувствуя, как тяжелеют легкие, наполняясь холодной водой; предательская слабость пальцев или ненадежность уступа заставляли меня срываться в бездну неоднократно. Иногда достаточно лихо выходит разделаться с толпой отморозков, сбивая в кровь кулаки об их наглые ебла, а порой бываю настолько подавлен, что ноги отказывают, и не могу убежать от тщедушного мента, валясь у него в ногах и рыдая, прошу о снисхождении. Бывало, что лишался всего, и испытывал неимоверную физическую боль за чужие, не касающиеся меня ошибки. Но и голыми руками хладнокровно выпустить кишки парочке самых лучших друзей, только для спасения собственной шкуры, тоже приходилось. А чувство собственной беспомощности, помноженное на нахлынувшую безысходность, когда у меня на глазах погиб сын, сводит мозг пульсирующей тысячагерцовой судорогой.

Пиздец.

По правде говоря, Морфей устраивает мне такие встряски нечасто. А сносной эротикой балует совсем изредка, героем-любовником стать пока не представилось.

Вот, например, из последнего.
Привела меня жена в какое-то подобие борделя. Там заправляет парочка. Мужик статный, крепкий с фигурой близкой к идеальной, но без подчеркнутого фитнес-налета, и со здоровенным хуем. И тетка востребованных форм с начисто проэпилированной пиздой и анусом. Сами клиентов встречают, сами и ебут. Жена о чем-то пошепталась с хозяевами, и ретировалась. Все бы ничего, да выяснилось, что собирается этот самый атлет выебать меня в жопу. Так он и поступил. Напарница его потрясла предо мной сиськами и повертела ягодицами, наверное, для создания соответствующей атмосферы. Когда я скривлял гримасу от боли, какая-то дамочка (очевидно, тоже посетительница) меня нежно гладила по голове, и сочувственно просила не оглядываться. Так мало того, естественно, участники блядского дуэта оказались натуральными садистами и в какой-то момент решили растерзать мою плоть. И опять я карабкаюсь по отвесной лестнице, и опять не хватает силы в руках вытянуть потучневшее тело, и опять чую - не спастись, и, естественно, молнией мысль «на хуя я в это ввязался»…

Проснулся в холодном поту.