Проезжал на днях мимо бывшей школы, увидел огромное количество авто и несколько автобусов – выпускной. Вспомнил свой.
Серый костюм из, вроде как, зайцевского магазина, чешские летние туфли, чуть светлее костюма, на шее галстук-бабочка, под пиджаком белая сорочка со специальным воротничком. Мамочка потратилась тогда. Завершал ансамбль новый, ни разу не стиранный полиэтиленовый пакет, в котором ждала своего часа 0,5 «Белого аиста» - единственное, что удалось урвать у бомбил-алкоголиов-уголовников в не самые лучшие для алкогольной промышленности времена. И ведь достаточно символичный напиток мне достался. Летящий аист, как символ стремления к новым неоткрытым вершинам, и белый цвет его оперения, как чистота юношеских помыслов.
Проза жизни взяла свое.
Когда содержимое ополовинилось, аист был выменян на беленькую, но с бонусом в пару глотков. Теплоход я, конечно же, не помню и так поплыл, а точнее, штормило меня по полной. Домой приплелся, когда уже светало. Почти без потерь: костюм, туфли, рубашка, бабочка в кармане, в руке пакет, только внутри него, не булькающий аист, а жидкое месиво остывшей блевоты. Зачем таскал с собой, не знаю.
Наутро долго отмачивался в душе, косясь на сохнущий отстиранный пакет. После - потащился на собеседование в институт, взирая вокруг краснющими глазами уже не школьника.