[465x300]Всё началось в 7 часов утра, когда я, продрав глаза, поняла, что комп и не думал без меня работать, облачилась в пижаму, вырубила всё лишнее и снова уснула с твёрдым намерением проснуться одновременно с совестью. Сначала я была доктором Ватсоном. Мы с другом Шерлоком вели слежку за профессором Мориарти в московском метро, но он от нас ушёл, я поехала не в ту сторону и после долгих петляний поезда по парку вышла на Измайловской. Обратно надо было ехать на трамвае, а я села в в маленькую белую маршрутку, настолько маленькую, что я в неё еле влезла. Втиснулась на переднее сидение и начала втолковывать девушке-водителю, что если б ехала на трамвае, то проскочила бы зайцем, потому что мне недалеко. Мы с ней разговорились, звали её Марина Байер и она была внучкой нашего препода по архмату. Заманила я её к нам работать, а на работе подарила Любе медный колокольчик, в котором были маленькие керамические собачки и он очень красиво и громко звенел, а потом они ожили и куда-то подевались, а колокольчик перестал звонить. Потом там же я села учить историю, но вместо неё попался рассказ про человека, которому звонила какая-то женщина и спрашивала Джамахона Бабахоновича, которому она должна была денег, но честный мужчина не соглашался быть им. Потом объявился сам Джамахон, и велел его не искать, в этот же день он улетал куда-то чуть ли не в соседнюю галактику. что-то там было тёмное и наш герой, чтобы разобраться в этой истории, отправился на встречу с загадочной дамой. Тут меня начал будить Арбуз и всё смешалось - почему-то он пришёл к ней, а оказался у себя, оглядел свои клетчатые пиджаки и заметил, что они должны идти мужу женщины, но муж скончался. Мужик ещё по каким-то признакам понял, что пока его не было, тут побывала женщина, потому что он чувствовал, что шнурки, которые лежали под столом, изменили своё местоположение. Он стал подделывать шепелявость Джамахона Бабахоновича и тогда в голосе женщины послышались трагические нотки на букве "О". Потом он почувствовал, что за дверью его квартиры стоят утюги и пылесосы, его начало заваливать штабелями карандашей, он понял, что это ловушка, и женщина останется здесь. Тут мне пришлось окончательно проснуться, невзирая на дрыхнущую без задних ног совесть.