Я пришла к тебе не то что без оружия, но и без кольчуги и плаща. Этот бешеный смерч только чувства трепет, оставляя даже волосы без движенья. Кольца сковали мою душу, те самые, что нелепо сидят на пальцах, так глупо и случайно.
Даже сняв черные очки, я по-прежнему вижу черное солнце, странно… и такие же черные сны. А никогда прежде я их не видела.
Под таким солнцем и слезы проливать глупо. Ведь черное солнце света не дает, а кому во мраке нужны слезы, их же не видно. Слезы красивы на ярком свете, капельки искрятся как маленькие алмазики. В темноте все страданья простой талант.
Солнце устало светить или просто запылилось под толщей лжи. Ну а ангелы в небе уснули, устали, умерли.
Странно уходят свидетели нашего с тобой счастья.
Все воспоминания превратились в муравьев – шустро носятся, жалятся, когда пытаешься ухватить.
Когда-то кольца были броней, а сейчас словно именно они топят. Когда, по смыслу, должна была бы ненавидеть тебя, ненавижу себя.
Попытавшись сдаться без боя, проиграть не получилось Новый раунд, куча новых препятствий, новых персонажей и возможностей. Какое оригинальное прохождение этой депрессивной игры под небом, что устало быть синим, сильным. Оно теперь осыпается на наши головы.
Смотрю на солнце, вредно для сознания. Шрам на душе, татуировка на сердце. Я снова горю, - меня туши, не туши, все равно буду ползти под этим чертовым солнце.
Я пленник до Судного дня, потеряв свое обычное Я. Потеряла все, когда шла днем по дороге домой отсюда в ночь.
Поглумилась? И ладно, теперь прочь!
Насмотрелась на людей с глазами падальщиков, я теперь ушла к шакалам с взглядом человека.
Дикая смесь любопытства, с чуть раскосыми глазами; страха, что маскируется смехом; мести, что, назову я заботой. Где я упаду, если даже не знаю куда иду.
Я уже забыла свое имя; ты зовешь, ты еще его помнишь. А я не могу повернуться. Забудь его, меня и все.
Зыбкий песок, сны рвут меня на части. На север… север, там холодно должно быть, это может кровь остудить.
Я устала быть кем-то для тебя и всех, вы всё у меня украли. Даже ветер, смеясь, похитил мою тень.
А солнце устало беречь и сожгло меня; пепел моего имени улетел со страниц истории.