Дома себя ощущаю я Снежною Бабой,
Только мазган временами спасает меня.
Выйду из душа, и сразу на воздухе, таю.
Струйки текут, аккуратно хоть вытерлась я.

Только часок наш мазганчик и может работать.
Ну, а потом перерыв, надо ведь выключать.
Старый мазган, и не делает он остановок.
Мы бережём, чтобы он не сломался опять.

Утром бельё поснимали, машинку забили.
Лишь постиралось, в сушилку сложили его.
Очень удобная вещь, эта наша сушилка.
Часик пройдёт, высыхает всё, до одного.

Сразу мы обе кровати вдвоём застелили.
Каждый забрал из сушилки остатки белья.
Тут же, по полкам бельё мы своё разложили.
И до обеда свободны, тем счастлива я.

Плов доедим, я готовить сегодня не буду.
Может, на ужин, лишь дранники сделаю я.
Кефиром, пожалуй, сама запивать их я буду.
А со сметаной, сынуля поест, ведь, друзья.

Морс наварила вчера, оставалось варенье.
Как про него мы забыли, мне трудно понять.
Ягоды красной смороды добавила тоже.
Морс получился прекрасный, ну просто на пять!

Брату звонила, готовится к выписке Фима.
Ещё на неделю в гостинице будет он жить.
Пройти реабилитацию Фимочке необходимо.
А из гостиницы ближе, конечно, ходить.

Сядет за руль наш Фимуля: ох, как не скоро.
Наташа не водит машину, машина стоит.
Вот потому, та гостиница, что при больнице.
Просто спасение, сам даже врач говорит.



Снимку лет восемнадцать. Фимочка ещё без седых волос.