Кузнецовская фабрика по производству фарфора и фаянса в Риге

«Почему же именно в Риге развивалась фарфоро-фаянсовая промышленность? Очень часто месторасположения заводов зависит от источников сырья, топлива и от наличия рабочей силы. Рига отвечала последним двум требованиям.
Фарфоро-фаянсовая фабрика М.С.Кузнецова. Но, если обратить внимание на национальный состав рабочих фарфоро-фаянсовой фабрики М.С.Кузнецова, то видно, что большинство их составляли русские и литовцы, то есть не местная рабочая сила, и в особых случаях приглашали специалистов из-за границы. По-видимому, основной причиной создания фарфоро-фаянсовой промышленности в XIX веке в городе Риге являлась возможность сбыта готовой продукции, так как транспортировка хрупкой посуды из других более отдалённых мест производства была связана с лишними потерями и затратами. Рига в то время была западными воротами Российской империи. Продукцию можно было реализовывать как в Прибалтике, так и экспортировать за границу. Расширяя фарфорофое производство, Сидор Тереньтьевич Кузнецов в 1841 году основал первую фабрику. Фабрику построили в Дрейлинсбурге (Дрейлини) вблизи города Риги. Но продукцию начал давать только в 1843 году. Эта фабрика была первой, но не единственной в Риге....
Так известно, что в 1825 году было организовано производство фаянсовой посуды в районе Кенгарагса М.Рачкиным (по другим данным с 1846 года). Но неумелое управление привело её к упадку и в 1859 году фабрика прекратила работу.
Большинство рабочих и мастеров Кузнецов завербовал в центральных губерниях России, родиной их были деревни Гжели, Дулёво и сёла Коломенской губернии. Таким образом, у Кузнецова были квалифицированные рабочие, отлично знающие секреты изготовления фарфора и фаянса.
В 1864 году после смерти С.Т. Кузнецова фабрика перешла в руки его сына Матвея Сидоровича Кузнецова, но наименование – «Фабрика С.Т.Кузнецова» не менялось до 1872 года.
Следует отметить, что производительность фабрики Кузнецова в начале ХХ века приобретала всё больший размах. Однако подъём был недолгим, так как в связи с начавшейся Первой мировой войной производство фарфора и фаянса в Риге прекратилось на длительное время. С приближением фронта к городу вовсе прекратилась работа фабрики. Большая часть рабочих и часть оборудования были эвакуированы в далёкие от фронта районы России. Так некоторые цеха фабрики М.С. Кузнецова перевели в деревню Дулёво Владимирской области (так у автора), некоторые в село Кузнецово Тверской губернии, другие на станции Вербилки Московской губернии.
Фарфоровая фабрика Я.К.Ессена. По-иному сложилась судьба другой рижской фарфорой фабрики. 11 февраля 1886 года Якоб Карл Ессен получил разрешение открыть фабрику с паровым двигателем в небольшом населённом пункте Милграбен (Яунмилгравис), где тогда имелся всего десяток одноэтажных деревянных домов. Для подвода сырья и топлива, а также для вывоза готовой продукции использовали водный транспорт (в основном по Даугаве и Рижскому заливу). В том же 1886 году фабрика вступила в эксплуатацию. Эта фабрика с самого начала специализировалась на выпуске высококачественной фарфоровой посуды, и очень скоро эти изделия были отмечены наградами на разных выставках: в 1896 году на выставке в Нижнем Новгороде фабрике были присуждены золотая и серебрянная медали, а на международной керамической выставке 1900-1901 гг. в Петербурге была получена золотая медаль, на рижской юбилейной выставке в 1901 году – почётная награда «Гран-при». В начале фабрика работала исключительно на сырье и материалах, привезенных из Германии, только топливо использовала местное.
Первая мировая война нарушила производство фарфора в Риге на длительное время. В начале сократился только объём производства. Приближение к городу фронта полностью прекратило работу фабрики. В октябре 1915 года рабочие и большая часть оборудования были эвакуированы в отдалённый от фронта район - на Украину в город Славянск, где у Ессена была вторая фабрика. Из архивных документов можно судить о том, что на месте осталась недвижимость (корпуса), малоценный инвентарь, мебель, сырьё и некоторые вспомогательные материалы.
Фарфоро-фаянсофоя фабрика М.С.Кузнецова. После революции в Риге находилась единственная и последняя фабрика, принадлежащая Кузнецовым, которая начала работать 1 октября 1920 года.
1 мая 1921 года М.С.Кузнецов открыл филиал фабрики в Милгрависе на базе бывшего завода Я.К.Ессена. На второй год после возобновления работы фабрики было учреждено товарищество М.С.Кузнецова, статус которого Министерство Финансов утвердило 14 октября 1922 г. О каком-либо техническом прогрессе нельзя было и думать.Технология оставалась на уровне I мировой войны. На фабрике преобладал тяжёлый ручной труд. В 1928 году выпуск фарфорой продукции несколько увеличился, а фаянсовый остался на уровне 1926 года. В связи с экономическим кризисом конец 20-х – начало 30-х годов оказался для фабрики особенно трудным. Особенно тяжелым был 1933 год. В 1934 году производство было несколько расширено. На дальнейшую работу фабрики М.С.Кузнецова повлияла II мировая война.
Фарфоровая фабрика Я.К.Ессена начала выпускать продукцию только в 1926 году, когда в Ригу вернулся её владелец. Начавшийся в 1930 году экономический кризис прекратил все попытки восстановить работу на фабрике. В 1933 году общество керамической промышленности и торговых паёв «Порцеланс» в городе Риге начало производство фарфора на базе бывшей фабрики Я.К.Эссена, не меняя её названия, так как фактически владельцем фабрики по прежнему являлся Эссен, который не захотел рисковать своим иностранным капиталом и застраховал себя вывеской акционерного общества. Из-за репатриации (высылки на родину, прим. Shimbashi) рабочих - немцев и самих владельцев в октябре-декабре 1939 года фабрика прекратила свою работу.
В июне 1940 года Латвия вошла в состав СССР. Рабочие проводили субботники и воскресники по восстановлению шестого горна, который бездействовал с 1914 года. Впервые после 27-летнего перерыва в горне стали обжигать посуду. Был закончен ремонт фарфорового корпуса в районе третьего и четвертого горна, где были проложены бетонные межэтажные перекрытия, вместо сгоревших в 1933 году. Производство расширялось с каждым днём.

Когда назрела необходимость возобновить производство на фарфоровой фабрике (бывшая фарфоровая фабрика Я.К.Ессена) возглавил эту работу Г.Г.Круглов, в своё время за революционную деятельность отсидевший 4 года каторги. Эту нелегкую задачу – возобновления производства удалось решить в самый нелёгкий срок. Все горны были обновлены, машины отремонтированы, а часть их изготовлена заново. На завод возвратились старые опытные рабочие, которые приступили к обучению новичков. Ремонт был закончен к концу февраля 1941 года. В начале 1941 года завод приступил к выпуски продуции, в основном фарфорой посуды.
Фарфоро-фаянсовая фабрика М.С.Кузнецова. С 25 июля 1940 года правительство Латвийской ССР приняло закон о национализации крупных промышленных предприятий, в их числе и фабрики а /о Кузнецова. В начале фабрика стала называться «Красная Звезда», а с октября 1940 года получила название «Рижский керамический завод».
ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА.
Началась война. Все ушли на фронт. Многие работники предприятий погибли на фронтах ВОВ. После небольшого перерыва оба завода снова начали выпускать продукцию, но уже в условиях немецкой оккупации.
На бывшай фабрике Кузнецова выпускались только изделия хозяйственного фарфора. Фаянс вообще не производили. Не лучше обстояло дело и на фабрике Ессена. Для руководства производством в начале 1942 года в Ригу вернулись старые хозяева фабрики. В годы оккупации завод был обречен на жалкое существование.
13 октября 1944 года Рига была освобождена о немцев Советской армией. На Рижской керамической фабрике М.С.Кузнецова пострадал формовочный цех фаянсового производства. С завода было вывезено большое кол-во оборудования.
Такая же судьба постигла бы и фарфоровую фабрику Я.К.Ессена, если бы не смелость и изобретательность рабочих. Перед отступлением немцев из Риги администрация завода вызвала к себе нескольких, по её мнению, наиболее надёжных рабочих и дала им срочное задание: демонтировать оборудование, важное для производства, упаковать его и погрузить на пароход для отправки в Германию. В случае невыполнения распоряжения всем грозили казнью. Рабочие решили снять оборудование и спрятать его во дворе завода в ямах под шамотным боем и мусором, а в ящики положить камни. Всё это делалось по вечерам и ночью, украдкой. При проверке груза к отправке ничего подозрительного не обнаружили, ящики погрузили на машины и отправили в порт. Так благодаря находчивости и смелости рабочих завод сохранил всё необходимое для производства оборудование.
ВТОРАЯ МОЛОДОСТЬ СТАРЫХ ЗАВОДОВ.
После войны в 1945 году Рижский керамический завод М.С.Кузнецова испытывал значительные трудности. Для возобновления работы не хватало оборудования. Не хватало рабочих, и совсем не было инженерно-технических работников. В 1945 году на завод прибыли первые специалисты, техники-технологи, которые вместе с опытными рабочими стали руководить участками и цехами.
Начиная с 1946 года, завод стал называться «Рижским фарфоро-фаянсовым заводом». Постепенно было отремонтировано оборудование, восстановлены производственные цеха и участки, в которых началось производство продукции. Для подготовки квалифицированных рабочих при заводе была создана школа ФЗО № 15. Физически и морально устаревшее оборудование заменяли новым и в 1948 году годовой план был выполнен досрочно, несмотря на простои и нерегулярное поступление сырья.
В 1949 году заметно увеличился выпуск основной продукции за счёт пуска нового оборудования. В 1950 году продолжалось расширение производства. С этого же года впервые за весь послевоенный период начали выпускать сервизы: столовые, чайные и кофейные.
28 декабря 1953 года был утвержден проэкт реконструкции завода. Было положено начало современной технологической линии производства. Реконструкция продолжалась до 1962 года.
Рижский фарфоровый завод (так в 1944 г. после оккупации стали называть бывшую фарфоровую фабрику Я.К.Ессена) сразу после освобождения города от немцев возобновил работу. Приходилось разыскивать старых рабочих и работниц, а также обучать новых. В 1945 году обстановка на заводе значительно улучшилась. В 1946 году выпуск продукции значительно увеличился по сравнению с 1945 годом. В 15-м ремесленном училище готовили формовщиц, литейщиц, рисовальщиц и др. Итогом самоотверженной работы всего коллектива было выполнения плана 1949 года на 105%. Улучшилось и качество продукции. По решению Министерства местной промышленности в 1953 году на заводе была организована художественная лаборатория, которую возглавила выпускница Академии художеств ЛССР З.Я.Улсте. Основной задачей этой лаборатории было создание новых форм и новых видов росписей. В последующие годы предприятие постоянно реконструировалось.
ОБЪЕДИНЕНИЕ РИЖСКИХ ФАРФОРОВЫХ ЗАВОДОВ.
В 1963 году рижские фарфоровые заводы были объединены в одно предприятие. Новый завод стал называться «Рижским фарфоро-фаянсовым заводом», а прежние отдельные предприятия были названы участком №1 (ул. Маскавас 257 в Кенгарагсе) и участком №2 (ул. Лиедургас 3 в Вецмилгрависе). Основное внимание уделялось реконструкции и специализации производства, несмотря на то, что ассортимент продукции был очень разнообразен, он постоянно обновлялся. В 1968 году на участке № 1 была освоена технология тонкостенного фарфора, начиная с 1968 года Рижский фарфоро-фаянсовый завод стал выпускать только фарфоровые изделия. В связи с этими переменами изменилось и название завода. Ныне, это Рижский фарфоровый завод. Хотя основное внимание было уделено реконструкции участка №1, ряд мероприятий проводился и на участке №2.
Самым важным результатом в реконструкции завода на современном этапе является то, что впервые за все годы существования завода производство фарфора стало непрерывным процессом в отличии от той периодичности, которая была характерна для бывшей «Кузнецовки». Рижская фарфоровая фабрика
Марка коричневая надглазурная штампом — надпись «RIGA» в круге, разорванном монограммой «RPF». Ниже — надпись «2с» (второй сорт) в ромбе. Изображена на фарфоровой чашке (117 х 99 х 49 мм). Датировка предмета: 1950–1960-е.
Известна близкая марка, имеющая незначительные отличия и ставившаяся в 1953–1963 годах; на изделиях первого сорта — красным, второго — синим и третьего — зеленым ( Дулькина Т.И. С. 378; Констант З.А. Рижский фарфор. История рижского фарфорового завода. Рига, 1975. С. 83).

Едва ли не в каждом втором рижском доме можно найти сегодня чашку, тарелку, блюдо или даже супницу с клеймом фабрики Кузнецова. Кузнецовские сервизы передаются из поколения в поколение, их с гордостью показывают гостям, а по большим праздникам с величайшей осторожностью ставят на стол. Очень часто с этими вещами связаны семейные предания и другие удивительные истории, которые приятно рассказывать и слушать, попивая кофе или чай из легендарной чашки.

Кузнецовская посуда пользуется сегодня устойчивым спросом в антикварных магазинах. Покупают ее как рижане (чаще в подарок), так и туристы – на память. Причем особенно охотно берут американцы: видимо есть в кузнецовских цветочках какая-то особенная непритязательная простота, подкупающая измученную комфортом американскую душу. Между тем мало кто помнит, что именно вокруг фабрики Кузнецовых возник в свое время особенный русский уклад рижской жизни, со следами которого можно столкнуться до сих пор.

Старовер Сидор и модернист Гарднер

Как известно, производство посуды было семейным бизнесом Кузнецовых, а фабрика в Риге – не первой. Свою историю эта марка посуды отсчитывает с 1812 года, когда в России открылась первая кузнецовская фабрика. Позднее в разных губерниях разными представителями этого семейства было открыто еще несколько производств. Но именно Сидор Кузнецов, основав в 1841 году в Риге первую в прибалтийских губерниях фабрику по производству фарфора и фаянса, придал семейному делу и фамильной торговой марке настоящую силу.

Выбор Риги был не случаен. Дело в том, что все Кузнецовы были старообрядцами, а именно здесь к тому времени сложилась одна из самых крупных старообрядческих общин. Старообрядцы появились в Риге, спасаясь от гонений русских властей, во второй половине XVII века. Шведская администрация города видела в них силу, оппозиционную официальным российским властям и не имела ничего против их поселения в ливонской столице.

Вхождение Риги в состав империи мало что изменило в жизни общины. Жили староверы компактно, первые их дома выросли на берегу Даугавы приблизительно в том месте, где сейчас стоит рыбный павильон Центрального рынка. Назывался этот район Ластадия, и от него пошел расти весь нынешний Московский форштадт. И именно здесь возникло, расцвело и дождалось своего упадка кузнецовское производство

Были рижские Кузнецовы, конечно, капиталистами чистейшей воды и для своего времени настоящими новыми русскими. На посудном рынке чувствовал себя полными хозяевами, конкурентов давили нещадно – и ценами и ассортиментом. Так в 60-е годы прошлого века буквально за несколько лет разорился купец Михаил Рачкин, пытавшийся наладить в Риге производство фаянса, в конце 70-х фиаско с производством посуды потерпел некто Павел Камарин, а 80-е годы из ничего возникла и также бесследно исчезла фаянсовая фабрика Рудакова.

Заметим, что Ригой аппетиты Кузнецовых не ограничивались, и в один прекрасный день они скушали своего крупнейшего конкурента на всероссийском рынке – фабрику Гарднера, которая по своим возможностям и классу уступала разве что Императорскому фарфоровому заводу. Бедного Гарднера погубил маркетинговый идеализм; он считал возможным заниматься воспитанием вкусов потребителя, производил посуду "утонченных и передовых форм", в то время как Кузнецов чутко следил за рынком и следовал запросам покупателя.

А запросы в то время были очень простыми, потребитель предпочитал "посуду с цветочками". Во внутренних губерниях России лучше уходили розочки и цветы шиповника, а в прибалтийских – альпийские фиалки и васильки. К тому же цветочками было очень удобно замазывать мелкие дефекты фарфоровой массы. Эстеты воротили от цветочков нос, возник даже термин "кузнецовщина" – как символ безвкусицы. Но на коммерческом успехе это никак не отражалось.

Спасители и благодетели

После смерти в 1872 году Сидора Кузнецова дело возглавил Матвей Сидорович, а затем сын Матвея Михаил. Предприятие развивалось хорошими темпами (дай Бог в наше время кому-нибудь так развиваться) и фактически до самого конца XIX века Кузнецовы оставались в своем деле монополистами. В 1908 году фабрика выпустила более 22 млн. штук разной посуды. Численность сотрудников выросла при этом до 2,5 тысяч, большинство из которых, как и сами владельцы фабрики, были старообрядцами.

Сами Кузнецовы были людьми набожными и требовали уважения к вере от своих рабочих. Всем, кто поступал на завод, дарили Библию. Известен такой случай: приходит старик Кузнецов домой к старому рабочем и спрашивает: "читаешь ли Писание?". "Читаю", – отвечает тот. "Много ли прочел?", – спрашивает хозяин. Рабочий показывает ему страницу, а Кузнецов незаметно несколькими страницами дальше вкладывает 25-рублевую ассигнацию. Через месяц приходит хозяин снова, берет Библию, а деньги на месте. "Соврал ты мне, если бы читал – так нашел бы деньги", и забрал купюру.

Проживали все кузнецовцы компактно, на территории нынешнего жилмассива Краста. Рабочие жили в бараках, а служащие – в отдельных домах с палисадами. У многих были огороды, некоторые держали коз и свиней. Рабочий день был продолжительным – свыше 10 часов, но при этом перерыв на обед достигал 4 часов. Условия труда были тяжелыми, в цехах очень жарко, спасаясь от жары работали в ватниках и ушанках, и за время перерыва рабочие могли восстановить силы.

Любопытная история случилась в революцию 1905 года. На одной из сходок полиция арестовала человек 7 кузнецовских рабочих. Жена же молодого Кузнецова Вера Николаевна, редкая красавица была, что говорится, на короткой ноге с рижским губернатором (на эту тему на заводе ходили даже двусмысленные разговоры). Когда она узнал об аресте, то тут же поехала к нему, и в скорости всех кузнецовских отпустили. Затем Вера Николаевна собрала матерей и жен арестованных, объяснила им что к чему и предупредила, что в другой раз ничего делать не будет. После чего революционная активность на "кузнецовке" сошло на нет.

Несмотря на свою предприимчивость и прижимистость, Кузнецовы относились к своим сотрудникам в общем то по-человечески. Много жертвовали на нужды старообрядческой общины, дали денег на школу, которую построил архитектор Шмелинг возле нынешнего Стахановского моста незадолго до Первой мировой войны. На фабрике работали кружки: рабочих обучали грамоте, латышскому языку, танцам, игре на баяне. Для самых смышленых работал кружок учета (так раньше называли бухгалтерское дело). Была на фабрике Кузнецовых еще одна хорошая традиция дарить сотрудникам посуду – на праздники, в дни рожденья, на именины. Только в отличии от той, что шла в продажу, на даренной посуде не ставили клейма – чтобы не было соблазна продать.

Закат и финиш

После революции 1917 года родственники Кузнецовых со всей России – кто успел и смог – бежали в Латвию. Рижская фабрика единственная избежала тогда национализации и выпускала фарфор под прежней маркой. Но времена были уже не те, значительно сузился рынок сбыта (торговля посудой с советской Россией была невозможна), затем разразился экономический кризис, и в результате всех этих неприятностей Кузнецовым пришлось уступить часть капитала в семейном деле другим, как сейчас говорят, инвесторам.

Однако производство продолжалось, в 1937 году была выпущена большая партия посуды с юбилейным клеймом "Кузнецов – 125". Фабрика не прекращала работу ни в 1940 году, ни во время Второй мировой войны, не менялся при этом и состав рабочих. Во время оккупации гитлеровская администрация распорядилась снять позолоту с купола храма Гребенщиковской общины. Чтобы это предотвратить, рижские старообрядцы, среди которых большинство работало на фарфоровой фабрике, сняли с себя золотые украшения и отдали их гитлеровцам.

А в 1944 году старые хозяева уехали, и на "кузнецовке", как и повсюду в Риге, началась новая жизнь. Была создана Рижская фарфоровая фабрика, которой удалось по началу сохранить многие славные традиции своих предшественников и создать свои, новые. И уже совсем в наше время после нескольких скандалов незаметно наступил финиш рижской кузнецовской истории. У фабрики теперь новые хозяева, и вроде бы они собираются делать здесь не посуду (ее вроде бы привозят достаточно), а электротехнический фарфор. Неизвестна дальнейшая судьба экспонатов знаменитого музея при фабрике, так что бережней берегите то немногое с клеймом Кузнецова, что храниться у вас дома на полках бабушкиных буфетов.

Происхождение названия
О происхождении этого названия на данный момент существуют две версии. Первая из них — Kangara Rags (Мыс Кангара) (в латышской мифологии — дух предательства, который перессорил латышские племена). В месте, где находится Кенгарагс, существовал мыс и ниже по течению реки находилось множество островов. По преданию, именно здесь некогда находился «Храм Вершителя Судеб — Перконса (Перуна)», и название было дано после того, как епископ Альберт разрушил этот храм и на эти земли обрушилось много несчастий. Вторая же версия говорит о том, что название мысу и месту было дано от некогда проживавшего здесь в старинные времена рыбака по прозвищу Kenga, что в переводе с ливского языка означает „туфля, ботинок“.
[править] История
Кенгарагс как населённый пункт упоминается ещё в XVII веке. При осаде Риги во время похода русского царя Алексея Михайловича в 1656 году здесь располагались русские войска. В то время на территории этих мест жили семьи рыбаков, затем, уже в петровские времена, в Кенгарагсе открываются лесопилки и малые предприятия. Открывается Рижско-Огрский тракт.
В XVIII веке бо́льшей частью земель современного Кенгарагса владело имение Мазъюмправа, и вплоть до середины XX века здесь располагались сельскохозяйственные угодья — луга, хозяйства, пастбища. Тем временем с развитием индустрии стала расширяться Рига. В 1841 году старообрядцами Кузнецовами была открыта известная на всю Россию фарфоро-фаянсовая фабрика Кузнецова, которая также была известна тем, что использовала в продукции голубую глину, добываемую здесь же, в Кенгарагсе. В 1861 году открылась первая на территории Риги Риго-Динабургская железная дорога. Уже во времена независимой Латвии после включения Кенгарагса в состав Риги (1924) посёлку «Кенгерагге» было дано латышское название — «Kengarags».
[300x202]
[265x320]





[414x500]










[264x200]
[290x500]






[273x425]