Когда час пробил, когда гибель неминуема, и дыхание ее все горячее - можно лечь на спину, улыбаться и повизгивать, и блестеть глазами, и притвориться ее детенышем, чтобы она тебя пощадила.

Еще можно повернуться к ней лицом и зарычать, и принять последний бой длиной в секунду, и взмыть духом, и не чувствовать боли, когда она станет рвать тебе горло.

А еще можно притвориться раненым, спотыкаться и хромать, и блевать кровью, и падая, подманивать поближе, и уводить ее все дальше от гнезда, где живешь ты настоящий.