Настроение сейчас - ...she wrote...

Итак, праздники закончились, но нагнавшие нас будни ничуть не уступали им по количеству позитива и приятности проводимого времени. Отыграв, наконец тройственный день рождения, мы вернулись к претворению в жизнь активной программы «из жизни отдыхающих». Благо, пунктов в ней было намечено столько, что нашими прежними усилиями не было охвачено и половины. Так, сравнявшись с «аборигенами», как цветом кожи, так и знаниями географии и политической жизни острова, то есть, перейдя в примерно тот же статус, мы взялись за продолжение программы с новыми силами.

Чудо-остров – жить на нем легко и просто!
Прекрасным мартовским (по тайским меркам – самым что ни на есть летним) утром мы вновь всей «дружною толпою» выдвинулись на полюбившийся нам по нескольким причинам пляж Хаад Салад. И если Настя с САСом составили нам компанию только чтобы освежиться в океанских водах, после чего помчались обратно домой и по делам, то у нас была составлена довольно обширная программа пребывания в этом милом местечке. Это и купание с загоранием, и очередное изучение в масках подводного мира и один из главных пунктов – испытание свежеиспеченного матраса Мел. Как говорится – все удовольствия в одном флаконе! В итоге плавательное средство было проверено и перепроверено всеми участниками и в широком диапазоне условий работы: от загорания на песке до настоящего морского боя. Новое исследование морских глубин тоже удалось на славу. Помимо уже старых знакомых морских ежей и симпатичных рыбешек всех мастей, повстречались нам и осьминожка и весьма зловещего вида обитатели, получившие обозначение «морской черт» (хотя вряд ли на самом деле он выглядит именно так).
Вдоволь накупавшись и изрядно проголодавшись, мы направили свои байки прямо… правильно догадались многие читатели – в «Маму Пух». Где по обыкновению заказали чудо-нудлы и много лаймового сока.
На время послеобеденное и предзакатное был запланирован один из элементов местного колорита – стрельба из лука. Правда опробовать ремесло Робин Гуда мы прибыли в не самое удачное время, когда солнце уходило за горизонт и естественное освещение резко сокращалось. Однако, мы успели и обучиться азам стрельбы и совершить положенное количество подходов к «огневым рубежам». Средневековая забава очень понравилась, хоть и оказалась занятием со своими сложностями и премудростями. Я уж не говорю о необходимой для него силе рук, отнюдь не женской. И как это с такой легкостью стрелять из лука умудрялись амазонки? Хотя, наверное, все они как на подбор обладали силой, которой позавидовал бы и дядька Черномор со своими 33 богатырями. Соревноваться мы не стали – уж больно велик был фактор случайности и неопытности. Хотя поначалу и возникали шутливые вопросы «Кто бежит за Клинским?» Сполна приобщившись к экзотическому виду спорта, а заодно вспомнив детство и игру в индейцев (где каждый считал себя особо метким стрелком), самое время было понастольгировать о родине и ощутить привычного «русского духа». Какое место послужило бы для этого лучше, чем русский ресторан, случайно открытый днем нашими «аборигенами»? Звался он весело «Жаба», может и не самое русское слово, но для этих широт безусловно подходящее, и являлся (по крайней мере, был заявлен) джаз-баром. Правда джаза мы не услышали даже из динамиков, но быть может это потому, что сидели на террасе, а может в ресторане был объявлен «вечер тишины». В любом случае ничего не могло бы помешать нам насладиться позабытой уже родной кухней, блюда которой мы от жадности и типично русской тоски заказали с достатком. И салат «Оливье» (не самая отечественная еда, но очень уж хотелось), и супы, и пельмени… Не было только черного хлеба о чем мы горько сожалели. Весь его съели до нас вероятно такие же особо соскучившиеся. И пиво употребляли мы местного производства, справедливо полагая, что глупо пить какую-нибудь «Балтику» на берегах Тайланда, даже в память о родине.
Домой вернулись растроганными и умиротворенными одновременно. В таких светлых чувствах, глотнув на сон грядущий чего-то крепенького, и отправились спать.

Следующее утро встретило нас относительной для этих мест прохладой, так как поднялись мы весьма рано. С какой целью? – может спросить новичок, только что открывший сие повествование. Нас ждали большие экстремальные свершения – поход к островам на каяках. Каяки – это такие легкие пластиковые лодки, вроде байдарок, где мест хватает только гребцам и некуда положить не то что какой-то груз а даже снятые тапочки. Не говоря уж о том, что все это, вместе с гребцами естественно, лихо заливает вода фактически со всех сторон и по всем направлениям. Но обо всем по порядку… Прибыли на условную «лодочную станцию», разбились на три парных экипажа, выбрали средства передвижения и спортинвентарь, экипировались к путешествию. Столкнули лодки в прибой, весла – на воду, и – старт! С первых же секунд стало ясно насколь экстремальна наша задумка и в какое непростое предприятие мы вписались по собственной доброй воле. Нашу лодку нещадно качало на незаметных с берега волнах, здесь казавшихся чуть ли не грозными бурунами, ко всему прочему ее крутило волчком, как бы мы ни старались синхронизировать работу веслами. Я ругалась всеми только известными мне нецензурными словами, проклиная изобретателей каяков, тайских прокатчиков, САСа – за саму идею и его комментарии с соседнего судна «вас шатает как маркитанскую лодку» и вообще весь белый свет. Курс наш лежал к небольшому острову, находившемуся всего лишь в нескольких километрах от нашего берега, но судя по всему именно здесь пролегал какой-то секретный фарватер, по которому активно курсировали большие паромы. Один такой и показался на горизонте в довершении всех наших приключений и приближался с поистине крейсерской скоростью, испуская предупредительные гудки. Мы оставили попытки успеть пересечь фарватер перед паромом (более всего это походило на то, что муравьи пытаются успеть перебежать дорогу несущемуся слону) и на благоразумном расстоянии ждали, когда он пройдет, внутренне уже приготовившись к невольному купанию. Однако, обошлось. Даже нашу непослушную лодку удалось поставить к разбежавшимся от парома волнам носом, и потому дальнейшая гребля до острова происходила без происшествий и даже без значительных отклонений от курса. Несмотря на столь ужаснувшие меня свойства плавательного средства, заветного берега мы достигли вторыми из трех экипажей, выиграв правда у финишировавших третьими Миши и Мел совсем немного. Открывшиеся нашему взору виды новых мест были поистине прекрасны. Они навевали мысли о вечности истинных ценностей таких как свет солнца, волны океана, соленый ветер, изумрудные леса и громады скал. То, что было за сотни тысяч лет до нас, то, что на миллионы лет переживет человеческую расу. Показалось, что самое необходимое – пройтись по полосе прибоя, чувствуя как вода проходит сквозь пальцы, что нет ничего важнее чем оставленные нами отпечатки ног, которые через минуту скроет волна. Помните рекламу пива «Amstel»? «В этот момент… один любуется собственными следами на песке». В отличии от этого ролика нас было шестеро… Шестеро счастливчиков вне времени и цивилизации, наедине с природой в полной ее силе и красе. Не надо было даже пива.
Вдоволь насладившись местными красотами, понаблюдав за разбегающимися во всех направлениях крабиками, белыми и казалось даже прозрачными, словно брызги прибоя; мы вновь погрузились в лодки и, обогнув небольшой песчаный мыс, очутились в тихой удивительно живописной лагуне, где заросшие густой растительностью скалы подступали к самому берегу, исполинами нависая над узкой полосой песка. Решив не обходить остров вокруг полностью ввиду приближающегося полудня, а значит и дневной жары, благоразумно отправились в обратный путь. При отплытии с заповедных берегов случилась прелюбопытнейшая встреча, хвала небесам на безопасном расстоянии, с настоящими морскими крабами, размерами и устрашающим видом значительно превосходившими своих собратьев, чьи беззаботные забеги наблюдали мы на песчаной косе. Зрелище это вызвало в наших рядах (то есть у вашего покорного слуги) такой неподдельный и неописуемый восторг ужас, что придало нашей лодке значительное ускорение. От предынфарктного состояния меня спасло только то, что встреченные представители панцирных и членистоногих располагались на обломках скал торчавших из воды на некоем удалении от берега, да и, судя по всему, о близком знакомстве сами не помышляли. Впрочем, раздумывать и рассуждать на эту тему у меня не было ни времени ни желания. Равно как и о том, насколько быстро крабы передвигаются по дну под водой и в какую сторону они намеревались двинуться, дружно поныряв в волны, при прохождении нашей байдарки мимо облюбованных ими валунов.
Вернув каяки на берег в исходное положение – кверху килем, мы наконец получили возможность полноценно и плотно позавтракать. На сей раз для этого, по совету друзей, было выбрано прибрежное кафе JJ, о котором мы неоднократно слышали, но еще ни разу не бывали. Особо приятным бонусом оказалось наличие при нем песчаного футбольного поля с воротами и мяча, претендующим на гордое имя Джамбулани. Мимо такой удачи пройти мы, естественно, не могли; и потому в ожидании своих блюд и холодного пива, упражнялись в пляжном футболе, развлекая зрелищем сим Настю с САСом и немногочисленных посетителей кафе.
После завтрака мы вновь на некоторое время простились с нашими гостеприимными товарищами и отправились на поиск очередного неопробованного еще пляжа. Им стал берег при каком-то небольшом уютном отеле, что все вместе носило название «курорт Хаад Сан» и эмблему с русалкой весьма Диснеевского облика. С высоты шоссе пляж казался чертовски заманчивым и фактически безлюдным, что делало его еще более привлекательным. Однако, при ближайшем ознакомлении мы были несколько разочарованы и быстро поняли секрет малой посещаемости. Уровень моря в этих местах и главное – протяженность такой с позволения сказать «глубины» могли бы соперничать с Финским заливом на берегах Василевского острова, особенно побережья возле гостиницы «Прибалтийская» (ах, простите, она теперь называется Park-Inn). К тому же океанское дно не впечатляло своим качеством и не вызывало большого желания войти в «эту воду дважды». Посему слегка окунувшись, обсохнув в тени пальмы и отказавшись от предлагаемых местными массажистками услуг, мы решили испробовать одну из главных экзотик и прелестей жарких стран – прогулку на слонах.
Итак, мы вполне мирно катили себе по уже знакомым дорогам острова, следуя за белым слоником (то есть зеленым табличкам с изображением слона и указанием расстояния до заветного места), как вдруг… С нами случилось первое, и слава Богу, единственное дорожно-транспортное происшествие в Тайланде. Опережая испуг читателей, спешу сообщить что никто не пострадал, полицию не вызывали, не были, не замечены, не привлекались… У нас, вернее у скутера, на котором ехали Людок и Миша, банально спустило колесо. Такая мелкая но досадная неприятность оказалась камнем преткновения и переросла в целое утомительное приключение. Весьма продолжительное время мы бесплодно искали что-либо хоть отдаленно напоминающее станцию технического обслуживания автомобилей или шиномонтажа. Когда же находили, то с трудом могли объясниться, выуживая из обрывочных воспоминаний об уроках английского лишь отдельные слова вроде «wheel», «air», «compression»… Ибо первую нашу фразу вроде «Май кар из кердык…» дружелюбные тайские работники автосервиса если и понимали, то не подавали вида. Вообще следует отметить, что тайцы крайне плохо знают какой либо язык кроме родного, и самый популярный в мире – английский у них популярностью не пользуется, но с ним они хоть как-то знакомы. Что интересно – сей факт международной малограмотности их нисколько не печалит, если не сказать наоборот. И что еще более примечательно – понять своего иностранного собеседника они совершенно не пытаются. При разговоре с чужеземцем любой уважающий себя и свою страну таец будет в лучшем для Вас случае молча улыбаться, в худшем – вести беспрерывный монолог, являющийся непереводимой игрой слов с использованием местных идиоматических выражений. В общем, в каждом таком месте мы проводили не менее десяти минут, прежде чем понимали что здесь нам не помогут, ибо занимаются колесами только автомобилей, то есть более крупного размера. Так, усталые разочарованные и злые мы уже собрались было поехать к дому, дабы предприимчивый САС придумал выход из ставшей вдруг неразрешимой проблемы, но тут удача вспомнила о нас. Как по мановению волшебной палочки на пути нашем возник то ли магазин колес, то ли пункт ремонта скутеров и мотоциклов. Словно будучи предупрежденными о нашем безрадостном положении, хозяева замахали нам руками, едва только мы мельком бросили взгляд на их неприметное заведение возле обочины. Ждать чудо-мастера с чудо-насосом правда пришлось долго, и на общение с улыбчивыми и англоНЕговорящими юношами уже не хватало сил и желания, тем более, что понять мы все равно могли только «о’кей». В конце концов все благополучно разрешилось. Байковских дел мастер появился, заменил пробитую камеру, накачал колесо, взял за это смешную плату и мы вновь стали мобильны. Вот беда только время уже давно клонилось к ужину и визит к слонам пришлось отложить до завтрашнего дня.
Впрочем, на вечер планы у нас были не менее приятные и интересные. Мы посетили возможно самое нетривиальное и демократичное общественное место на острове – бар Амстердам (AmSTARdam – звучало оригинальное название). Что же выделяло его среди прочих прекрасных заведений Пангана, помимо крайне располагающего к релаксу интерьера, музыки в стиле регги и прочих мелодий растаманов, а также чудного вида на закатный океан с террасы? Да, это она, ставшая фактически неотъемлемым атрибутом отдыха на заморских курортах и далеких теплых побережьях – magic cigarette (волшебная сигаретка – англ.). Продающаяся в баре наряду с коктейлями и закуской из морепродуктов, видимо, на вполне законных основаниях. Подаваемая на подносе вместе с запотевшими бутылками пива и заказанными вами салатами (а вовсе не из-под полы в самом темном уголке заведения) и источающая знакомый со времен буйной молодости аромат с каждого столика кафе. Никаких запретов и табу, все просто – 200 местных рублей и Вы – на вершине мира. Я не сторонник лозунга «Скажи наркотикам – НЕТ» (мой девиз скорее «скажи наркотикам – иногда»…), но все же страсть к косякам быстро и безболезненно пережила более полутора десятка лет назад. А потому, сделав пару затяжек, предпочла сизому сладкому дыму – зеленого змия в виде охлажденного легкого алкоголя. И, кстати, придерживаюсь сей точки зрения до сих пор. Но… о вкусах, как известно, не спорят.
Домой мы возвращались дружно и весело – в кромешной тьме, как обычно в момент окутавшей берег, и каждый со своим полученным удовольствием.
Кажется тем же вечером мы с Людком, выпив еще пивка а то и чего покрепче, поехали в ночное – то есть романтичное купание под луной и звездами на пляж с плакучей пальмой. На обратном пути благополучно заблудились и также благополучно нашлись, рассекая мглу ночных дорог Пангана так, что скутер ревел словно пикирующий бомбардировщик, а стрелка спидометра дрожала где-то за отметкой 70. Конечно, это опасно и безрассудно! Но… так здорово!

Следующим утром, обнаружив в холодильнике (про который кажется все забыли после третьего Рыбьего дня) зияющие пустоты, было принято решение отправиться бандой позавтракать в Чалоклам. Тем более что это сулило еще и освежающее купание до и после, а при особом желании – даже во время трапезы. В виду особой малолюдности пляжа в это утро можно было позагорать или просто порелаксировать на деревянных лежаках, глядя лениво на «шаланды, полные кефали», живописно разбросанные по голубой глади бухты.
А после завтрака, к нашей вящей радости, мы наконец попали на Панган-сафари. И хотя наша прогулка длилась всего лишь полчаса и проходила не по дебрям джунглей, а всего лишь по подлеску вокруг слоновьего питомника это было очень захватывающе! И немного страшно, несмотря на относительно небольшую высоту катавших нас слоников, кои, относясь к семейству азиатских слонов, не поражают размерами так как африканские. Мы с трепетным любопытством пробовали какова на ощупь слоновья кожа, умилялись и восхищались послушанием этих животных, с легкими нотками зависти удивлялись как лихо восседает на шее слона погонщик, фактически ни за что не держась. Заодно наблюдали с высоты за жизнью обычной тайской деревушки, мимо нескольких домов которой прошла наша процессия, посмотрели небольшой расположенный близ питомника зверинец с дремлющим в водоеме крокодилом. После импровизированного сафари мы с удовольствием кормили наших экзотических «извозчиков» бананами, специально заготовленными служителями для благодарных туристов. Слоники танцевали, подавали хобот и кланялись не хуже цирковых.
После такой экзотической экскурсии домой мы вернулись в самых светлых и радостных чувствах, наперебой рассказывая «аборигенам» (которые наверняка уже успели опробовать этот вид местного колорита) свои впечатления.
Вечер завершился по обыкновению легким ужином с достаточным количеством прохладных напитков разной степени крепости.

Боливар не вынесет двоих
К сожалению, время нашего пребывания в райском краю подходило к концу, а потому утром наступившего 17го дня марта мы взялись за выполнение последнего, наверное, самого грандиозного, и как показал дальнейший ход событий – самого экстремального пункта развлекательной программы для гостей из северных широт. Мы отправились в самое настоящее путешествие в глубь острова, туда, куда редко ступала нога туриста и даже не каждый таец отважился бы добраться. Название сего заповедного места я не запомнила, да это и не имеет значение. САС пообещал нам, что новое приключение сможет затмить даже поход на «Bottle Beach», с той только разницей, что добираться мы должны были не пешком (хвала небесам!) а на байках. Как в дальнейшем показала история – он не ошибся. Но поначалу ничего не предвещало беды, хоть и ехали мы столько времени, что, казалось, могли уже обогнуть весь остров целиком. Мне было получше многих, так как обнаружив вдруг невесть откуда взявшееся похмелье, я отказалась сесть за руль и записалась в ряды пассажиров, утвердив Людка на роль личного водителя. Быть «вторым пилотом» оказалась не так почетно и интересно, как водителем, зато можно было расслабиться и с удовольствием глазеть по сторонам, обозревая проносившиеся мимо красоты и живописности. Когда же мы съехали с шоссе и попали на грунтовую дорогу, я так и просто порадовалась своей пассивной роли в управлении байком. Знай себе, сиди грузом. Дальнейший наш путь до пляжа, название которого не задержалось в моей памяти, напоминал худшие кадры из мотогонок по бездорожью. Camel trophy – отдыхает! Дорога, если ее можно так назвать, представляла собой едва ли не устье сошедшего селевого потока, жуткая смесь песка, глины и некоего количества щебня, исчерченная журчащими ручьями разной глубины и протяженности. И это по словам САСа – еще не самый плохой участок! По плохому, видимо, передвигаются только вездеходы… Пожалуй что и правда поход на «пляж бутылок» уступил пальму первенства этой поездке к далекому берегу. Само же место заметно походило на «Bottle Beach» – бухта среди поросших лесом скал, разбросанные по берегу бунгало и редкие кафе, малолюдный песчаный пляж. От одного этого вида мы тут же позабыли все злоключения пути и помчались навстречу океанским волнам. Волны здесь были ничуть не меньше чем у «берега бутылочного стекла», а то и во многом превосходили их. Поначалу игривые и покачивающие купальщиков, изображавших из себя покорителей океанских просторов, постепенно они наращивали свои набеги и мощь, вырастая едва ли не до размера цунами (возможно, это и были отголоски того, что обрушился на Японию несколькими днями ранее). Когда превратившиеся в девятый вал волны выбросили нас на берег словно щепки потерпевшего крушения корабля, небо на востоке потемнело, налетела гроза и разразился настоящий тропический шторм. Укрывшись в мигом опустевшем вдруг кафе, мы наблюдали буйство стихии, сразу же вспомнив и проведя аналогию с сюжетом фильма «Десять негритят». Ууух, какое это было зрелище! На зависть Станиславу Говорухину:) Тем не менее, некоторые (а именно – я) умудрились даже поспать на разложенных матрасиках, удачно обнаруженных под сенью уютного кафе. Однако время шло, шторм поутих, но ливень, хоть и ослабевал временами, прекращаться не думал, и небо было все также затянуто вплоть до самого горизонта. Нам же хотелось домой, причем не просто хотелось – туда надо было попасть, но ехать при подобных погодных условиях представлялось поистине невозможным. Мы уже воочию видели размытую дорогу, превратившуюся в бурлящую горную реку, низвергающую водопад на шестерых отважных (читай – сумасшедших) байкеров. В общем, отправляться в обратный путь наперекор стихии, было не то, что безрассудно, попросту – опасно. Но чем дольше мы ждали, тем больше понимали что промедление – смерти подобно, а дальше – больше, то есть будет только хуже. Улучив момент относительного затишья (в душе надеясь, что это все же конец бури), мы добежали до байков, за считанные мгновения попрыгали в седла и рванули к дому. Но не тут-то было… Переменчивая, словно барышня на выданье, погода будто ждала этого момента и тут же обрушила на нас тонны воды с небес. Не успев проехать и километра по уже начинающей превращаться в локальное стихийное бедствие дороге, мы укрылись под попавшимся на пути навесом, собрав срочный военный совет. То, что на скутерах по такой дороге не выбраться с пассажирами теперь уже ни у кого не вызывало сомнений. Раздавались голоса вообще оставить байки на парковке и вернуться при более спокойных погодных условиях. Благо выбраться с пляжа не составляло большой проблемы – такси-джипы с крытыми тентами кузовами курсировали прямо до Тонгсалы с завидной периодичностью, без особых проблем преодолевая труднопроходимый участок пути до бетонки. И все же бросать байки на произвол судьбы не решились, да и не было возможности возвращаться за ними (прим. – залогом за скутер был мой загранпаспорт, который явно пригодился бы мне в скором возвращении на родину). «Первыми спасаем женщин и детей!» – провозгласил САС, и под слабые протесты персон, отнесенных к этим категориям, Настя, Миша и Мел были погружены на очередное спасательно-вездеходное средство. Все без исключения пассажиры такси смотрели на оставшуюся троицу смельчаков со смесью неподдельного любопытства, недоумения и восхищения, явно оценивая в уме масштаб разгула стихии и безумие нашей задумки. С грустью и завистью мы проводили взглядом внедорожник, увозивший наших товарищей, тоскливо посмотрели на небо в последней надежде найти просвет среди туч, и взяли старт самого экстремального путешествия за все время пребывания на сиамском берегу. Хотя, подумав, я так и не смогла вспомнить более экстремальной дороги за все свои прожитые годы. Байк вел себя как необъезженный мустанг, впервые почувствовавший на спине всадника. Его то резко бросало в сторону, то вело юзом по вязкому грунту; колеса, то и дело норовившие соскользнуть в залитую водой колею, вырывали из рук и без того скользкий руль. Мотор натужно ревел, из последних сил втаскивая скутер в гору по раскисшей каше из песка и глины, но слава Богу ни разу не чихнул и не попытался заглохнуть. Я слилась воедино с байком, мы стали одним целым, словно моторизованный кентавр, мчащий в серой мгле сплошного дождя. Ваш покорный слуга промок насквозь, то есть буквально НАСКВОЗЬ, настолько что в и без того легком туалете (шорты и летняя рубашка) не осталось сухой нитки и по сути уже не было никакого смысла, не говоря уже о согревающей функции. Видимо в этот момент Людка, одетая примерно в той же манере, с неутолимой грустью вспоминала свежеподаренную ветровку, которая вряд ли уберегла бы ее от повсеместного намокания, но ветрозащитную и теплоудерживающую функцию наверняка бы выполнила. От ветра и холодного дождя стало сводить мышцы, побелевшие пальцы еле слушались, а двигать получалось только головой, стряхивая воду, вовсю заливающую очки. Я закоченела и про себя молилась только о том, чтоб мчавший флагманом Саша не вздумал останавливаться в пути, иначе со скутера меня пришлось бы снимать в позе жокея, со скрюченными пальцами и сесть обратно я смогла бы только после отогревания всех конечностей. И вот, когда показалось что, избалованному отдыхом организму уже не хватит сил на этот бесконечный перегон, в поле зрения появились строения и прочие признаки цивилизации. Тонгсала! Мы сделали это!!! Во время короткой остановки в городе мы умудрились потерять САСа, но чудесным образом нашли Мишу и Мел, преданно ждущих нас на фуд-маркете.
Домой мы возвращались в статусе героев масштаба нашего небольшого сообщества, наперебой обсуждая мельчайшие подробности выпавшего нам настоящего приключения. В общем, эта поездка стала более чем достойным завершающим аккордом программы пребывания на чудном острове.
Пообсохнув и восстановив силы, всем квартетом мы взялись за непростую но обязательную процедуру в любом путешествии – закупку сувениров и памятных вещиц. Занятие это оказалось хлопотное и утомительное, начались метания чуть ли не по всему острову в поисках строго определенных предметов. Мне непременно хотелось купить модно мятую футболку с черепахой именно желтого цвета, и я замучила Людку поездкой по разным магазинам «где я точно ее видела». В конце концов, пришлось довольствоваться точно такой же, но серой, что впрочем меня не расстроило, так как для нее я придумала большее количество сочетаний с атрибутами своего гардероба.
Дома, куда мы за всеми нашими делами, вернулись уже в полной темноте, нас ждал прощальный банкет, устроенный силами и средствами дорогих друзей. К нашему отъезду, они подготовились не менее чем к прибытию – стол ломился от разнообразия выпивки и закусок, горели гирлянды (те, что еще выжили после двух недель ежевечерних посиделок) и играла музыка, а еще для нас был приготовлен романтичный сюрприз. За идею и реализацию которого – огромный респект Настене! Прощаясь с гостеприимным островом и его обитателями, мы зажигали новые звезды – запускали в иссиня-черное небо тропиков горящие бумажные фонарики. И хотя их было всего шесть, по числу участников сего маленького сказочного представления, это выглядело ничуть не менее красиво и трогательно, чем в мультфильме «Рапунцель». Мы радостными криками встречали каждый новый взлетающий огонек и долго провожали парящие маячки взглядом, пока они не скрывались за ближайшей горой или не поднимались высоко-высоко, постепенно превращаясь в неразличимую глазом точку.
К концу вечеринки мы разошлись не на шутку и, опробовав всю мощь САСовых колонок («соседи – вешайтесь, подонки!»), оглашали окрестные джунгли дикими для этих мест звуками музыки диско 90-х, столь милой сердцу каждого российского гражданина, чья юность и отрочество прошли в Советском Союзе во времена перестройки.

Вместо эпилога
Вот и настало наше последнее утро на Пангане. Обратный билет до столицы королевства Тайланд был приобретен нами заранее и указывал время отплытия 12 часов 30 минут. То есть времени собраться, уложить вещи с максимально возможной плотностью и даже закупить последних сувениров, у нас было еще в достатке. Правда, немалую его часть пришлось потратить на транспортировку всех людей и грузов, отбывающих со славного острова. Задача эта оказалась не такой простой, как мы предполагали. Но в итоге, совершив два захода на трех скутерах, мы с ней справились, приложив правда при этом недюжинные усилия и смекалку.
Пока мы ждали паром, погода стала заметно портиться, словно печалясь нашему отъезду. Небо заволокло сизыми тучами, и по бетонному пирсу Тонгсалы закрапал мелкий унылый дождь. Видимо, это было далекое предвестие той самой бури, что несколькими днями позже накрыла Тайланд и отрезала острова (в том числе и Панган) от большой земли. Прощаться с так радушно принимающими нас «аборигенами» Настей и САСом и с самим чудо-островом было немного грустно, но родина звала нас, да и как говориться «честь надо знать». Хотя я, положа руку на сердце, успела соскучиться по низкому небу Питера, по урбанистическим условиям цивилизации (когда можно заходить в санузел, не опасаясь встречи с пауком размером с мою ладонь), по бледнолицему социуму, с коим можно объясняться русскими словами, а не жестами из азбуки глухонемых. Под такие мысли паром уносил нас от пристани острова Ко-Панган обратно на континент.
Дорога назад была более печальной, а потому и более утомительной, чем авантюрный путь к неизведанным райским берегам. Однако, фактически все пассажиры парома пребывали в меланхолических настроениях и потому в салоне царили спокойствие и относительная тишина. Можно было бы даже подремать, будь сиденья хоть немного более удобными.
Через полтора часа пути паром выгрузил нас на той же пристани, с которой мы 10 дней тому назад отправлялись в путешествие к островам Сиамского залива. Здесь нас ждал наш старый знакомый – живописный автобус «без окон, без дверей». А затем – снова Сураттани и касса с очередными разноцветными наклейками, тростниковый навес над самолетными креслами и сэндвичи из маленького кафе в ожидании своего автобуса. Ждать его пришлось меньше чем в прошлый раз, и довольно скоро мы уже катили по хайвэям Тайланда в легких сиреневых сумерках. Правда меня дорога утомляла все больше и потому наслаждаться видами из окна, пользуясь последней возможностью посмотреть на бытие экзотического края, уже не осталось сил. Когда же мы добрались до Бангкока, то я и вовсе была в полуразобранном состоянии, то ли простудившись во время приключения с байками и ливнем, то ли готовясь к приближающей акклиматизации. А потому передвижения по горящей миллионом огней столице, куда мы прибыли глубокой южной ночью, остались для меня в тумане плохого самочувствия. Чуть полегчало в аэропорту, во многом благодаря возможности подремать наконец в лежачем положении. А в Duty Free мы потратили последние местные тугрики, приобретя на память и на пробу истинно тайский виски «Меконг».
Десятичасовой перелет на просторы необъятной родины дался мне тяжело: поднялась температура, еда не лезла, меня мутило даже от любимого томатного сока. В довершении всех страданий «радовали» габаритные соседи, подкинутые с легкой руки сотрудницы аэропорта, ласково прижимающие меня к иллюминатору. Спать не получалось, коротать время за фильмами или компьютерными играми на персональном мониторе не хватало сил. Я вертелась в утлом креслице, пытаясь устроиться хоть насколько-то удобно и считая часы до посадки. И вот, наконец, команда «пристегните ремни» и заснеженная полоса Домодедово. Улыбчивые стюардессы подают на выходе брошки с яркими экзотическими цветами. Живыми.
Таможенный контроль проходила, едва ли не шатаясь. Но тем не менее вызвала неподдельный интерес у служительницы государственной границы: «Из Тайланда? Отдыхать ездили, Вера Владимировна?» - «Да, понравилось!» - «Вы – спортсменка?» Улыбаюсь из последних сил: «Есть немного…» Приятная женщина. А ведь на вредной работе…
– Добро пожаловать обратно в Россию!
– Спасибо!
В аэропорту российской столицы девчонки отпаивали меня горячим чаем с «Фервексом» вперемешку. Умудрившись принять почти горизонтальное положение в непредназначенном для этого кресле зала ожидания, я смогла урвать еще около часа сна, и относительно пришла в себя. Дальше было ожидание Лены-Елены, геройски согласившейся отвезти нас из аэропорта на вокзал и встрявшей в непроходимую пробку на подъезде к Домодедово. И стояние в этой самой пробке, но уже в теплом салоне машины и с рассказами о впечатлениях от поездки. Ленинградский вокзал, кафе с шавермой шаурмой и столь долгожданная уже погрузка в поезд. Там, по словам очевидцев я вырубилась, едва только улегшись на верхнюю полку, даже не дождавшись заботливо приготовленного мне лекарства.
Проснулась я довольно поздним питерско-мартовским утром, когда до прибытия в родной город оставалось всего около получаса. Встречающий нас Мишин брат, сгружая вещи в багажник, произнес с легкими нотками зависти: «Вас можно узнать в толпе по неприлично темному загару». Наследство, доставшееся от далеких южных широт.
Во дворе меня встретила сияющим кузовом обновленная машинка, героически вызволенная Машленками из плена ремонта по каско; а в квартире – мама с расспросами и Жаба с неистовыми поцелуями. А еще щемящее ощущение возвращения в родные стены и правильности старой русской пословицы «В гостях хорошо, а дома – лучше!»