СУКА-ГОЛЛИВУД
Скоро, скоро мы узнаем кто же получит «Оскара». Больше всего шансов у удачливого идальго Алехандро Гонсалес Иньяриту.
Еще шесть лет назад "Сука-любовь", первая картина совсем тогда еще молодого мексиканского режиссера, попала в оскаровскую номинацию как "лучший фильм на иностранном языке". И вот теперь Иньяриту претендует на главную американскую награду уже в основной номинации, англоязычной.
"Сука-любовь", витальная, оглушающе прекрасная и одновременно неизбывно горькая поэма о Мехико и его обитателях, в сто раз органичнее, нежели "Вавилон". О промежуточной части триптиха, фильме "21 грамм", снятой уже в павильонах Голливуда, и говорить не стоит. Из всей трилогии, которую, как выяснилось, Иньяриту задумал давным-давно, "21 грамм" действительно самый "промежуточный" фильм. Да и сам Иньяриту, чувствуя "сердечную" недостаточность этой картины, как-то обмолвился, что, дескать, съемки, проходившие на чужом языке, были для него во многом неестественными.
Фирменным блюдом Иньяриту всегда были крученые мелодрамы, словно разлетавшиеся на осколки от внутреннего напряжения. На первый взгляд все стандартные приёмы режиссера присутствуют и в «Вавилоне» – искореженная хронология, эмоциональный накал, трио несвязанных на первый взгляд сюжетных линий, между которыми фильм бросает туда-сюда довольно непредсказуемым образом. В этот раз Иньяриту вместе со своим неизменным сценаристом Гиллермо Арриагой подошёл к делу с непривычным размахом – каждая из сюжетных линий развивается на отдельном континенте, и повествование фильма шарахается из Африки в Мексику, потом в Японию и затем обратно. Правда, за масштабностью режиссер со сценаристом, кажется, немножко потеряли из виду свою конечную цель. Если в предыдущем их фильме «21 грамм» они не стеснялись наворотить диковатую, прямо скажем, историю с автокатастрофой и пересадкой сердца исключительно ради коротенького момента, в котором два персонажа фильма наконец-то нашли в себе силы взглянуть друг другу в глаза, то в «Вавилоне» случается обратное. Череда здешних разрозненных историй явно должна была в финале выстраиваться в некое эпическое полотно, сообщающее нам что-то чрезвычайно важное о состоянии современного мира. Этого, правда, не происходит – частные истории так и остаются частными, а амбициозное высказывание о мире отдаёт банальщиной. Получить подобное от Иньяриту, чьи прежние фильмы обеспечивали зрителю серьёзное эмоциональное потрясение, как-то особенно обидно.
«Вавилон» отменно снят и прекрасно смонтирован – первые часа полтора смотрятся просто великолепно, да и вообще за всю свою нешуточную продолжительность фильм не кажется особо занудным. Однако ближе к финалу, там, где все сюжетные ниточки должны были бы красиво закрутиться в эмоциональном центре картины, «Вавилон» начинает пробуксовать. Отчасти, может быть по вине сценариста – действия практически всех персонажей фильма здесь диктуются не столько мистическим силами судьбы, сколько собственной глупостью этих самых персонажей, благодаря которой их очень удобно ставить в опасные ситуации, которым зрители могут отчаянно сопереживать. Отчасти по вине режиссера – когда надо вывести зрителей на наиболее пиковые эмоциональные моменты, он методично, одного за другим, заставляет рыдать в кадре сразу четырёх персонажей, пребывая в святой уверенности, что зритель непременно последует их примеру.
Кажется, основная ошибка и Иньяриту, состоит в том, что он недооценил своих зрителей и переоценил собственные возможности. Но страшно не это – а то, что за эту самую слабую из своих работ он по прихоти судьбы получит больше всего признания и призов. Приз в Каннах за лучшую режиссуру, «Золотой глобус» за лучшую драму, семь номинаций на «Оскар», среди которых персональные номинации и режиссеру, и сценаристу – куда уж круче. От всего этого становится немного волнительно за будущее этого все ж таки талантливого режиссера – в том, что он впервые за три фильма оступился ИМХО, нет ничего страшного, но вот когда эта ошибка вдругпревозносится как триумф – можно ождитать чего угодно. Или поронесет?