Хлышь...кап...кап...кап...мелкой струйкой течёт кровь...слизываешь пару капель и улыбаешься...во рту чувствуется металлический привкус... Wake Up...глаза закатываются, кругом свет, много яркого света, от этого голова идёт кругом....тошнит...тебя рвёт...кругом вонь...ты умираешь, в тебе нет жизни...кровь смешивает с пеплом...ты продолжаешь улыбаться, хотя рот полон крови...ты сумасшедший...ты ублюдок...дикий хохот, топот ног...тебе кричат "убийца!!"...ты труп, ты мертвец....за что?...

Мягкий свет....тёплые руки....кажется тебя спасают...*нет, ты сам себя спасаешь*.... Wake Up  .....голос, этот родной голос...кровь...убираешь пару грязных прядок со лба....снова живой....ты снова живой....тебе дают шанс....ты снова живой...снова живой...живой......

это часть того бреда, который я наверно никогда не закончу, но блять, это так символично!...

[362x600]

   В этот же день я перебрался на квартиру брата. Вокруг меня хлопотали, со мной возились как с цыплёнком. Я злился, но всё равно терпел, от них всё равно никуда не денешься. Из клуба вышли поздно вечером, ушли по-тихому, я не хотел, чтобы кто-то видел меня после того, что случилось. Я презирал себя, я ругал себя. И дело тут не только в ссоре с Грегом, но и в том приступе, той минутной слабости… Врач сказал, что дело всё в моей беспечной жизни, он, конечно, может быть и прав, но только от части, всё дело в ней…Мы были уже на улице, когда зарядил мелкий дождь. Прохлада. Я закрыл глаза. Подставив горячее лицо ветру, я наслаждался тишиной. Сердце больше не болело, только немного ныло и казалось мне тяжёлым настолько, что я с трудом передвигался, словно тащил на шее килограммов пять. Мы направились к машине. Я решил не садиться рядом с Миком. Примостившись на заднем сиденье, я уткнул лицо в стекло. Голова на удивление была ясной. Мимо нас проносились прохожие, дома, деревья. Сливаясь в одно пятно, они напоминали мне карикатуру на настоящую жизнь. Какой же я дурак. Усмехнувшись самому себе, я закрыл глаза. Хотелось уснуть и не просыпаться, но это было не по мне. В душе поселилось сомнение. Чувство неопределённости, неуверенности в завтрашнем дне давило как пресс.  Надоело. Хотелось всё бросить, разбить, растоптать, уничтожить. Поморщившись, я открыл глаза. На улице было темно, дождь усиливался. Мой любимый дождь, моя обещанная прохлада. Я дотронулся рукой до стекла. Капли упорно не замечали меня, а я ведь слышал их зов, их клич, но совсем тихий и, скорее всего, обещанный не мне. А так хотелось раствориться в этом дожде без остатка и навсегда…