Нумера вполне себе ничего, отремонтированные, с удобствами, с чайником Тефаль и телевизором Самсунг. Но «совок» неистребим: какой-то странный коришневый линолеум, подушки треугольником, на всём постельном белье жирный чёрный штамп, свидетельствующий о принадлежности его данному пансионату. А столовая! Я уже забыла, как это – манная каша и какава из алюминиевых чайников на завтрак. А на обед суп из лапши с курицей и котлетка с лапшой на второе - и никакого выбора и прочих излишеств типа овощей. А столики с номерами на шестерых – хорошо хоть рассадка не строгая – где хочешь, там и садись. Походили мы, осмотрелись, поохали, повздыхали о пионерской юности и смирились. Пошли смотреть предновогоднее ТВ, лежать, есть мандарины и собираться на «банкет». Остро встал вопрос наряжаться или быть попроще. Контингент там детско-пенсионерский, но пенсионеры разделились на две части: те, которые поэнергичней и жизнелюбивей были рады, что приехали сорок человек москвичей, потому как пансионат простаивает, да и пообщаться было им интересно, но вообще были сильно удивлены, что мы из Москвы припёрлись - обычно народ из Углича туда приезжает и близлежащих городков. Но основная масса обитателей сего «собеса», как назвала сие место моя подружка, была жутко недовольна нашим появлением - стало теснее, шумнее, пьянее, музыка допоздна, днём пикник под окнами (на площадке, на которую как раз выходили наш балкон) с той же музыкой, игрищами, улюлюканьем. Мы там были как маленький торнадо – принеслись, разогнали тишину, встряхнули сонное царство и унеслись, правда, не оставив за собой разрушений. Короче говоря, с начала оделись попроще для проводов старого года, но потом мне захотелось праздника и я переоделась в платье - «для себя», а не для «контингента».

Само мероприятие по встрече нового года прошло мирно, но стремительно. Дома как-то замечаешь – прошло три минуты нового года, 15 минут, полчаса и т.д. А тут – опа! - час пронёсся, потом – уже три! А там, глядишь, и утро… Стол (накрыли в столовке, но украсили помещение, повесили большой телевизор, белые скатерти – в целом всё неплохо) был классически накрыт, но всё было вкусно. Правда, до оливье руки не дошли, но красная рыбка и бутерброды с икрой нормальные такие, запеченное мясо, французское вино, фрукты, Артёмовское шампанское. В какой-то момент обратила внимание: у всех на тарелках горка оливье. А у меня горка шкурок от мандаринов.
Кстати, были на банкете люди, которые, видимо, всю жизнь занимались проведением детских утренников, потому как, кроме Деда Мороза, значились Баба-Яга; здоровая бабища, изображающая Мышь и кто-то там ещё, всё они присюсюкивали, пытались проводить непонятные конкурсы по чтению стихотворений и прочей фигне. В итоге мышь всех так достала, что её потом на улице закопали в сугроб, сказав, что год мыши заканчивается и надо бы её похоронить, и забыли её в этом сугробе. Потом пускали фейерверки (удивляюсь, как не сожгли эту хибару), фотографировались с Дедом Морозом, которым был наш гид Александер, но за его бородой лица не было видно, и мы абстрагировались.

[330x440]

Потом вернулись в помещение и продолжили безудержное пьянство. Была типа дискотека, попытались танцевать, но как-то не наша музыка была, диджей даже притащил комп из дома и пытался микшировать, но не было драйва. Поэтому мы продолжили общение с местными престарелыми инженерами этого самого КБ – ещё немного, и мы бы выведали все военные тайны, но я совсем плоха в физике, поэтому, к сожалению, не в состоянии пересказать, всё то, что узнала, но было очень интересно. Часам к трём ночи народ подрассосался. Стало легче дышать, но стало и тоскливее, и где-то в половине четвёртого покинули сиё мероприятие дабы на следующее утро к завтраку (в 11.00) выползти в более менее выспавшемся виде. Но, как известно, сон алкоголика краток и тревожен, и черти подняли меня уже в девять утра. Я с полчаса поворочалась, полежала. Потом не выдержала и растолкала подругу – мне было скучно. Она меня обругала, но поднялась, зато к завтраку мы были в полной боевой готовности. Ужасно хотелось чегонть горячего, но манная каша не возбудила – пришлось довольствоваться бутербродами с чаем. Пришёл гид Александер, почесал голову, куда-то вышел и вернулся с двумя ящиками Ярпива. У мужиков каша с пивом пошла просто на ура.
После завтрака пошли гулять,

[700x525]

осмотреть окрестности, размяться, проветриться и развеять послепраздничную тоску. Было тепло, пасмурно и сыро. Потом налетела чёрная туча, и нас замело окончательно – возвращались просто два сугробика. Только дошли до поворота к дому, как туча улетела, снег прекратился, проявилось голубое небо и сразу похолодало: с минус двух опустилась до минус десяти. Но зато мороз и солнце! Пошли гулять заново. На реке расчищен каток. Но не было коньков, к сожалению – так, кругами походили, пошли по реке. Залезли в тростник,

[700x525]

и тут я заметила, что следы наполняются водой, немного струхнули и передумали гулять по реке с замечательным названием Жабня. Вернулись к пансионату. А там во всю подготовка к пикнику – варка ухи из судака, глинтвейна, жарка шашлыка. Вынесли столы, колонки с музыкой всякие причиндалы для развлекухи типа мешки для бега, ходули, мужики в футбол гоняли. Так время и проводили, ещё на качелях катались, на санках – детские такие удовольствия – радости полные штаны! Угулялись, напились, наелись, пошли спать до ужина в номер. Да! Был ещё и ужин! И мы ещё и там поели, но скромнее – опять какая-то котлетка с рисом или лапшой. А потом опять типа дискотека, но сил что-то уже не осталось и мы всё больше какое-то кино смотрели и получали удовольствие от ничегонеделанья.
А второго января не спеша собрались, позавтракали и часов в 11 покинули сие гостеприимное местечко

[512x384]

на радость и облегчение местным пенсионерам и поехали в Углич.

[700x525]

Там всё как обычно: Кремль, Волга, музей водки, обед в гостинице Москва и путь домой, в Москву. В какой-то момент гид нас забыла в магазине, но то, что я была в городе осенью, помогло – быстро нашла дорогу к следующему месту стоянки группы, благо запомнили, где эта стоянка будет. Ну а в целом всё без приключений. Обратная дорога проходила в темноте и можно было бы заснуть, но народ шебутной – пел песни. Когда утомился народ, пошёл в ход плеер с Ленинградом, Раммштайном и Робби Уильямсом - подпевали им и пританцовывали. В соседних креслах с нами ехала молодая респектабельная (читать «скучная») пара. И мужик с глубокой тоской во взгляде наблюдал за нами, но присутствие жены, вероятно, сковывало все его порывы и желания. Так закончилась наша немного шальная поездка, на ВДНХ часов в восемь вечера высадили нас, и я ещё успела сгонять на Казанский вокзал проводить родителей в Казань.
Что я устала, а не отдохнула, я поняла 3-го числа, лёжа дома на диване, не имея ни сил, ни желания подняться или вообще шевелиться. К рождеству вернулись родители – пару дней провела у них, потом ходила на каток - у нас на Динамо открыли большой – прямо на самом стадионе, с неплохим льдом. Подпортила каникулы себе 10-го походом на «Обитаемый остров» - редкостная шняга. Еле дотерпели до конца. Ещё не знали, сколько он идёт - боялись, что часа три, обошлось всё двумя, но выяснилось, что будет ещё одна серия, но были б деньги - доплатила б Бондарчуку, чтоб он такое больше не снимал.