...а вот мне теперь всё ясно. Но это чудесное время длится совсем недолго, каких-нибудь полчаса. А потом наступит просто вечер. И оттого, что все так ясно видно, ты вдруг видишь, что в тебе любви больше нет, она ушла. А это еще страшнее, чем самая несчастная любовь. И ты вдруг обнаруживаешь в себе такую пустоту, и при этом так много силы, что просто берешь и взлетаешь над улицей. Отталкиваешься от асфальта, и взлетаешь. И летишь над городом, над знакомыми улицами, и даже не удивляешься этому. И думаешь: а куда лететь? Вот уже под тобой поля, городки, деревни, церкви, речки блестят И в этом пейзаже так много нежности, тоски, печали. А интересно, есть ли здесь любовь? И ты крикнешь из-под облаков, не надеясь, что тебя кто-то услышит: А любви-то нету!


а потом ты спускаешься вот в то самое место, с которого взлетел и сразу начинаешь очень остро ощущать необходимость в любви и понимании. и ты знаешь, что ночью весь город в любви, только это не такая светлая, чистая, верная, вечная любовь, как у Булгакова, а эта любовь совсем другая, она больше напоминает короткие агрессивные штыковые атаки! и чем более они короткие, и чем более штыковые, тем больше стыдно за них бойцам, участвовавших в этих атаках!

господи, спасибо тебе, что ты дал миру такого человека, которым можно любить просто так, ничего от него не требуя, спасибо, что я могу любить его...