Сегодня существует вполне устоявшиеся стереотипные представления о пиратах, созданные благодаря художественной литературе. Основоположником современной литературы о пиратах можно назвать Даниэля Дефо, выпустившего три романа о похождениях пирата Джона Эйвери.



Следующим крупным писателем, писавшим также о морских разбойниках, был Вальтер Скотт, опубликовавший в 1821 году роман "Пират", в котором прототипом главного героя капитана Кливленда послужил образ главаря пиратов из романа Даниэля Дефо "Приключения и дела известного капитана Джона Гау".

Автор многочисленных произведений романтического направления Фенимор Купер создал целую серию романов о море: "Лоцман", "Красный корсар", "Морская волшебница" ("Пенитель моря"), "Два адмирала" и др.

Дань морю отдали такие известные писатели, как Р.-Л. Стивенсон, Ф. Мариэт, Э. Сю, К. Фаррер, Г. Мелвилл, Т. Майн Рид, Дж. Конрад, А. Конан Дойль, Джек Лондон и Р. Сабатини.

Интересно, что Артур Конан Дойль и Рафаэль Сабатини создали два колоритнейших, диаметрально противоположных друг другу образа пиратских капитанов - Шарки и Блада, объединяющих в себе: первый - худшие качества и пороки, а второй - лучшие рыцарские достоинства реально существовавших предводителей "джентльменов удачи".

Благодаря "помощи" такой именитой плеяды литераторов известнейшие в свое время пиратские капитаны Флинт, Кидд, Морган, Граммон, Ван Доорн и их менее "прославленные", а иногда и просто вымышленные собратья, продолжают свою вторую жизнь на страницах этих книг. Они берут на абордаж испанские галеоны, доверху набитые сокровищами, топят неповоротливые королевские крейсеры и держат в страхе прибрежные города спустя много времени после того, как кое-кого из них настигло правосудие, а иным удалось мирно закончить свой жизненный путь.

Композитор Робер Планкетт написал оперетту "Сюркуф", в которой историческая правда о подлинных делах морского разбойника Сюркуфа уступила место фантазии: красивая судьба бескорыстного моряка Робера и его возлюбленной Ивонны вполне отвечала духу оперетт XIX века.

Герои романа Роберта Льюиса Стивенсона "Остров сокровищ" затягивали пиратскую песню с такими словами: "Пятнадцать человек на сундук мертвеца. Йо-хо-хо! И бутылка рому!" Если вдуматься в слова этой песни, то смысл ее уловить не удастся. Как это "на сундук мертвеца"? Что за мертвец? Полная бессмыслица? Оказывается, нет.

"Сундук мертвеца" - совсем и не сундук, а островок в Карибском море в районе Кубы. На него-то и высадили в числе других пиратов, поднявших мятеж на корабле, реально существовавшего Билли Бонса. Каждому из обреченных вручили по бутылке рома, да еще бросили на берег связку абордажных сабель. Расчет был прост. На острове источников пресной воды не было, ром должен был усилить жажду, и мятежникам предстояло погибнуть мучительной смертью (если до этого они не изрубят друг друга в пьяном виде).

Название "Сундук мертвеца" было придумано не случайно. Остров был совсем маленьким — (по некоторым данным 10 на 20 метров), каменистым, похожим на сундук. Здесь водилось огромное количество змей. Так что надежды выжить не оставалось никакой.

Через месяц капитан корабля вернулся к острову посмотреть на высохшие трупы. Но увидел своих бывших товарищей живыми. Они научились собирать росу, появлявшуюся ночью, в куски парусины, ловили при отливе между кораллов крабов и черепах, ели змей, высушив их на солнце.

Есть и другая версия происхождения названия (хотя мне она кажется выдуманной): так назвала островок команда Эдварда Тича. После морских стычек их капитан часто ремонтировался на этом острове и тут же прятал награбленные сокровища. Взяв с собою какого-нибудь не симпатичного ему пирата, он уносил сундук с драгоценностями вглубь острова. Пока матрос копал яму (стараясь получше запомнить заветное место, чтобы при случае откопать чужой клад), Тич сидел рядом и покуривал. Потом он убивал пирата и закапывал вместе с сокровищами, а на вопросы команды, куда подевался его помощник, отвечал, что тот случайно упал с утеса в море.

В художественной литературе сложилось мнение, что пираты - эдакие непризнанные гении, скитающиеся по морям только благодаря несчастливому стечению обстоятельств. Этому стереотипу мы обязаны, в основном, благодаря Р.Сабатини с его трилогией о капитане Бладе, создавшем, кроме прочего и миф о том, что пираты обладали мощными судами и нападавшими на военные корабли.

На самом деле, совершенно прозаические мотивы заставляли заниматься пиратством. Иногда - безысходная бедность, иногда всепоглощающая алчность. Но, так или иначе, пираты преследовали одну лишь цель - личное обогащение. Сохранились документы, показывающие лишенную всякого романтизма сторону пиратства, так сказать, его финансово-организационную сторону. Ремесло пирата было крайне опасным: будучи схваченным "на месте преступления", пиратов вешали не задумываясь. Будучи схваченным на берегу, пирата ждала не лучшая участь: либо веревка, либо пожизненная каторга. Весьма редки были случаи, когда пираты обладали мощным судном, чаще это были небольшие, но с хорошими мореходными качествами, корабли.

Еще реже были случаи боя пиратского судна с военным кораблем: для пирата это было бессмысленно и чрезвычайно опасно. Во-первых потому, что никаких сокровищ на военном судне нет, зато там есть много пушек и солдат и судно это полностью снаряжено именно к морскому бою. Во-вторых потому, что команда и офицеры этого судна - профессиональные военные, в отличие от пиратов, ставшие на военную стезю волей случая. Не нужен пирату военный корабль: неоправданный риск, почти верное поражение и тогда неминуемая смерь на нок-рее. А вот одиноко плывущее купеческое судно, джонка ловца жемчуга, а иногда и просто рыбацкая лодка - как раз жертва для пирата. Надо иметь в виду, что мы часто подходим к оценке событий прошедшего времени с точки зрения современного человека. Поэтому нам сложно понять то, что почти до конца XVIII века разница между торговым и пиратским флотами была невелика. В те времена вооружалось практически всякое судно, и бывало так, что мирный торговый корабль, встретив в море собрата, но (предположительно) более слабого по вооружению, брал его на абордаж. Затем пират-купец привозил груз и как ни в чем не бывало продавал его, иногда по сниженной цене.