Полчаса мне до отъезда осталось. 3 дня вас всех не увижу-не услышу, а поскольку я себя считаю лирушной наркоманкой - мне будет тяжко и горестно. Вам, конечно, ТАК горестно не будет. Но всё равно, пока есть времечко, я щас вам поведаю одну историю из своей, естестнна, жызни..

Итак, дело было в далёком 2000-ом году. В том знаменательном году я уже хрен знает скока была брошенной маманей-одиночкой, и не имела ничего кроме глистов и псориаза лучшего Друга Дениски. Дениска неспроста был мои лучшим другом (хотя, почему это был? Он и щас есть!), он радел за Лидкину личную или хотя бы половую жызнь и всячески пытался мне её устроить..

Вначале рассмотрению была подвергнута его личная персона, но очень быстро отвергнута по многим причинам. Если Диня и обиделся - я до сих пор об этом не подозреваю.. А ещё у Дини был Тырнет. По карточкам. Тормозной шопесдец. Но был. И тёмными ночами Диня заходил в какой-нить московский чат под ником Линда, и клеил там мужыГов. Наклеив пяток-другой, он показывал их мне, и мы уже вместе решали кому отвалить щастья в виде меня.

В ту кошмарную ночь Диня нарыл мне Роберта Робертовича. именно так. Роберт Робертович. И это нифига не ник! Это фамилие ево такое. Имя, вернее. С отчеством. А ник у него был, шоп мне сдохнуть если вру - Лав Мэн Из Москвы! И не меньше. И писал он Дине-Линде: "Если ты, -пишет - Кракозябра с кривыми ногами и с горбом - иди сразу в жопу. Немедленно. Ибо я - копия Антонио Бандероса (да-да, именно так!), и весь из себя небожытель ниибацца. И даже если ты милая симпатичная девчушка - всё равно иди в жопу. Патамушта мне, такому Антонию-Бандеросу-Прынцу Ниибическому-Роберту-Робертовичу нужна как минимум Мисс Вселенная. И только так."

Линда-Диня хрюкнул, и написал ему: "Да Мисс Вселенная у меня дома мои тапочки у себя за щекой греет, в ожидании моего прихода домой, понял? Я ваще баба охрененная, а ты, наверное, гном бородавчатый." Роберт Робертович возмутился, и потребовал очной встречи. А я дала на неё согласие. К сожалению, как оказалось..

И вот, я стою на станции метро "Цветной бульвар", с газетой "СПИД-инфо", в виде пароля, и жду Антония Бандеросу. Стою, мечтаю о том, как я щас офигею от такой красотищи, и какой у меня Динечка молодец, шо выкопал мне такого жониха, ёпвашумать!

Из брильянтового дыма меня вывел осторожный стук по плечу, и писклявый голос: "Ты - Лида, да?" Я порывисто обернулась, волосы мои взметнулись пшеничным вихрем, на щеках алел румянец, и губы жадно зачавкали: "Роберт.. Бандерос.."

И тут я вижу, собственно, Роберта..

Уфффффф.... Выпить бы щас не мешало бы. Ну да ладно. Я у вас стойкая. Я и так его смогу описать..

Карлик. Почти. Метра полтора. На коньках, и в шапке. Армянин. Стопудовый. На носу - бородавка, с торчащей из неё кустиком сизых волос. Волосы длинные, давно немытые, в перхоти, и перетянуты в хвостик ПАССИКОМ ОТ ПРЕЗЕРВАТИВА!!!!!! И это ещё не всё. На нём была рубашка в клеточку с мокрыми и добела вытравленными армянским потом подмышками, и он дышал мне в лицо ароматом трёх десятков мёртвых хорьков, убитых дустом в момент группового калоотложения.

Я вздрогнула, и уронила пароль. Роберт улыбнулся улыбкой Фредди Крюгера, поднял пароль, и обдав меня запахом покойных хорькой, пропищал: "А ты это.. Ничё такая.. Я думал, хуже будешь. ну чо, пошли гуять шоле?"

По-хорошему, мне надо было срочно бежать от него с воплями Видоплясова, но я впала в маразм ступор, и покорно поплелась за Бандеросом-карликом., не веря своим глазам..

На улице был апрель. И лужи-лужи-лужи.. Много луж. Я шла по ним с обречённостью бурлака с Волги, и думала о Диньке.. О том, что зря я отвергла его кандидатуру.. о том, что щас бы я лежала у Диньки на диване, он бы суетился и делал свой фирменный жутко гунявый глинтвейн, а потом я бы уткнулась в него носом, и мы бы смотрли с ним Шрека..

Но вместо этого я шла как бригантина по зелёным волнам за Робертом. Неизвестно куда.

Я замечталась настолько, что пришла в себя у дермантиновой  двери от писка карлика Бандероса: "А вот тут я жыву.. Проходи!" Тут я встрепенулась, и хриплым басом прокаркала: "НЕЕЕЕТ!! Я домой хочу! У меня морлоко убежало, и я писать хочу очень!" Чо я несла, Господи..

Но Роберт уже открыл дверь, и дал мне поджопника. Я влетела в помещение, и замерла, раззявив рот: кто-нить из вас видел клип "Дюны" "Коммунальная квартира"? Вот-вот! Я прямо там и оказалась! Мимо меня бегали дети без трусов, и с горшками в руках, тётки в бигудях и с тазами, мужыги в семейниках.. И никто не обращал внимания на то, как я, получив второй поджопник, резво полетела по коридору в голубую даль.

Долетела я до каморки Роберта. Антураж меня ещё больше поразил. 2 пивных ящика. На них лежит матрас. Ссаный. Это, типа, кровать. Ещё один ящик. На нём доска. Это стол. За ним едят. такой же стул. на нём сидят. И шифоньер с тёмным потрескавшимся зеркалом. Я шлёпнулась на стул. Который ящик, и стала ждать смерти от армянского надругательства.

Роберт важно сел рядом, шлёпнул мне на стол фотоальбом, и сказал: "Это фотки с нудистского пляжа. Оцени мой член." Я открыла альбом. Увидела члены. Не знааю, правда, какой из них принадлежал Роберту, но на всякий случай похвалила его член. Роберт обрадовался. И сказал: "А теперь выпьем с горя! Где же кружка?" и убежал. Пока его не было, я предприняла попытку свалить через форточку, но поняла, что пятый этаж, и всё такой.. и загрустила. И снова настроилась на армянское надругательство.

И оно пришло. Через пять минут. С эмалированной зелёной кружкой, с которой, по видимому, прошёл весь ГУЛАГ не один барак бедных людей.. В кружке плавали опилки и небольшие брёвна. Это был чай. Наверное. Ибо перед смертью прововать яд не хотелось. Наверняка, он был долгоиграющий. Я бы сначала изошла поносом, соплями, и билась бы в корчах минимум 5 часов..

А вот в довесок к яду мне пинесли овсяное печекнье. Одно. Но, что характерно, спёрто оно было явно из клетки с попугаем. Ибо было явно поклёвано с одного краю.

Паника меня потихоньку отпустила. Разменя поят чаем с печеньем - значит, уважают, и убивать прям щас не будут точно.

Тем временем у меня затекла жопа. Реально так затекла. И я встала. В понный рост. При этом у меня задралась рубашка, и на секунду мелькнула серёжка в пупке..

ЖЕСТЬ!!! Жесть-жесть-жесть!!!!! Это произвело на Бандероса неизгладимое впечатление, он рухнул на колени, припал к моему животу губами (щас бы выпить.. Выпить бы щас, мамочки..) и стал грызть мою серёжку, бормоча: "Принцесса моя.. Я тебя люблю.. Выходи за меня замуж.. Мондула моя.." Я случайно опустила глаза вниз, и увидела 2 жёлтые пятки, торчащие из рваных разноцветных носков..

Всё. Это меня и спасло. Это вывело меня из какого-то гипноза, и я рванула прочь из каморки, по инерции схватив СПИД-инфо-пароль. И безошибочно пролетела по лабиринту коридоров к входной двери..

Сзади топал по линолеуму жёлтыми копытами армянский Бандерос, и кричал: "Отдай газету!!!!!!!! Я её ещё не читал!!!!! Отдай!!!"

Я кинула ему газету, и вылетела на лестницу. По лестнице я скатилась кубарем, и понеслась, не разбирая дороги..

..С тех пор прошло 7 лет, а я всё ещё ненавижу словосочетание "Антонио Бандерос" , но зато во многие разы больше полюбила своего Динечку..

А теперь я уезжаю, целую всех в розовые носики, и желаю приятных выходных! :)