Геннадий Золотухин,
доктор филологических наук

Нет истины там, где нет любви.

А.Пушкин

Женщина, давая жизнь одновременно, привносит в нее необходимую для развития противоречивость и конфликтность. От любви до ненависти — один шаг. Часто от незнания, непонимания природы друг друг, от нетерпеливости переходящей в нетерпимость.

Философ, размышляя о Прекрасной Незнакомке, написал: “Любовь — это ностальгия по Господу Богу в ипостаси лица”. Потому, наверное, во все времена находились рыцари, обожествлявшие свою Даму. А рядом с ними всегда жили мужчины и женщины, которым так и не дано было до конца осознать, в какой мере, будучи одним целым, они разные, другие, грешные и слабые. И тогда начинались страшные обвинения: “О женщина, двенадцать раз нечистое дитя” (Бодлер). “Вам имя — вероломство” (Шекспир). Мужчины искали от нее защиты даже у Бога. У Гоголя читаем: “О Господи! И так много всякой дряни на свете, а ты еще и жинок наплодил”.

Оставаться снисходительным к слабому полу весьма непросто, коль скоро это далеко не всегда удается даже добропорядочным христианам. А ведь они призваны Богом оставаться милосердными при любых обстоятельствах. Феминистская литература прямо-таки изобилует леденящими душу фактами и циничными признаниями женоненавистников всех времен и народов. Впрочем, работы эти, как правило, противоречивы, тенденциозны, акценты в них откровенно смещены. Где невольно, чаще — сознательно. Скажем, нельзя забывать, что инквизиция в средние века занималась не только “охотой на ведьм”, но и сжигала на кострах многих инакомыслящих. И в первую очередь, конечно же, мужчин.

В то же время иногда просто трудно поверить, что отдельные нелицеприятные сравнения и характеристики слабого пола принадлежат святым. Чаще других в таких случаях упоминается апостол Павел, требовавший от женщин безликости и покорности.

Опустим совсем уж оскорбительные высказывания служителей церкви. Все-таки “жестокая правда без любви есть ложь”, а всепрощение остается важнейшей христианской заповедью. Праздник всех влюбленных не случайно связывается с именем святого Валентина. Воистину, “если не имеешь кого любить, то люби, кого имеешь”. Папа Римский, попросив на весь мир прощения за прегрешения христиан, в том числе и против женщин, по сути, призвал к тому же. Но и здесь все неоднозначно. Одни считали справедливым, что христианство рассматривает брак как школу смирения, поскольку, только укрощая свои животные инстинкты его можно сохранить. Другие восставали против полового просвещения, лечения сифилиса, рассматривая болезнь как “Господне наказание”. Третьим проповедование мирского смирения представлялось “рационализацией садизма” (Б. Рассел).

И все-таки сам по себе напрашивается принципиальный, хотя одновременно и риторический вопрос: почему слабый пол обязан подчинятся сильному? Феминизм ведь и возник вследствие признания несправедливого положения женщины, ее стремления освободиться от опеки мужчин. Дескать, “Адам заврался не дать ли слово Еве”? Оказывается, причина сложившегося кроется не только в анатомических различиях. Просто некоторые богословы считали женщину существом случайным и несовершенным, разновидностью не совсем удавшегося мужчины. По его образу и подобию она и создана. Выходит, над ней должен возвышаться мужчина, а над ним, в свою очередь, Христос. В соответствии с этой иерархией, род человеческий начинается с Адама, а Еве предназначено было заботиться о его продолжении. Их половые признаки стали следствием разделения целого. Значит, “никакой пол не полон без своей половины”?

Кстати, профессор Оксфордского университета Брайан Сайкенс уверен, что все люди генетически произошли от одной женщины, жившей около 200 тыс. лет назад. А вот нынешние европейцы — уже от семи женщин. Нас разделяет всего 450 поколений. Так что не все легенды так уж беспочвенны.

Принято считать, что Бог-отец, Бог-сын и Дух святой — три ипостаси единого Бога. Все они мужского рода, а женское начало воплотилось в Духе святом. “Выявляясь вовне, Единый проявляет некую присущую ему полярность. Сущность этой полярности внутри Божества для нас трансцендентна. Но, выявляясь вовне, она воспринимается нами как полярность двух друг к другу тяготеющих и друг без друга не пребывающих начал, извечно и присно соединяющихся в творческой любви и дающих начало третьему и завершающему: Сыну, Основе Вселенной…” Так пишет Д. Андреев в книге “Роза мира”.

Эволюция в животном мире предопределена биологическими различиями особей, без единения которых всякое развитие невозможно. По своему определению эволюция несправедлива. Ведь сильные таковы не сами по себе, а потому что рядом есть слабые. Для выживания необходим компромисс. Не идущий на компромисс, всегда принуждает к нему своего оппонента. Поэтому слабые, мужчины и женщины, нуждаются в опоре и защите. Убежищем для них становится семья и община. Христианство, позже социализм, изначально ориентированы на поддержку слабых. Матриархат, поставивший в центр рода женщину-мать, называют иногда “первичным коммунизмом”. А вот патриархат уже зиждется на мышечном превосходстве мужчин. Сильный добивается успеха прежде всего за счет самоэксплуатации, для чего ему нужна свобода. Его усилия благословляет протестантизм — одна из ветвей христианства, способствовавшая становлению рискованного предпринимательства.

Все мы испокон веку в той или иной мере заложники идеи равенства. Свобода и равенство — вещи малосовместимые. Наивно полагать, что демократия гарантирует равноправие полов в общепринятом понимании слова. Подобной иллюзией оказалась и попытка революционного разрешения конфликта между пролетариатом и его угнетателями-капиталистами. Оправданно ли уподоблять последним всех подряд мужчин, не принимая во внимание их различный уровень культуры?

В разговорах о двуединой природе Христа обычно подчеркивают его мужское, Божественное, духовное начало, а не женское, человеческое, телесное. Но разве можно только на этом основании принижать роль тела, возвеличивая дух? Вряд ли найдется медик, способный поверить в победу при любых обстоятельствах характера, воли над физическими муками. Справедливо мнение: в каком-то смысле человек думает всем телом. И особенно это относится к женщинам.

Одни усматривают неравенство полов в том, что Ева на свет божий появилась из ребра Адама. Другие перекладывают на ее хрупкие плечи первородный грех. По этому поводу мудрец заметил: “Если бы Бог хотел, чтобы женщина была рабой мужчины, Он создал бы ее из ноги. Если бы Господь пожелал, чтобы женщина руководила мужчиной, она была бы создана из головы. А так как Ева вышла из ребра Адама, Всевышний тем самым сделал ее равной с мужчиной, его подругой и партнершей”. Создав мужчину, Бог понял, что способен на большее. В этой шутке есть доля истины, а принадлежит она, полагаем, мужчине.

А если серьезно, то все мы начинаем свою жизнь девочками, поскольку базовая матрица человеческого тела — женская. Поэтому у мужчин остались свойственные женщинам соски и молочные железы. А основоположница гомосексуальной литературы поэтесса Сапфо обитала на острове Лесбос еще в Древней Греции. Ныне несостоявшиеся мужчины и женщины живут уже отнюдь не под девизом: голубые мечты сквозь розовые очки. Женщины повсеместно носят брюки, курят, зарабатывают больше многих мужчин, но не всегда уверены, что нравиться нужно именно им, а не подругам. Зато мужчины работают манекенщиками, в охотку занимаются хозяйством. Множится перечень сексуальных отклонений, интимные услуги оказываются по телефону, факсу, пейджеру, компьютеру.

А. Щуплов пишет в газете “Бульвар”: “однополые отношения из природной аномалии перешли в разряд социальных достижений цивилизованного общества”.

Городок наш ничего,

Населенье таково:

Сексуальные меньшинства

Составляют большинство.

Источник: http://www.politik.org.ua/vid/bookscontent.php3?b=6&c=36