очень интересная статья, которая подымает вопросы, дрейфующие в большом количестве сейчас на волнах Инета... Разрушение чётких границ мужского и женского, а также связанные с этим повышенная самооценка женщин и тревожность за своё будущее мужчин :)

Автор статьи, кандидат психологических наук Д. В. Воронцов, старший преподаватель Ростовского государственного университета.

материалы я выкладываю в приложении, чтобы не тратить ваше время и средства.

Здесь даю только несколько цитат:

Катастрофическое обсуждение последствий сексуальной революции, изменившей отношение современных людей к сексуальности и разорвавшей привычную связку «пол-личность-поведение-взаимодействие», всегда связано с идеей трансгрессии – произвольного, намеренного выхода за пределы дозволенного, крушения установленных границ и смешения несовместимого. «В мужиках проступает «бабье» начало, виде рыхлости как идеологической, так и психосоматической, а женщины стригутся «под кошек» и у них тяжелеют подбородки». Автор этого тезиса, редактор московского панк-журнала «КонтрКультУра» Сергей Гурьев [4] , сетует о стирании граней между уникальными явлениями, связывая процесс «деструкции пола» с системным кризисом глобализирующегося мира. Но мало кто задается вопросом: «А что же такое «пол», который разрушается под влиянием современной культуры?».

В античном мире было широко распространено мнение о том, что женщина по сути своей есть не более чем «несовершенный» мужчина. На основе этого мнения и его теоретического обоснования в трудах Аристотеля античный философ-врач Гален Пергамский (130-200 гг. н.э.) разработал гибкую однополую модель человека, согласно которой женщина по причине недостатка жизненной силы имеет недоразвитые мужские половые органы, спрятанные вовнутрь, тогда как у мужчины те же самые органы, достигнув совершенства, оказываются снаружи. Вагина рассматривалась Галеном как внутренний пенис, половые губы – как крайняя плоть, матка – как мошонка, а яичники – как яички. Однополая модель человека долгое время была в Европе основной. Не случайно ведь на протяжении почти двух тысяч лет яичник не имел в романо-германских языках собственного термина!

Итак, деструкция пола, происходящая в европейской культуре, на деле оборачивается деструкцией теоретического конструкта, оправдывавшего вполне определенную систему социальных ценностей, на которые эта культура более не хочет ориентироваться. Всякий конструкт возникает и живет только внутри некоторых практик социального взаимодействия, в которых воспроизводятся различные представления о мужском и женском, одни из которых начинают доминировать над другими, что приводит к установлению определенного социального порядка. В этом смысле и пол, и гендер являются именно категориями социального порядка, за которыми стоят различные системы социальных ценностей и способов репрезентации себя в общении и взаимодействии в качестве человека, имеющего определенные характеристики, ассоциируемые с гениталиями или сексуальными предпочтениями. Любой социальный конструкт является продуктом социальных технологий репрезентации. В этом смысле гендер (или пол) никогда не может быть статическим, вневременным феноменом. Он не может им быть в принципе, поскольку порождается только лишь самой системой социальных и межличностных отношений, в которой особое место занимает гендерный дискурс: постоянное обсуждение и интерпретация того, что есть пол/гендер человека, и принятие (или непринятие) результатов этой интерпретации.