Я очень долго говорила, что нет.

Но все таки да. Внешность для меня важна. Или стала важна.

Забавно. Вообще мой вкус варьируется от образа тех, в кого я когда-то была влюблена. Мужчины с широкими бровями и хищными чертами лица, женщины с короткими волосами и спортивными фигурами... выразительный подбородок, "римский" нос с горбинкой, густые ресницы - все это признаки, сопровождающие моих избранников на протяжении моей жизни.

Забавно сейчас вспоминать... В глубоком детстве я была влюблена в мальчика. Мальчик смазливый, как с обложки журнала. Пухлые чувственные губки, рельефные мышцы, мужественный подбородок, чистая кожа... А влюбилась я в него в своем далеком детстве, когда он подарил мне жука-плавунца в банке. Я была в восторге.
Сейчас я смотрю на него и думаю... В принципе, ни о чем я таком не думаю.
Я думаю, что Джонатан Дэвис, похудевший, снова стал для меня идеалом мужской красоты.
Моя первая и величайшая лубофффь вообще красотой не отличалась. Взгляд, как дуло автомата, конечно, брови на переносице сходились в гримасе японского самурая, волосы черные, ресницы отбрасывают тени на скулах. Однако...
В общем, я эстет, да.
И я меняю свой ответ на твой вопрос:
Да, для меня внешность имеет значение.

"Я уйду, сойду с лыжни, я проводил себя сполна, я исчезну между строк, стаев в поле, словно сон...".

*А нужно было только четыре часа пообщаться с воздушным эльфом из мира грез - Катериной, чтобы настроение мое кардинальным образом поменялось. Сейчас я напишу три статьи, письмо и наконец-то примусь за книгу, за которой я, собственно, и ездила.*

***
В тренажерный зал ходят удивительные личности. Некоторые из них громко рычат, хватают штангу и с предоргазменным криком роняют ее на пол. Затем снова рычат, поливают пол слюной и рывком поднимают штангу... Зал нервно вздрагивает. Я в судорогах болтаюсь на перекладине, как макаронина, застрявшая между зубьями вилки.
Я, кстати, тоже удивительная личность тренажерного зала. Вчера, пытаясь поменять расположение сидения, я долго дергала рычаг, крутила все торчащие из него железки и, уже когда была близка к тому, чтобы разобрать тренажер по запчастям, ко мне подоспел некто незнакомец и предложил свою помощь. Наверное, испугался, что я все-таки поломаю эту конструкцию.
Вообще, там имеются в наличии очень милые мужчины, всегда готовые помочь растерянной девочке в белых кедах. Мужчины эти собой заслоняют электрический свет, потолок и вообще весь мир. Я смотрю на них и думаю - можно ли о них сломать руку или ногу. Могут ли они проломить кулаком стену. Чем они питаются. Ну и главное - зачем им такой горный рельеф, если на него все равно не налезает ни одна нормальная футболка.
Я обычно бегаю по залу, прижимая к себе свою маленькую бутылочку с водой и поправляю ладошкой волосы, которые после беговой дорожки постоянно встают дыбом. И боюсь когда-нибудь не подняться с этой наклонной скамейки для пресса. Обычно я лежу на ней головой вниз и, обессиленная, представляю, как сейчас просто скачусь с нее на пол. Так как я обычно держусь ногами на специальной перекладине, то, скорее всего, я даже не упаду на пол, а останусь висеть вниз головой. После этого я, конечно, начинаю тихонько хихикать и совсем не могу шевелиться.
Сестр, ты бы знала, как мне тебя там не хватает.
Ты бы подавала мне руку и мы бы хихикали вместе...

Еще там играет отличная музыка.
А на йогу я снова проспала.

*Ну совсем не могу я себя мотивировать на работу. Чем угодно занимаюсь, блин, только не статьями*