А из тебя горлом хлещет ненависть и чистая родниковая вода. Ты ненавидишь, а горло раздирает мне. И хотя бы в этом видится нечто напоминающее извращенное понятие справедливости.
Скажи мне, как мне жить дальше и вали на все четыре стороны, забирай с собой своих чертей. Половина моей жизни положена на алтарь из чувства вины, которую не выдрать, не выкопать, ни запить ничем, ни даже сигаретный дым надолго ее не скрывает. Я обещал, что буду защищать тебя и я не на секунду не нарушил своего обещания. Чувство вины - одно из самых движущих чувств. Чтобы вернуть себе свое же прощение, я не придумал ничего лучше, как отдать себя для тебя. Как ты можешь подумать, что хотя бы что-нибудь вызовет у меня ненависть к тебе? Ты единственный смысл для меня продолжать свое существование. Если не будет тебя, то не будет и меня, потому что смысл во мне перед этим миром исчезнет. Ты - моя точка опоры, мой отправной пункт и моя черта прибытия. Моя цель - это ты.
Помнишь, я обещал тебе, что вытащу тебя? Плевать, сколько жизней мне понадобилось на это, но я это сделал. Плевать, сколько раз мое тело разрывало, кромсало на куски, я был готов к этому. Я искал тебя, терял и находил вновь, возвращаясь к той цели, которую поставил перед собой и не было для меня преград даже за чертой смерти. Я обещал тебе и для меня нет ничего важнее. Ни жизнь, ни моя душа, ни мое будущее. Вся мое прошлое - это ты. И не вернув тебя, я не имею права на будущее. И плевать, правда, мне все равно. Я так долго врал себе и другим, что нет во мне ничего к.роме эгоизма и холода. Нет. Ты - вот, что важнее. Мой долг - это то, что сильнее меня. Сильнее каждой моей новой личности, сильнее страха смерти и желания жизни. И теперь, когда мой долг выполнен - я больше ничего не хочу. И это отчасти даже пугает. Теперь - хоть подыхай, хоть новый смысл ищи. Но ничего не важно так, как ты.
Эта девочка еще держится за смысл, но мы то с тобой знаем, что его нет. Что все это игра части света, игра сознания и подсознания, бесконечная, бессмысленная игра.
На самом деле есть только ты и я. И кто здесь кому снится - это еще вопрос. А она считает, что я - это нечто великое, священное и бесконечно светлое. А у меня вина, моя вечная вина. Скорбь, сожаление, отчаянье и страх за тысячелетия поисков могут сойти за вечный двигатель, эскорт из демонов. Тысячи лет на осознание, их хватает, чтобы научиться любить и ничего, совсем ничего не бояться.
А она еще удивляется, откуда в ней это стремление любить тех, кто мертв и жить, возле могилы. Как мало она знает, как мало помнит, друг мой.
Веками сидеть над прозрачной толщей воды и ледяного стекла, наблюдать, как бессмысленно открыты твои холодные глаза, сцепив пальцы и ненавидя себя - за это время можно научиться смирению и независимости от желаний, стойкости к холоду и к боли, но...
Моя вина, моя великая вина.
Я говорил, что не забуду, кем бы я не был и где бы я не был. Я буду идти через вечность за одним только огнем и я добуду для тебя его. И я сделал это, но что теперь, мальчик мой, куда дальше? К чему мы идем, друг мой?
Я обещал, что никогда не отпущу тебя, я буду всегда держать тебя за руку, кто бы из нас не был жив, а кто бы не был мертв.
Кажется, будто бы и здесь по стенам стекает холодная вода, бьется в окно. А она еще удивляется, почему мы так любим зиму. Льдины за стеклом сталкиваются, трещат и расходятся по швам. А я стерегу тебя из жизни в жизнь, согнувшись в плечах на заснеженном берегу жду, когда же наступит оттепель.
Я сражался за тебя до последнего. Я сдержал обещание, так прости же меня... Тогда, может быть, и я...
Я никогда не покину тебя, но что дальше?

Здесь все тает. И лед в твоих венах, в твоем теле превращается в воду. Это болезненно, но это пройдет. И до последнего я не оставлю тебя, пока все не растает и не превратится в вечность. Весь наш ледяной мир, наш холодный ад. Я обещал.

В. И.