На днях в обсуждении старого фильма "Сладкая женщина" всплыла приснопамятная чеховская Душечка (спасибо тов. Сдача). Как сейчас помню толкование образа оной на уроках литературы: мол, пустышка без собственного мнения, приспосабливающаяся к очередному мужу, не имеющая никаких интересов и говорящая чужими словами чужие мысли (кстати, хоть и не совсем в тему: идеальный актёр должен быть пуст, чтобы собственная личность не мешала ему проникнуться личностью ролевой)... В общем, тот самый сосуд Заболоцкого, в котором пустота, заклеймённый поколениями преподавателями литературы.

А с другой стороны далеко не всё так однозначно, как может показаться, если предположить, что мягкая, добрая, любвеобильная Душечка на самом деле любила каждого из своих мужей, причём любовью настоящей, всепоглощающей до самозабвения, до полного саморастворения в любимом человеке. Отсюда и безоговорочно принимаемые интересы мужа, его образ мыслей, его формулировки -- и полная готовность отдать всю себя на служение, близкое священнодействию.
Любовь.
Огонь, мерцающий в сосуде.