И всё-таки эпичная сага о Чужих явно повернула куда-то не туда, ибо зашла в унылый тупик и превратилась в УГ: на одной картинке не выедешь, всё-таки должен быть и более-менее логично построенный сюжет. В крайнем случае, как некогда рекомендовал некий поющий повар, "в нужный момент лучше пойти ко дну", хотя сам так и не исполнил свою же рекомендацию, но это уже другая история. 8-)

А вот если бы снять фильм по фанфику Марины Наумовой "Чужие-IV: Контакт", могла бы получиться достаточно годная альтернатива. Женский взгляд на события, душещипательные нотки местами, не мешающие, правда, адскому трешу и угару в первой части, где человеческие особи бодро и весело мочат друг друга на глазах офигевшего Чужого, плюс неожиданная парадоксальность ситуации, когда мирные обыватели готовятся к суду Линча для защиты своих семей от ужасного хищника, притащенного властями для военных экспериментов:
"- Врут, наверное, - сообщил, глядя на экран, некий почтенный отец семейства, состоящего из двух женщин и трех двуногих, не считая Главы и детей. - Почти наверняка они будут ловить то существо с другой планеты... ну где же это видано - тащить к нам всякую гадость!
- Опыты на нас ставят, - буркнула старшая жена. - Экспериментируют...
- Вот что. Пусть они так обманывают детей, а я обязательно приму участие в этой охоте. Ведь знаю я их - пусть оно перекусает и превратит в чудовищ полгорода, обязательно в Правительстве найдется кто-то, кто увидит в нем только ценный военный объект или там научный, и будет с ним носиться, пока все мы не вымрем. Тут самим надо действовать..."
Как вы уже поняли, в роли ужасного монстра в данном случае выступает Рипли, волею судеб и Марины Наумовой занесённая на планету Чужих. 8-)

"...Новое пробуждение успокоения не принесло. Сколько бы Рипли ни убеждала себя, что увиденная матка Чужих с вызолоченным гребнем была плодом больного воображения - она не могла заставить себя открыть глаза. Намеренно погружаясь в подобие полудремы, она слушала голоса - их по-прежнему было всего два - и даже запомнила их имена, переведенные в ее мозгу почему-то как Сэд и Шеди - но взглянуть и убедиться в своей правоте или неправоте она не решалась.

..."Ну что ж... открываю глаза и убеждаюсь, что я просто сумасшедшая", - собравшись с силами, приказала себе Рипли. Сердце ее прыгнуло и сжалось. "Только бы это не было правдой", - мысленно взмолилась она и раскрыла глаза.
Блестящая рубчатая морда с гребнем висела в полуметре от ее лица. Маленькие звериные глазки часто заморгали.
- Вам лучше? Сейчас вы уже можете отвечать?..
- Нет! - застонала Рипли.
Так это было правдой!
- Вам помочь? Вам плохо? - забеспокоилась Сэд.
Рипли не ответила. После всего, что ей пришлось пережить, эти слова казались жестокой насмешкой.
- Оставь ее, Сэд, - за вызолоченным гребнем появился еще один, с подвешенными на вырезах золотистыми колечками. - Ей пришлось много пережить... кроме того, она имела дело с "дикими детьми", так что вряд ли ей приятно нас видеть."

"А я сошла с ума..." -- наверное, подумала Рипли в этот момент и решила довести ситуацию до логического абсурда:
"- Так вам что-нибудь нужно? - снова повторила Сэд.
- Да, - Рипли зажмурилась, - горячую ванну и кофе в постель...
Шеди и Сэд переглянулись. Да, их предупреждали, что с инопланетянкой возможны разного рода неожиданности... Ну как выполнить ее просьбу, очевидно, очень важную для нее, раз именно об этом вспомнила больная, едва придя в себя? Как ее выполнить, если невозможно понять ее смысл?" 8-)

Таки да, Чужие на поверку оказываются достаточно разумными и цивилизованными, но есть нюанс: подобно тому, как для полноценной социализации котят очень важно влияние матери в период от трёх до восьми недель жизни, так и дети Чужих должны пройти соответствующее воспитание, чтобы не превратиться в живущих исключительно инстинктами т.н. Простых. Да и вообще у них там, как говорится, своя атмосфера:
"- Мы живем в симбиозе. Мы - ухаживаем за двуногими; до того, как окрепла цивилизация, мы защищали их - но наши дети могут вырасти только с помощью их гормонов. У нас когда-то были очень плохие условия. Плохая природа. Понятно? Нужен был сложный жизненный цикл и у них, и у нас. Вот так и вышло, что у каждого нашего ребенка по две матери - настоящая и вторая, из двуногих. И очень часто вторая становится более родной, чем первая. Ребенок с ней дольше был в физическом контакте, так что и родства между ними больше. Настоящей матери у твоей дочки нет, так что она полностью твоя - и только.
- Она? Это чудовище? - Рипли передернуло.
Языки пламени, боль в груди и солнечном сплетении, страшная, нечеловеческая боль - и выскочившая светлая головка с рядами страшных зубов... Они сошли с ума: это - ее ребенок?!
- Это ребенок, - жестко ответила Шеди, и Рипли почувствовала ее обиду. - Если и ты бросишь ее, повторится то же, что и с ее бабушкой. Или - того хуже - она станет "диким ребенком".
- Что это значит?
- Вы действительно другие, - смягчился голос Шеди. - У вас дети рождаются разумными, да? Их не надо учить быть ЛЮДЬМИ?
- Нет... мы их воспитываем. Долго, - наморщила лоб Рипли. Она начинала уже кое-что понимать, но боялась себе поверить."

"- Понимаю. У двуногих дети взрослеют дольше. У нас - быстро. Так что важен каждый день. Если не учить - получаются дикие дети, и хуже всего - из Простых. Они и так всегда глупее, с ними очень трудно. Девочки - лучше всего, но их надо учить любить. Нужно, чтобы они доверяли тебе и не боялись. Настоящее разумное существо может быть собой, только если его любят... - в переводе Рипли "разумное существо" прозвучало как "человек".
- Значит, моих друзей уничтожили ваши "дикие дети"? - содрогнувшись от внезапной боли, проговорила Рипли.
Как ей хотелось верить в слова Шеди... нет - как ей хотелось НЕ ВЕРИТЬ!
- Они не понимали, что делают. Если нет воспитания - есть только инстинкты. Наесться. Выжить. Отложить яйца и найти для новых детей вторых матерей. Если "человек" не получает человеческого духа, он становится хуже зверя - потому что умнее его. А Простые - те и так почти звери. У нас всегда существовало это разделение. Даже если они вырастают дикими у нас, а потом их находят - обычно ничего не удается изменить."

Такие дела. Так сказать, онижедети на инопланетный лад. Да ещё и у этих землян всё не как у людей:
"- Она была одинокой и рано загуляла. А потом ей надо было нести яйца, но она не решилась признаться в своем несчастье и совершила преступление. Я не хочу рассказывать подробности - это была очень большая беда. Она пробралась на чужой корабль - думала, Чужие не станут докапываться, чьи это дети, и позаботятся о них. А вышло совсем не то: у них, как и у тебя, все устроено неправильно. Вместо матки - дыхательный орган, и так далее... Короче, та цивилизация хочет объявить нам войну. И все из-за одной глупой девочки, которой в свое время не хватило ласки.
- Так не бывает, - тупо возразила Рипли. Она пыталась разобраться, все ли нитки-листья одинакового цвета и только солнечное освещение делает светлее одни из них, или они действительно разные. Эта глупая головоломка помогала ей выдержать абсурдную, не лезущую ни в какие ворота информацию.
- Но, к сожалению, это случилось, - поникла Шеди."

А тут ещё информация о поведении людей в естественной среде, полученная от захваченного людьми Чужого, которому всё же удалось собрать передатчик: оказывается, люди -- это поистине страшная раса!
"Судя по всему, эта раса отличалась суровостью, а воспитать нормального ребенка можно только лаской. Сам Соня был в свое время ею несколько обделен: одна его мать занималась наукой, совершенно забыв о своем чаде, другая... умерла слишком рано; так что многие потом считали его тупицей. Но то были свои, а что можно ожидать от Чужих, способных делать вот такие страшные камеры? Если бы не космические корабли, Сонный решил бы, что попал к дикарям.
...
Люди не стреляли по нему - точнее, почти не стреляли, когда он был у них в руках. Значит, он нужен им живым, чтобы можно было продолжить допрос. Они стреляли друг в друга, точнее, один из них - по тем, кто хотел пристрелить его, Соню. Кто здесь был кем? Скорее всего, "спаситель" относился к тем, кто хотел его поймать, другие были попроще, может, даже вообще посторонние. Оружие? Может быть - и на то похоже, - что у них просто такой стиль взаимоотношений. Но, с другой стороны, если убийство у них считается нормой - эти существа гораздо страшнее, чем кажутся! И как знать, может быть, допрос был не допросом, а старинной традицией, обычаем причинять боль чужакам?.."

Ну и, собственно, чего можно ждать от этих дикарей, в своей привычной обстановке убивающих себе подобных? Если бы Соня узнал что-нибудь о бомбардировке Хиросимы, наверное, он бы не удивился.

"Медленно и нехотя боль все-таки уходила.
"За что? - слушая, как затихают последние пульсирующие ее остатки, спросил себя Соня, вспомнил ответ, но нашел и новый вопрос: - За что так жестоко?"
Он был уверен, что нового наказания не переживет: даже если выдержит организм, разум предпочтет исчезнуть. Слишком сложно, слишком страшно... "Они - дикари, - продолжал морщиться Сонный. - Дикари и садисты. Как они смотрели..."
Где-то в глубине у него загорелась злость. Какое право они имели так его мучить, даже не попытавшись ни о чем расспросить?
А его задание? Раз эти двуногие твари способны на такие издевательства, кто даст гарантию, что дети в безопасности? А что будет, если произойдет встреча с этими безжалостными существами - вдруг их хватит на то, чтобы начать войну? Сонный снова вспомнил об уроках истории, и страх заставил его затрястись: вдруг то, что с ним вытворяли, не было наказанием? Что, если они потребуют от него показать дорогу к родной планете? Сперва доведут до предела, за которым начинается слом личности, а потом начнут задавать свои вопросы? Что делать тогда?
Сонный бессильно зарычал. Он не знал выхода. Если его догадка верна, то он наверняка долго не продержится, расскажет им все.
И что тогда? Бомбы, разрушенные города, крылья смерти, летящей над головами детей и женщин?"

И вот теперь одно из этих чудовищ, маниакальных садистов-убийц, универсальный солдат -- Рипли -- попало в руки спецслужбы Чужих, а попутно за ней начинает охоту местная оппозиция. Персональное оружие способно многократно усилить могущество каждой отдельной особи, а ключ к этому -- разумеется, Рипли, оборотень, способный перекусать и превратить в чудовищ полгорода. А у неё на руках (образно говоря) дочка, малышка Скейлси:
"...Скейлси лежала в мягком гнездышке, как показалось Рипли, сделанном из травы, и тихо поскуливала. Маленькие глазки тускло смотрели в одну точку, чешуя поблекла. При виде маленького несчастного существа Рипли отбросила все свои сомнения.
- Ну что же, дурочка? - ласково спросила она, трогая гладкую жесткую головку.
- Мама... - всхлипнула Скейлси и вдруг прижалась к Рипли всем телом, повторяя все то же короткое слово - "мама".
"Только бы не заплакать", - приказывала себе Рипли, лаская веселевшую на глазах малышку - но не могла удержаться. Горячие слезы потекли по ее щекам, падая на гладкий рыжий хитин."

В общем, в чисто женском, эмоциональном стиле Марина Наумова рассказывает нам о том, что чудовищем при желании можно сделать кого угодно: главное -- соответствующий настрой средств массовой дезинформации при полном нежелании докопаться до истины. И о том, что война -- далеко не единственный способ решения проблем. И о том, что звания разумного существа иной раз гораздо более достоин какой-нибудь Чужой, чем свой, но слетевший с катушек. А если бы по этой книге сняли полноценный фильм, как мне кажется, могло бы получиться достойное завершение цикла, гораздо более логичное, чем "Дебилы в космосе" "Чужой: Завет": и режиссёр молодец, и франшизе конец... но, как известно, корову не только околонаучно-фантастического жанра нужно меньше кормить и чаще доить. С поющим поваром та же фигня получается. 8-)