Ну вот и до имён дело дошло. Сегодня с утра подумалось было: а ведь интересно, с чего бы это в украинском языке часть имён практически соответствует аналогичным в русском, а часть каким-то непонятным образом мутировала? Пам'ятай своє, понимаешь ли, споконвічне ім'я... И ведь вроде как тут сложно поспорить: споконвічне українське ім'я, якщо воно має слов'янське коріння, таки действительно фактически не отличается от такого же русского. Богдан, Владимир (украинский вариант "Володимир" так и не упростился с древних времён, справедливости ради), Владислав... и тут внезапно: Тетяна вместо Татьяны, Олександр вместо Александра, Мыкола вместо Николая. В чём фокус? Да в том, что мутировавшие имена суть имена заимствованные. Хотя бы из того же греческого, из которого в русский, в т.ч. современный его вариант, они перешли без изменений в отличие от украинского.

Есть мнение, что в древние времена имя, данное человеку, должно было снабдить носителя имени определённым набором качеств (попытки заручиться поддержкой святых и ангелов-хранителей -- это уже относительно недавняя практика). Как бы кто ни относился к этой концепции, нельзя не признать, что смысловое содержание имени всё же оказывает некое влияние на формирование личности, в меру сил стремящейся соответствовать -- не всегда, но всё-таки. И вот тут мы натыкаемся на грабли: чтобы знать, чему соответствовать, носитель имени должен знать, что именно значит его имя -- так? Вот, например, Татьяна (Татиана): чаще всего это имя понимается как "устроительница, учредительница" (древнегр.). Есть, правда, и мнение, что это имя имеет древнеримские корни, т.к. был некогда какой-то царь Tatius, а поскольку родовые имена автоматически получали все женские особи рода... но позвольте, а что же тогда значит "Тетяна" и почему именно таков украинский вариант? Б-г весть.

Как, собственно, и "Мыкола" вместо "Николая" (древнегреч. "Николаос": "νῑκάω" -- "побеждать" и "λᾱός" -- "народ"): тут смысл имени уже затемнён, ибо просторечно-разговорный вариант "Мыкола" таки ушёл в сторону от изначального варианта и стал чем-то достаточно абстрактным, вроде новогоднего оленевода Санта-Клауса, коего достаточно сложно заподозрить в сходстве со святым Николаем. Или имя "Александр" (греч. ἀλέξω + ἀνδρός), перешедшее в русский язык без изменений в отличие от украинского "Олександра". То есть куда ни копни, а для понимания смысла имени придётся обращаться за помощью к москалям, що завжди пам'ятають кожне своє споконвічне ім'я та його зміст. 8-)