Итак, для начала -- три тоста твита г-на Порошенко:
1. ""Безвіз" - це подолання наслідків Переяславської Ради. Це ще глибше залучення України до спільного європейського цивілізаційного простору"

2. "Тепер хіба що божевільні можуть вважати Україну частиною так званого "русского мира""

3. "В двох словах те, що з нами зараз відбувається, можна висловити крилатою фразою Миколи Хвильового "Геть від Москви! Дайош Європу!""

Вот не зря тов. Корнилов и тов. poltora_bobra регулярно постят сканы свидомых украинских газетёнок времён предпоследней евроинтеграции начала сороковых прошлого века: куда ни глянь -- везде всё тот же многоликий Порошенко с теми же речами о безальтернативности европейского выбора, окончательном разрыве с русским миром и приобщении к европейским ценностям. Правда, славили в те времена совсем другого лидера Объединённой Европы, причём каждый бандеровский писака норовил при этом как можно тщательнее лизнуть задницу Великого Білого Фірера Великої Німеччини, але то таке, як кажуть. Просто так они тогда боролись с немецким нацизмом, с помощью эльфинга 80-го уровня, и были уверены, что уж теперь-то цивилизованные европейцы принесут панування на блюдечке с голубой каёмочкой саме українським націоналістам, тому що вони цього варті. Ну вот примерно как сейчас нова київська вляда надеется на американцев: мол, сами придут и сами всё дадут, а щирому свидомиту останется только панувать.

Но я вообще-то немного о другом -- о том, что хорошо подметила у себя Мирослава Бердник, подозревающая скорую декоммунизацию Хмельницкого (ну, это понятно, потому что "подолання наслідків Переяславської Ради": а так, на минутку, под КЕМ были украинские территории ДО Переяславльской Рады? свидомитам приготовиться, польские паны уже плотоядно облизываются) и... Миколи Хвильового (весьма рекомендую почитать его "Я -- романтика", дабы проникнуться беспощадным революционным пафосом ломки старого мира, в т.ч. старых семейных связей, и подумать, не пора ли на гилляку его самого и фтопку всю его писанину).

Вкратце процитирую Мирославу:
"Главные идеи, на которых сформировалась личность Миколы Хвылевого - это прежде всего идеи всемирной большевистской революции и революционного преобразования общества.

Даже в предсмертной записке он написал: «На мінори розсипалась мряка, І летить з осики лист, Але серце моє не заклякло, Не замовкло, бо я — комуніст».

Провозглашенный Хвылевым лозунг «Геть від Москви!» для нынешних сторонников «европейского выбора» как бальзам на душу. Но вот беда: «антироссийский» и «проевропейский» смысл сохраняется здесь лишь в случае, когда этот лозунг вырван из контекста. При прочтении же его в общем контексте мировоззрения Хвылевого предстает совсем иная картина.

Дело в том, что в понимании Хвылевого существует как две России, так и две Европы. В обоих случаях одна ипостась его отталкивает, вторая же вызывает благоговение. В чем же состоят симпатии и антипатии Хвылевого? А вот в чем:

«Есть две России: Россия «Краснопресненских» районов, Коминтерна и ВКП, и Россия Сухаревской лавочницы и жидкобородого «богоискателя».
«Москва сегодня является центром всесоюзного мещанства, что в нем, как всемирный оазис, — пролетарские заводы, Коминтерн и ВКП. Когда на Украине, и в частности в центре ее, вы слышали только «товарищ», там уже давно перешли с «гражданина» на «господина». Москва имеет прочные традиции, которые глубоко входят в мещанство. Москва... по сути, не видела Октябрьской революции и ее героической борьбы. Русская революционная демократия — одно, а жидкобородий московский интеллигент — совсем другое. И вот сегодня он затоскував за сухарєвской купчихой , за тройкой с бубенцами» и, главное... за Спасителем. Он вновь начал «богоискательствовать»...»
«Надо творить «героическую эпоху», а жидкобородий «богоискатель» тянет теософию».
«Великая Октябрьская революция «перевернула» в области искусства не «старое понимание литературы»,.. а те дома, что в них жили буржуазные прихвостни — Мережковские, Куприни, Бунины...»

Но в то же время:
«...для нас и Ленин, и Петр Великий — один и тот же прогрессивный человеческий тип».

По приведенным цитатам предельно ясно, каких ценностей взыскует дух Миколы Хвылевого, а каких не приемлет. В многовековой российской традиции ему по душе революционные радикалы, способные поднять Россию на дыбы и безжалостно вышибить из нее мещанско-мессианский дух, что по Хвылевому суть одно и то же — тройка с бубенцами и идея Спасителя.

Что же до традиции европейской, то и здесь Хвылевой выбирает лишь то, что соответствует идее мировой революции:

«Что же такое Европа? Европа — это опыт многих веков. Это не та Европа, что ее Шпенглер объявил «на закате», не та, что гниет, к которой вся наша ненависть. Это — Европа грандиозной цивилизации, Европа — Гете, Дарвина, Байрона, Ньютона, Маркса и т. д., и т. п. Это и Европа, без которой не обойдутся первые фаланги азиатского ренессанса... Мы не бессильные эпигоны, мы отважные пионеры в яркий мир — коммунизм»."

И напоследок:
"Да, в своем памфлете «Камо грядеши» Хвылевой резко критиковал ускоренную украинизацию, видя в ней опасность попадания в украинскую культуру петлюровских просвитян в вышиванках, которые начнут профанировать городскую пролетарскую культуру:

«Ми гадаємо, що в зв'язку з прискоренням так званої українізації пролетарське мистецтво попадає в тимчасову небезпеку: — «Сатана в бочці» з гопаківсько-шароваристої «просвіти» вилазить зі свого традиційного кубла і хмарою суне на город. Буде великою помилкою гадати, що це «підвівся чорнозем», — той митець, до якого Тичина «посилав свої нерви». Безграмотне міщанство — от хто. Це саме та рідненька «Просвіта» в вишиваній сорочці і з задрипанським світоглядом, що в свій час була ідеологом куркульні. Тепер, в силу своєї безпринципності, загубивши до того під собою грунт та намацавши несподівані для себе можливості (прискорена українізація), вона робиться «червоною» і йде «селозувати» (певніш — профанувати) міську пролетарську культуру»."

А ведь и правда: глядя на бесчисленные вышиванки, заполонившие разноуровневые органы власти, включая Верховну Зраду, сложно не заметить очередную реинкарнацию той самой гопаковско-шароваристой "Просвіти" -- квинтэссенцию безграмотного мещанства, дорвавшегося до рычагов власти. Так что за все три тоста -- не чокаясь.