Еду я сегодня домой в метро. Как обычно впрочем. И вот картинка. На своем законном месте, в торце вагона, там где три места, обычно пахнущих мочой и прочим, привычно живет  существо неопределенного пола и возраста. Народ привычно нюхает и одновременно приближается к дому. Кто-то нюхает и читает, кто- то вдыхает и мирно дремлет. А я пытаюсь задержав дыхание рассмотреть источник. Оно не старое, лет 45, хотя наверное еще моложе, ведь жизнь в вагоне метро сильно старит людей. В позе перезрелого эмбриона читается умиротворенность, словно существо вернулось в утробу где тепло и сухо. Хотя судя по запаху где-то тут рядом должно быть мокро. Лицо обитателя вагона имеет цвет перезревшего терна, когда тот активно оптрясают на расстеленный полиэтилен для последующих винодельческих манипуляций. Синий он, пресиний. Прям иссине-черно-фиолетовый. Как бомж-алкоголик. Штанишки на нем такие светленькие, соломенных оттенков, толи сами по себе, толи от мочи. Но вот дальше...

Маечка! Кипельно-белая! Была еще совсем недавно. Но я вижу что очень недавно, так как участки ослепительной белизны хорошо сохранились и ярко сияли на фоне серой осенней столицы и ее же серых обитателей. Но картина эта была бы не полной если бы не.... надпись на майке:

"НАСТОЯЩЕЕ МОСКОВСКОЕ МОРОЖЕНОЕ".

Мне лишь захотелось лишь расставить запятые.