День двадцать первый. 1 июля 1983 года – пятница.

 С утра лил такой проливной дождь, что все мы проснулись не много раньше обычного. О зарядке в такую погоду не могло и идти речи. К началу завтрака, дождик притих, как бы разрешая нам сходить в столовую. Первое, что мы не могли не заметить, когда вышли из корпуса, это тепло. Нас обдало свежим тёплым воздухом. С листиков ещё падали последние капельки дождевой воды, трава, аж блестела от своей свежести. Иногда такой рисуют траву дети, исключительно зелёной и ничего лишнего. Перепрыгивая через лужи на асфальтированных дорожках, мы весело бежали в столовую. Ещё несколько минут назад планировали брать зонтики, а тут они оказались совсем не нужными. Главное, не следовало прикасаться к кустам и веточкам, которые были такими мокрыми, что с них ещё продолжали спадать как маленькие жемчужины, капельки воды. Как бы нам, подмигивая, случайным лучиком, от только что выглянувшего солнышка.

 Позавтракав, решили пойти на озеро. Именно за столом в столовой и решалась судьба времени, где мы его проведём. До обеда, погода так и не разгулялась, не смотря на то, что несколько раз и выглядывало солнышко. Главное, не было дождика. А прогулка на озеро всё равно не состоялась. Марина с Верой, мамой мальчика, который всегда был с нашими девчонками, надумали съездить в ближайший населённый пункт на автобусе. Алёнка за всё это время успела посмотреть телевизор, а потом убежала к подружке. Я, вооружившись своей фото техникой, решил походить и поснимать природу. Хоть иногда, да выглядывало солнышко, что непременно очень важно при съёмке на цветную плёнку. Именно на неё мне больше хотелось снимать природу, а не портреты людей. Алёнка охотно согласилась побыть у Марины, и я со спокойной душой направился в сторону деревни Алексеевка. Дошёл даже до леса и вернулся только к обеду, весь промокший. Марина к тому времени уже вернулась и ожидала меня возле корпуса. Оказалось, что ни куда они и не съездили, только прождали автобус у дороги, который так и не появился. Вернулись ни с чем, как в таких случаях принято говорить.

 После обеда, у меня появилось желание пробежаться вверх по течению реки. Интересно было, что дальше тех мест, до которых мы доходили со своими малышами. Тут я рассчитывал на большее расстояние, по понятным причинам, не мог такого позволить себе, находясь со всей нашей компанией. В том направление, мне порой,  и солнышко улыбалось, а вот на обратном пути попал даже под моросящий дождичек. Не знаю уж, сколько я преодолел километров, только не было меня больше часа. Дождь был таким мелким, что он ни чуть не мешал кучковаться той мошкаре и комарам, которые, казалось, они просто преследовали меня на всём пути. Мне приходилось отмахиваться своей снятой футболкой, когда уж очень доставали, особенно в низинах, где меньше ветра и больше сырости.

 К вечеру, всё повернулось так, что организаторам танцы пришлось переместить в помещение клуба. Это было менее интересно и нам, и нашим детям. Там, в помещении, была совершенно другая атмосфера, не располагающая к проведению вечера. Все охотно поддержали моё предложение, опять показать нашим деткам диафильмы. Чуть позже мы всё - таки решили посмотреть на эти танцы и заглянули в клуб. Не успели ещё осмотреться и выбрать местечко у стеночки, как нас всех огорошили нововведением. Было объявлено, что у кого есть дети, должны покинуть танцплощадку вместе с ними. Что мы в итоге и сделали, не особо и, расстроившись, вышли из клуба. В своём корпусе пробовали устроить детские игры в одном из холлов. Так и тут нам на этот раз не повезло. Одна отдыхающая женщина не поленилась выйти к нам и попросила всё это прекратить. Мы только переглянулись, ничего не говоря.  Нам ничего не оставалось, как забрать свою ребятню и разойтись по своим комнаткам. Так вот и закончился вечер наш.