День второй. 12 июня 1983 год - воскресенье.

 Утром проснулись по будильнику. На моё предложение, сделать зарядку, согласилась только Алёнка. Маринка решила не менять своего русла, оставаясь верной своим привычкам, проснувшись понежиться в постели, и ни куда не торопясь просто полежать, помечтать и всё такое. 

Не задерживаясь со сборами, мы быстренько вышли из своего номера в утреннюю прохладу, буквально окутавшей нас с Алёнкой, как только мы оказались на аллее у нашего корпуса. Алёнка очень охотно бегала за мной, и было похоже на то, что всё это ей очень нравилось. Как может нравиться какая ни, будь новая игра. После завтрака состоялось массовое мероприятие, пешеходная прогулка на Голубое озеро.

  Желающих оказалось очень много, по дороге наш баянист сделал несколько фотоснимков групповых на память. По всему тому, как он нас фотографировал, было понятно, что он такой же фотолюбитель, как и я, и что не следует особо рассчитывать на то, что его фотоснимки будут на высоком уровне. Качество его игры на аккордеоне и вовсе не берусь оценивать, тут я вообще ничего не понимаю. Человек честно выполнял свою работу, и этого было вполне достаточно.

 Пользуясь, случаем, я немножко позволю себе окунуться в свои личные воспоминания. Мне всегда нравилась игра на аккордеоне. Это некая ностальгия, по своим пионерским лагерям, где роль аккордеониста, была, чуть ли не на первом месте. И совсем иначе на человека с аккордеоном, мы смотрели в школе. Мне сейчас кажется, что я даже запомнил его внешность. Причиной всему, его огромные очки с толстенной оправой и какая-то неуклюжесть. Казалось, что он ни на что не был способен, кроме игры на своём инструменте. Нам, тогдашним школьникам предмет пения не очень-то и нравился. Лично я, похоже на то, всего стеснялся. А потому и о каком пении могла идти тогда речь. Так, горлопанил, как и все мальчишки, делая вид, что пою. Но не стану углубляться, вернусь к страничкам "Общей тетради".

 Да, вопросы фотографии мне всё же ближе, и не смотря на то, что сам тоже не достиг особых высот, всё же берусь иной раз и покритиковать. Я сразу обратил внимание на то, что из его кармана торчал фотоаппарат. Обычно его вешают на плечо, на шею. Но тут он ему бы всегда мешал, и поэтому единственным местом оставались карманы. Чуть позже мне довелось ближе разглядеть его камеру, ею оказался очень знакомый мне «Зоркий – 4». Потёртый и поношенный, он напомнил мне о том аппаратике, который я купил в армии, у одного офицера за 30 рублей. Простенькие фотографии того времени и делались-то, тоже простенькими аппаратами. Не дешёвенькие фотографии, не смотря на их низкий уровень качества, охотно разбирались людьми. А, как и не взять, других всё равно не будет. В народе есть поговорка такая, на безрыбье и рак рыба. Мне запомнилось, как он лихо менял одно на другое. Когда требовалось играть на аккордеоне, он, быстренько накрыв крышечкой объектив, запихивал в боковой карман пиджака свой «Зоркий – 4» и как бы на ходу, принимался играть. Но как только к нему кто подходил с просьбой сфотографироваться, он был уж готов. Музыка временно замолкала. И так всё запросто, просто напрашивается применить в его адрес многозначащее коротенькое слово – асс. На подходе к озеру мне пришло в голову, взять лодку на прокат. Для чего пришлось опередить всех идущих и быстрым шагом направиться к воде. Вся толпа отдыхающих осталась позади, с их песнями и музыкой, которые разносились по всему лесу, нарушая его тишину и покой. Лодку взять не составило труда. Правильнее было бы сказать, мне просто повезло. Из числа, последних, нам досталась лодка под номером 9. Не успел расположиться, как и подошли мои девчонки. Покатались от всей души, не смотря на далеко не солнечную погоду. Пасмурное небо, нависшее над гладью лесного озера, ни чуть не испортило нашего настроения.

     - «Мама! – смотри, какая облачность».

 Ленку, очевидно, тоже беспокоили нависшие над нами тучки. Погода ни как, не желала меняться. Порой казалось, что просто пришла осень. Но на душе всё было по-другому. Нам всем очень понравилось это озеро, с тихой гладью воды, цвета крепкого чёрного кофе и с замечательным названием «Голубое». После обеда, все мы, уморившиеся, от столь впечатляющей прогулки, охотно поспали, аж до самого полдника. Странно, как вообще не проспали. Погода так и не улучшилась, в течение всего дня несколько раз принимался, было, мелкий дождичек. Через пару часиков, после ужина, начались танцы. Алёнке нашей это мероприятие нравилось, наверное, больше всего. От восторга, что она идёт на танцы, её всю переполняло, и она готова была каждому встречному сообщать, что все мы идём на танцы. По причине плохой погоды, танцы проводились в помещении клуба. Народу пришло много, и было очень весело. Ленка нам потом призналась, что больше всего ей понравилось  - «…когда дядя играл, а тётя пела». Именно так нам и сказала. Под конец вечера, включили магнитофон. Записи звучали очень низкого качества. Порой даже было трудно разобрать, что вообще там хрипит. Знакомая картина ещё по своей юности. Ни слов, ни музыки, сплошной шум. Плюс ко всему и аппаратура, через чур уж скромненькая. Магнитофон катушечный «Комета» стерео, да усилитель, который так и напрашивается назвать исказителем под названием «Родина» с двумя колонками. Немного посмотрев на всё это, мы решили для себя, что самое интересное позади, пришло время и покинуть этот зал. Ленка вся сияла, оттого, что она побывала на настоящих танцах.

 Мы с Маринкой, наверное, каждый в своей душе одинаково завидовали своему ребёнку. Ей ни что не мешало по настоящему радоваться и отдыхать, тут же это постоянное сравнивание и оценка, просто тяготила. Я часто замечал в себе этот недостаток, больше похожий на грубое слово – кретин. Как однажды пошутил Генадий Хазанов в одном из своих выступлений – кретин он, ну тот который всё критикует. Это, наверное, и про меня к великому моему сожалению. Хотелось бы быть другим, но не могу.

 Совсем забыл отметить, что после полдника до ужина мы смотрели  фильм «Формула света» производства к/с «Мосфильм».