В колонках играет - Калугин Сергей- Луна над Кармелем

Он кружится, кружится, кружится, словно в вальсе... он, Казанова своего времени, волшебник чужих миров... он кружится в вальсе, юлит в переливах неба и ветра. Ему хорошо и свободно. Ему спокойно.
А вокруг- зелень.
Только он один в своем блефовом золоте, в своем ликовании, в своей песне ветра.
Но скоро все будет иначе. И злорадство в его голосе явно и заметно уже с первого взгляда. Или вздоха.

***

Как там это случается?
Встречаешь, смотришь в глаза, улыбнёшься сердечком. Да чужое и вспыхнет.
У неё- все не так. Она не улыбается чужакам. Волкоподобная. Скорее, именно так можно назвать эту недоделку Вожака, столь безвременно ушедшего. Она меняется с каждым днем, уже почти не ощущая в себе ничего человеческого.
Шаги её далеко не так легки, как кажется. Она нарочно утяжеляет свою походку. Идёт- как мальчишка. Потому что иначе не может ходить. Её золотисто-рыжие волосы развеваются на ветру, а глаза, сияющие и Предпорожьем Осени- ждут Границ Миров, чтобы заглянуть туда, куда не может дотянуться реальность.
"Живёшь в сказке?" - "Живу" - "Как так?" - "Да просто!" - весёлый смех и она уже убегает к другому, оставляя кого-нибудь в замешательстве вглядываться в любую рыжую мордочку, в поисках той одной Сказочницы, которая на миг осветила дорожку... и сгинула в пучину бед и горестей других людей- давать силы жить. И любить.

Как там это всё начинаеться?
Зажигаются сердца, да? И в один нежданный момент- шаг... падение... - взлёт!
И безумный смех небесам- не такой, звонкий, тихий, а, может, и вой вовсе. Ликующий.

Нет, это всё как-то начинается! Ну, начинается же!
Часами она сидит у окна, как княжна из старой сказки, ожидая Чуда... такого большого, черногривого Чуда... ей не нужен никакой счастливый принц из белой сказки или белый принц из счастливой сказки...
А однажды, под огонь листвы, она выходит, почти сливаясь с ним, и улыбается миру. Просто так. Потому что захотелось.

Нет... как это всё начинается?!
Чьи-то почти ледяные глаза теплеют, завидев её облик. Её- тоже. Только, вздохнув, она строит гневную рожицу, почти презрительную, отпуская с губ фырканье вперемежку с оскорблением.
И- расходятся. Навсегда.
Как было давно, её тогда даже не было- такой. Она даже не знала, как её будут звать тут...
С тех пор всё изменилось. И всё прошло.

Оно же ведь существует! Я знаю!
И она знает. Только что-то не так пошло в какие-то минуты. Третьи или первые- не так важно. Просто однажды она поняла... она поняла, что у неё не одно лицо.
Нет, не двулична. Просто... два уровня. Две планки.
Под одну- подгребаются все чувства. Под другую- жизнь. И так, раздельно, шаг за шагом, взмахом крылами, взглядами- живёт.
А всё почему? Ремесло... одно слово, что начинается с большой буквы, заставившее её упорядочить и разделить всё, что у неё было. Ремесло...

Я же помню! Я помню, как это!!!...

Нет. - Отвечает Ветер. И оказывается прав.