Об этом надо было рассказать раньше. Не сейчас, а именно тогда — в феврале 2007 года, когда впечатления были свежи, а теперь… Впрочем ладно.

…В тот день профессор Владислав Александрович Пронин (мой любимый преподаватель! Кстати: вот одна из его книг и одна из статей) устроил собрание поэтического кружка нашего университета. Это, собственно, было первое и единственное собрание, на котором я побывала, и последнее собрание, на котором председательствовал Владислав Александрович. А потом кружком стал руководить кто-то ещё, но это для меня уже было совсем не интересно. Возможно, этот «кто-то» — весьма достойный и замечательный, но всё равно — немило!

Нас собралось несколько девушек и бородатый юноша, все — стихопишущие. Ещё был поэт Максим Лаврентьев, окончивший Литинститут; его пригласил Владислав Александрович, который в Литинституте преподавал.
Я думала: сначала Максим прочтёт что-нибудь из своего, побольше, а уж потом и мы все прочтём по чуть-чуть, а потом — побеседуем и обсудим, но вышло не так: Максим один часа три читал свои стихи. Что тоже было весьма мило и душевно (пишу без иронии!). А потом подарил каждому из нас по экземпляру своего сборника (стихи, которые он нам читал, были оттуда!). Слушала, потом читала: понравилось многое, но не всё.
Из того, что понравилось (цитирую из сборника!):

Не говорите о поэте,
Пока он жив, что он велик
В посмертном ультрафиолете
Подделка выявится вмиг.

И то, то возбуждало толки,
Поднимут грубые на смех.
Границы видимого тонки
Лишь для немногих, не для всех.

Но даже слабому поэту
Не говорите колких фраз —
Великолепную поэму
Он пишет, может быть сейчас.

Ведь что такое вдохновенье,
Как не изменчивость сама,
Случайных звуков столкновенье,
Игра судьбы, а не ума.

***
Когда-то я хотел переделать мир,
Чтоб не было в помине подводных мин.
Когда-то я хотел переделать мир,
Но мир не переделаешь, это миф.
Когда-то я хотел переделать мир...
Теперь мне всё равно, мне и этот мил.

Когда-то я мечтал завести свой сад,
Чтоб выйти прогуляться вперёд-назад.
Когда-то я мечтал завести свой сад,
Но некогда от стула оторвать свой зад.
Когда-то я мечтал завести свой сад...
Теперь мой сад повсюду и вход — я сам.

Делай что должен (и будь, что будет)

В битве Арджуна сражаться не мог,
Лук опустил к ногам.
Кришна ему говорит: "Стрелок!
Будь бесстрастен к врагам.
Стрелы, пронзая братьев тела,
Их не убьют — разбудят.
Впрочем, это мои дела.
Делай что должен, и будь, что будет".

Жил-был писатель граф Толстой,
Не один прекрасный роман
Создал, а был он старик непростой,
Я бы сказал — хулиган.
Что перед вечным — людской каприз!
Шалости мир забудет.
Он в кабинете повесил девиз:
"Делай что должен, и будь, что будет".

Делай, что должен — и будет так,
Как только и быть должно.
каждая мелочь, любой пустяк —
Это в цепи звено.
Цель есть у всякой живой души.
Бог тебя не осудит.
Сражайся, Арджуна! Толстой, пиши!
Хитрый — молчи, а дурак — пляши!

Делай что должен, и будь, что будет.

Бабочка-книга

Словно первая бабочка мая,
Принесённая людям в жильё,
На ладони твоей оживая,
Затрепещет вдруг сердце моё.

И, ещё не поняв, что такое,
Пробуждаясь от смертного сна,
Я увижу лицо молодое,
Я почувствую: в мире весна.

Значит, край замогильный нам тесен.
Всё стремится из мрака на свет.
Я воскресну в огне моих песен,
Только так воскресает поэт.

Эту жизнь до последнего мига,
Эту повесть любви и скорбей,
Знак бессмертия — бабочка-книга
Распахнёт на ладони твоей.

Вот так выглядит сборник:

[442x699]

А вот так выглядит автор:

[414x699]

Ещё:

[699x571]

Хвастаюсь и тщеславлюсь:

[414x699]

P.S. Но всё-таки мы ещё и немножко разговаривали! Помню забавное:
Максим: Поэт, он как бабочка!
Я *задумчиво*: Знаете, ведь у бабочек такие страшные мордочки.
Максим: Правда? Гм! Зато крылышки красивые!
Я: Но — страшные мордочки!
Максим: Тогда: стихи поэта — крылья бабочки, а сам поэт в жизни — страшная бабочкина мордочка!